Глава 8

в которой продолжаются приключения
Мухи и часового мастера  

Стадо волосатых быстро приближалось. Когда Муха поравнялась с Великановым, дикарям осталось проскакать по сугробам около ста метров.

- Застегните же шубу! - что было сил прокричала девочка и вдруг увидела, что часовой мастер совсем не собирается торопиться. Он стоял спиной к Мухе, спокойно глядя, как на него накатывается рычащая орава людей-уродов.

- Бегите! - рыдающим голосом снова крикнула она. - Товарищ Великанов, бегите!…

- Береги нервную систему, Муха! - ответил он громко, не поворачивая к ней лица. - Стой и не шевелись!

Стадо волосатых было совсем близко. Она уже слышала их шумное дыхание, то и дело прерываемое грозным ревом, и видела страшные получеловеческие лица с выпученными бесцветными глазами, наполненными бессмысленной яростью. Снег

вихрился под их ногами.

И тут совершенно неожиданно они остановились, сталкиваясь друг с другом, и попятились…

- Жжи! - испуганно провопил один из них.

- Жжи! - в паническом ужасе повторило все

стадо. - Жжи!

Дикари повернулись и побежали назад.

- Ага, обжоры, не по зубам пришелся орешек! - торжествующе закричал им вслед часовой мастер. - Ату, держи их! Я вам не пещерный медведь! Ах вы бессовестные босяки! Оказывается, вам нравится «гры», а «жжи» вы терпеть не можете!

Через минуту на леднике не осталось ни одного дикаря.

- Чем вы испугали их? - переводя дыхание,

спросила Муха. - Что такое «жжи»?

Он повернулся к ней и показал карманный фонарик.

- Я зажигал и гасил его, когда приблизились эти босяки, - сказал Великанов, усмехаясь. - Как я и думал, блеск ОГНЯ привел их в содрогание. Они смертельно боятся «жжи»! Насколько я понял их музыкальный язык, «гры» - это медведь, а

«жжи» - огонь.

- Но я читала, что первобытные люди очень ценили огонь, - возразила Муха.

- Но это же еще полулюди! - сказал он. - Первобытное стадо, хотя его и принято называть человеческим. Пройдет еще немало тысячелетий, прежде чем они приручат огонь и заставят его служить себе и…

Великанов не договорил, потому что далеко-далеко за сугробами мелодично и звонко пробили часы веков:

- Бо-о-оммм…

И, словно по взмаху волшебной палочки, все вокруг Великанова и Мухи чудесно изменилось. Они стояли уже не на леднике, а на прелестной зеленой лужайке, которую омывала широкая река с чистой, просвечивающей, будто стекло, водой. Желтый песок устилал ее берега, поросшие там и тут камышом и осокой.

За лужайкой виднелся лес, и Муха без труда узнала так хорошо знакомые ей и милые сердцу березы, осины и ели…

- Куда мы попали? - радостно вскрикнула она, сбрасывая лыжи и взбираясь на большой валун, который высовывался из травы, словно каменный гриб. - Какой здесь замечательный воздух! А как здесь много цветов! От ледника ничего не осталось!

- Нет, осталось, - качнул головой часовой мастер, снимая шапку и вытирая вспотевший лоб.

- Вы шутите! - рассмеялась Муха. - Здесь так тепло!

- И все-таки осталось!

- Где?

- У тебя под ногами…

- Под ногами? - Муха сделала гримаску. - Да ведь это же камень.

Именно!

- Что общего между ледником и этим камнем, который стал совсем горячим от солнышка?

- А ты посмотри, как этот камень великолепно отшлифован! Ни одного выступа! Его даже приятно погладить ладонью…

- Ну и что же?

- Это валун.

- Я знаю.

- Ты очень мало знаешь! - рассердился часовой мастер. - Не сомневаюсь, что в школе вам объясняли, как появились валуны - и маленькие, и огромные, величиной с дом. Муха смутилась.

- Да, кажется, нам рассказывали… Но это было очень давно, когда я училась еще в четвертом классе…

- Давно? Всего год назад! А разве ты не должна всю жизнь помнить то, что слышала в школе?

- Я, наверное, была тогда невнимательной, - призналась Муха, вздыхая.

- Она была невнимательной! - проворчал часовой мастер. И бедные учителя тратят на этих девчонок и мальчишек свои силы! Так знай же, нерадивая школьница, что валун, на котором ты сейчас стоишь, отшлифовал ледник! Тот самый, где нас чуть-чуть не сожрали волосатые!

- Правильно!

- Еще бы не правильно!

- Интересно, сколько лет потребовалось леднику, чтобы так мастерски отполировать этот камень?

Ну, на этот вопрос ответить трудно, - пожал плечами часовой мастер. - Ледниковые эпохи длились многие тысячелетия. И сколько их было, этих эпох, никто точно не знает. Может быть, две, а может быть, четыре, или даже пять… Менялся климат на Земле, постепенно наступали похолодания, а ледники тысячекилометровыми языками вытягивались с севера по нашему полушарию. По одному такому язычку мы с тобой и совершили нашу прогулку… Ой! - вдруг вскрикнул он, беспокойно теребя бородку.