Дочь перевозчика

Внезапно дверь резко распахнулась, и в проёме возник приземистый рыжий мужчина, одетый в серую рубаху и рваные чёрные штаны В руке он держал топор и готов был пустить его в дело.

– Ты чего? – спросил он.

– Уберите топор, – сказала Ирия. – Что за манеры?

– Манерам не обучен, – ответил оборванец, не опуская топора. – Уходи, пока цела.

– Я не желаю вам вреда, – сказала Ирия, – но мне надо с вами поговорить.

– Человеческого языка не понимает! – удивился рыжий. – Бе‑пе, что ли? От вас, бе‑пе, добра не жди.

С этими словами он захлопнул дверь.

Но Ирия не сдавалась.

– Погодите, – сказала она, понимая, что за дверью слышно каждое её слово. – Я пришла издалека. Я никакая не бе‑пе. Я не знаю, что это такое «бе‑пе». Я потеряла моих друзей. Скажите, пожалуйста, сюда не приходили люди, одетые как я?

– Убью! – раздалось из‑за двери. – Не уйдёшь сейчас, догоню и убью.

– С ума вы здесь все посходили, что ли? – удивилась Ирия. – Я прошу вас ответить добром.

– Я тебе сейчас отвечу!

Дверь с грохотом раскрылась, и рыжий с занесённым над головой топором выскочил из неё. Если бы Ирия не отшатнулась, он мог бы её разрубить. Но Ирия ловко перехватила руку оборванца, заломила её за спину, он согнулся до земли, выронил топор и сразу заныл:

– Тётенька, не надо, я тебе плохого не сделал! Мы люди маленькие, никого не видим, ничего не слышим, возим людей на лодке, как прикажет поклон Таракан, помилуй!

Из‑за хижины выбежала рыжая девушка, одетая в платье, сшитое из какого‑то мешка, и с криком:

– Не смей трогать моего отца! – кинулась на Ирию, как разъярённая кошка.

Одна рука у Ирии была занята – она держала оборванца, – и она с трудом стала отбиваться от девушки.

Тут Пашка пришёл на помощь Ирии, а Алиса, видя, в какой клубок сплелись все четверо, схватила с земли топор, закинула его в воду и закричала:

– Прекратите драку! Я вам приказываю!

Получилось так громко, так повелительно, что все замерли, и клубок распался.

На поляне перед хижиной наступила тишина.

Отец девушки сидел на земле и тёр кисть правой руки, видно, Ирия больно сжала её. Девушка и Пашка стояли друг против друга, как два бодливых козла.

– Если вы нам скажете, видели ли вы наших друзей или нет, мы сразу уйдём, – сказала Алиса.

– Мы ничего не знаем, – сказал упрямо оборванец. – Куда мой топор дели? Мне без топора нельзя.

– Он в воде у берега лежит, – показала Алиса.

Мужчина сразу поднялся и полез в реку. Нагнувшись, он шарил руками в воде и громко ворчал.

Пока он был занят, девушка тихо сказала:

– Видела я твоих друзей. В лесу они.

– Где в лесу? – спросила Ирия.

– У помников, – сказала девушка.

– Сколько их было? – спросила Ирия. – Они здоровы? Кто такие помники? Они не причинят вреда нашим друзьям?

– Я сразу на все ответить не смогу…

– Отвечай по порядку. – Пашка показал ей кулак.

– А ты прикажи своему мальчишке, чтобы он не дрался, – сказала девушка. – А то ничего не скажу.

– Паша! – воскликнула Ирия. – Неужели ты не понимаешь, что в такой момент…

– Понимаю, – ответил Пашка и сделал шаг в сторону.

– Я была в лесу, – сказала рыжая девушка, – и видела там помников.

– Молчи, Речка! – завопил тут оборванец. – Хватит того, что я уже пережил.

Он, мокрый по пояс, вылез из реки, держа в руке свой топор.

– Папаша, – девушка подошла к нему и отняла топор, – не вмешивайся. Ты не все понимаешь.

Она обернулась к Ирии и объяснила:

– Мой отец здесь перевозчик. И все его обижают. Кто хочет, тот и обижает. А он огрызается, как дикий кот.