Юные истребители

— Города и деревни находятся в тылу, — объяснил Гаррик. — Они очень красивые, и там много детей, которых надо спасать. Нам показывали фотографии.

— И для этого нужно красть детей на других планетах? Почему они сами не воюют?

— У них мало людей осталось, — сказал Гаррик. — Что тут поделаешь?

Приходится им нас просить.

— Я им не верю, — сказала Алиса.

— И ошибаешься, — произнес рядом женский голос. Это толстая повариха незаметно подошла к ним и уселась на край койки Стуччи.

— Вы почему не спите? — спросила Алиса.

— Поспишь тут! Мне скоро завтрак готовить, отдельно для генералов, отдельно для офицеров, отдельно для солдат, а отдельно для вас, добровольцев.

— А разве мы добровольцы? — удивилась Алиса.

— Разумеется. Только добровольцы нас и спасают.

— От кого?

— От врагов, которые хотят отнять у нас свободу!

— Опять двадцать пять! — расстроилась Алиса. — Ну что же это получается! Со всех сторон слышу: у нас хотят отнять свободу, у нас хотят отнять свободу! А где она, ваша свобода? Под столом, что ли, спряталась?

— Так нельзя говорить, девочка, — рассердилась повариха. — Я добрая, это все знают, но, если ты будешь нашу свободу обижать, я и генералу доложить могу. Он тебе покажет, как свободу обижать!

Но вы же знаете, какая Алиса бывает упрямая. Ее генералами не запугаешь!

— Скажите, пожалуйста, — сказала она ласковым голосочком, — а как мне отсюда уйти?

— Куда уйти?

— В лес.

— Зачем тебе в лес? — удивилась повариха.

— Гулять. Я же свободный человек.

— Свобода должна подчиняться дисциплине, — заученно произнесла повариха. — Вот победим врагов, наступит полная свобода, хоть в лес, хоть по грибы, хоть спи днем!

Она глубоко вздохнула. И Алиса догадалась, что повариха больше всего на свете любила днем поспать, да не удавалось — ведь врагов свободы еще не победили.

— Понимаю, — сказала Алиса. — А расскажите нам, пожалуйста, про ваших врагов. Кто они такие и за что так не любят вашу свободу?

— Это непростой вопрос, — вздохнула повариха. — Когда‑то раньше мы делили планету дружно, обходились без войны. Но мы жили лучше.

Веселее, богаче. А наши соседи начали сходить с ума от зависти. И решили они нас завоевать, отнять все наши достижения.

— И когда же это случилось? — спросила Алиса.

— Меня тогда еще на свете не было, — призналась повариха. — Но мне на уроке борьбы и ненависти об этом рассказывали. Раз сто, наверное.

Так что я запомнила.

— Значит, война идет уже много лет?

— Конечно! У нас уже солдат не осталось, только генералы и немного офицеров. И знаешь почему?

— Ох, знаю, — сказала Алиса. — Вы не думайте, что я еще маленькая.

Выгляжу я молодо, но на своем веку я уже каких только планет не навидалась. И генералов много видела. И должна вам сказать, очень они друг на друга похожи.

— Это чем же? — удивилась повариха.

— Да тем, что умеют посылать в бой других, а сами сидят в бомбоубежищах и водят пальцами по картам, показывая, куда их солдатам отправляться, чтобы их там убили.

— Нельзя так говорить про наших генералов, — рассердилась повариха.

— Ты не знаешь, какие это душевные, отзывчивые люди! У нас на восьмом уровне картина висит одного известного художника. И на ней нарисовано, как генерал Хмыр выносит из огня куклу одной маленькой девочки.

— А где же сама девочка? — удивился Гаррик.

— Она, к сожалению, погибла при бомбежке, — ответила повариха. — А генерал потом положил куклу на ее могилку.

— Ну, просто чудо какое‑то! — сказала Алиса. — Пора нам всем отсюда убираться подобру‑поздорову, пока эти душевные генералы не понаделали из нас котлет.

— Как тебе не стыдно! — обиделась за генералов повариха. — Наши генералы вовсе не людоеды!

— А кто сказал, что они людоеды?

— Уйду я от вас, — сказала повариха. — Опасные разговоры ты, девочка, ведешь. Не хочу из‑за тебя в неприятности попасть.