Вечер с мудрецом

Вдруг он вздохнул и добавил:

– Я подозреваю, что когда‑то я умел читать.

– И что?

– Ничего.

– Моего друга трижды лишали памяти, – сказал второй мудрец. – Вернее всего, за дело.

– А вас лишали?

– Может быть, – устало улыбнулся мудрец. – Но я не помню. Я вообще себя помню только с прошлого лета. Вы не представляете, как рискованна жизнь мудреца. Всегда есть опасность, что ты нечаянно научишься читать. И тогда – наказание. Вкушецы этого не прощают.

– Поэтому настоящая мудрость, – воскликнул Кошмар, – это ничего не знать, но обо всём судить! Да здравствует мудрое невежество!

– Да здравствует! – согласился второй мудрец.

Но тут же, таясь, и от Алисы, и от своего коллеги, нацарапал камешком на перилах веранды букву «Д». И губы его шевельнулись.

«Запомнил», – подумала Алиса.

Она хотела сказать об этом Ирии, но не успела. Она почувствовала, что за ними кто‑то следит.

Над забором торчала голова Вери‑Мери.

Увидев, что Алиса обернулась, пигмей тут же исчез.

– Он здесь! – сказала Алиса. – Выследил!

– Кто выследил? Где? – всполошился второй мудрец.

– Вас не касается, живите спокойно, разгадывайте.

Она сбежала с веранды и поманила за собой Ирию и Белку.

– Там Вери‑Мери! – прошептала она.

Белка тут же бросилась к калитке, распахнула её и выглянула наружу.

– Никого нет, – сказала она. – Может, это тебе показалось?

– К сожалению, мне не показалось, – вздохнула Алиса.

К ним подошёл второй мудрец.

– Я не хотел беспокоить моего коллегу, – сказал он, – но я вижу, что вы не подслушники, а эту девочку я узнал, её сегодня хотели убить. Так что я могу быть с вами предельно откровенен. А если вы на меня донесёте, то я скажу, что ничего вам не говорил.

– И что вы хотите сказать? – спросила Ирия.

– Мы, молодое поколение мудрецов, уже многое понимаем. И может быть, в чём‑то, по большому счёту, вы правы – в том, например, что касается знания. Но как только мы признаем знание, значит, мы окажемся где‑то, как‑то в одних рядах с помниками. А это недопустимо.

– Боитесь вкушецов?

– И не только это, – сказал мудрец. – Наш счастливый мир незыблем, потому что не меняется. И к нам, к мудрецам, идут, потому что мы единственные, кто знает то, чего не знает никто. Поэтому нас уважают и ценят, мы придумываем все названия, а нам за это дают красивые дома и одежды. А если мы научимся читать, то станем самыми обыкновенными помниками и нас придётся лишить памяти. Вы меня понимаете?

– Я ничего не поняла, – сказала Белка.

– А я кое‑что поняла, – сказала Алиса. – Но должна сказать вам под большим секретом, что Повелитель Радикулит умеет читать и у него в спальне есть книги.

– Молчите! – закричал мудрец и присел от страха.

– Молчу, – согласилась Алиса, мысли которой сейчас были заняты совсем другим.

Мудрец наклонился к Алисе и прошептал:

– У меня тоже есть книга. И мне очень хочется её прочитать.

И мелкими шажками, так и не отняв пальцы от губ, он убежал обратно на веранду.

– Давайте вернёмся в комнату, – сказала Ирия. – Расскажем обо всём Вепрю. Он лучше нас знает, что делать.

У лесенки их догнал весёлый молодой повар Моро‑Пари и сказал:

– Если голодные, я накормлю. Правда, все остыло.

– Спасибо, – сказала Ирия.

Они зашли на кухню. Моро‑Пари налил им холодной похлёбки.

Похлёбка была вкусной, крупяной. На длинном столе, отшлифованном локтями, стояла свечка. Было уютно, как на даче вечером. Вокруг свечи кружились маленькие оранжевые мотыльки. Слышно было, как в саду под навесом ворочаются, сопят пигмеи. Издалека донёсся удар колокола.

– Ночная стража, – сказал Моро‑Пари, принеся всем по кружке молока. – Что‑то Вепрь пропал. Но вы не бойтесь, он вернётся.