Глава 6

в которой часы веков снова
начинают стучать  

После того как отец и мать ушли на работу, Муха вымыла посуду, подмела пол и вытерла пыль с мебели. Муха очень торопилась, чтобы успеть все сделать до прихода часового мастера. Ее томило нетерпение, и когда в передней прозвучал звонок, она со всех ног бросилась открывать дверь.

Здравствуй, Муха-мушка, - сказал часовой мастер, - я очень спешил и чуть не расшиб лоб на вашей лестнице.

Он стоял перед ней на пороге с каким-то свертком в руке, маленький, окруженный ореолом своих белых волос, от которых, казалось, исходит серебристое сияние.

- Здравствуйте, товарищ Великанов, - взволнованно заговорила Муха, - а часы веков опять остановились!

Он перебросил сверток из руки в руку и пошел в столовую, пританцовывая и напевая негромким баском:

- Не идут часы никак -

И ни тик и ни так;

Но я знаю, сделать как,

Чтоб ходили тик да так.

Великанов, как и в прошлый раз, влез на стул и покопался в механизме, выбивая каблуком мелкую дробь. Потом он спрыгнул на пол и толкнул пальчиком золотистый маятник.

- Тик-так, - четко и неторопливо заговорили часы, - тик-так, тик-так…

- Идут! - облегченно вздохнула Муха. - А я так беспокоилась! Товарищ Великанов, а что в вашем свертке и почему от него пахнет нафталином?

- В этом свертке, дорогая Муха, некоторые приспособления, придуманные разумным человечеством для борьбы с холодом, а нафталином они пахнут для того, чтобы их не съела моль.

Он развязал сверток. В нем оказались шубка, шапка-ушанка, валенки и теплые перчатки.

- Я считаю, что ты должна прихватить для себя такое же снаряжение, если собираешься сегодня отправиться в древний мир, сказал он Мухе.

- Но ведь там тропическая жара!

- Не уверен. Она замялась.

- Но я… не спросила разрешения у мамы и папы… - сказала она и, что-то вспомнив, озадаченно посмотрела на часового мастера. - Ответьте мне. пожалуйста, на один вопрос, товарищ Великанов…

- Я готов ответить на тысячу вопросов, дорогая Муха, если ответы на эти вопросы разгуливают по извилинам моего мозга в ожидании, когда я открою им ворота… Если же они не разгуливают…

- Вы говорите очень запутанно. - перебила его Муха. - а у меня очень простой вопрос: обман или не обман - не говорить правду?

- Гм… На мой взгляд, обман - это говорить неправду.

- А не говорить?

- Гм… Это значит не говорить неправду.

- А если не говорить правду?

- То есть говорить ложь?

- Нет, ничего не говорить.

- Ни лжи. ни правды?

- Нет, говорить, но не говорить правду.

- Гм… Или твои, или мои мозговые извилины пострадали от знакомства с человекообразными обезьянами. Ты сказала, что я говорю запутанно, а между тем я сам заблудился в дебрях твоего вопроса. Может быть, это происходит от косноязычия, которым страдают некоторые школьники, но я до сих пор не замечал у тебя такой болезни.

Муха обиделась:

- Вы сказали очень много слов, но я ничего так и не поняла…

- Но я тоже не понял тебя!

- Но у меня действительно очень простой вопрос… Я не рассказала про вас папе и маме. Хорошо это или плохо?

- Плохо, дорогая Муха! Очень плохо! Теперь мне ясно, что тебя беспокоит: ты утаила правду от родителей. Так?

- Так…

- Но раз тебя одолевают угрызения совести, значит, ты понимаешь, что утаить правду - это то же самое, что обмануть. Всегда полагайся на свою совесть: она очень точно разъясняет человеку, как он обязан поступать.

- Полагаться на совесть, - задумчиво повторила она, - странно, что мне в голову не пришла такая мысль раньше…