Глава 3

в которой происходит смертельная
схватка обезьяны с тигром  

В эту минуту впереди мелькнул свет, и они скоро вышли на обширную поляну, заросшую высокой сочной травой. С двух сторон поляну замыкали глыбы скал, образуя почти прямой угол. А в самом углу с высоты нескольких метров из тонкой расщелины выбивался узкий и прозрачный, словно стекло, веселый ручеек.

С каким наслаждением они пили приятную, почти ледяную воду! От холода у Мухи начало ломить лоб. Вода стекала по подбородку, забрызгала фартук, а она все пила и пила…

- Не забывай, Муха, что ты попала в эпоху, когда еще нет ни врачей, ни лекарств, - ворчливо проговорил Великанов, - если ты простудишь горло, тебя некому будет лечить!

- Еще один глоточек! - сказала она беспечно. - Я никогда не простуживаюсь.

К ней вернулось хорошее настроение. Она вытерла рукавом мокрое лицо и огляделась. Это было по-настоящему красивое место. В траве там и тут пестрели яркие незнакомые цветы, а в центре поляны высоко к небу поднимались стройные стволы пальмовых деревьев. Их росло здесь не меньше десятка. В вышине остроконечные листья сплетались в густую крону, и на траву падала заманчивая тень.

- Вот бы отдохнуть в этой тени! - сказала она, потягиваясь, и уже было двинулась к пальмам, но Великанов остановил ее.

- Осторожней! понизил он голос. - Как бы Муха-мушка не попала в липучку, из которой, как известно, твои летающие тезки никогда не выбираются!

Часовой мастер указал ей на ствол пальмы.

- Не вижу никакой липучки, - пожала она плечами.

- А ты присмотрись! То, что я вижу, пожалуй, даже похуже липучки!

Муха рассматривала дерево, заслонив ладошкой глаза от слепящего солнца. И вдруг вскрикнула:

- Какой ужас!

Вокруг ствола обвивалась огромная пятнистая змея. Казалось, она дремала.

- Не будем, Муха, вступать в конфликт с древнейшим пресмыкающимся. Пусть себе спит или делает вид, что спит… Я убежден, что нам надо как можно скорей уносить отсюда ноги!

Уносить ноги им не пришлось, потому что на поляну совершенно неожиданно обрушился шквальный ветер с косым, сбивающим с ног дождем. Солнце светило все так же ярко, и поэтому им показалось, что дождь льет с чистого синего неба. Просто Муха и Великанов не успели заметить, как из-за леса не выплыла, а вылетела клубящаяся черно-фиолетовая туча. Дождь походил на поток, прорвавший плотину, он захлестывал дыхание, гремел, рычал и свистел, заглушая все другие звуки древнего мира. Муха видела, как шевелятся губы согнувшегося под тяжестью дождя Великанова, понимала, что он что-то кричит ей, но не разобрала пи одного слова. Она лежала на земле, прижатая к ней дождевым водопадом.

Наконец ему удалось схватить ее за руку и подтянуть к скале. Напрягая силы, маленький часовой мастер втолкнул Муху в небольшое круглое отверстие и протиснулся в него сам.

Долго лежали обессиленные путники в темной пещере. Ливень кончился так же неожиданно, как и начался, в круглом отверстии засверкало солнце, а они все еще не шевелились, слушая в наступившей тишине спокойное тиканье волшебных часов.

- Как ты себя чувствуешь, Муха-мушка? - услышала она слабый голос часового мастера.

Она не сразу ответила, потому что ей было трудно ворочать даже языком.

- Муха! - забеспокоился он. - Ты слышишь меня?

- Да… - вздохнула она. - Я чувствую себя так, будто меня раскатывали скалкой, а потом разрезали на лапшу.

- Ну, раз ты остришь, значит, лапша из тебя

не получилась, - успокоился он.

- Я бы с удовольствием похлебала сейчас маминой лапши, - снова вздохнула она.

- Боюсь, что это тебе не удастся, так как от мамы тебя сейчас отделяет небольшой отрезок времени - всего в один миллион лет! Может быть, ты недовольна, что отправилась со мной в это необычное путешествие?

- Что вы! Я хочу пропутешествовать целиком весь миллион лет!

- В таком случае давай выберемся из пещеры на солнышко и высушим нашу одежду. Ты смелая девочка, и я теперь вижу, что мальчишки тебя боялись не зря!