Соловьи-разбойники

— Это Соловей‑разбойник. Про него рассказано во многих былинах. Его никто, конечно, не видел, но известно, что он пугал людей до смерти своим свистом, а богатырям приходилось с ним сражаться. Чаще всего они побеждали.

— Как же ты догадался? — удивился Милодар.

— Потому что я знаю орнитологию.

— Это лишнее! — возмутился Милодар. — Роботы не имеют права швыряться такими словами.

— Очевидно, вы меня неправильно поняли, — сказал робот, — орнитология — это наука о птицах. У меня есть несколько атласов и справочников, а летом я порой ухожу в лес, чтобы слушать пение птиц.

— Это правда, — подтвердила Алиса. — Поля — большой любитель птичьего пения.

— У меня есть десяток кассет с записями соловьиных концертов, — сказал робот. — Так что я соловья отличу от любой другой птицы.

— Но соловей ведь маленький, — сказал комиссар.

— А этот большой соловей, очень большой. Потому он и именуется разбойником. Вам выпало большое счастье — вы первыми в мире увидели Соловья‑разбойника. Теперь вы имеете право писать мемуары.

— Твой робот не может знать выдумок про соловьев‑переростков! — закричал Милодар. — Хватит издеваться надо мной! Я тебе не подружка, а руководитель ИнтерГалактической полиции!

— Тогда, мистер руководитель, — ответила хладнокровно Алиса, — я не понимаю, зачем вы пожаловали в наш скромный дом? Зачем вы ставите под сомнение способности моего робота?

— Послушайте ее! — радостно воскликнул Поля, а марсианский богомол вышел из‑под стула на видное место, чтобы показать, как он горд за робота.

— Это еще что за существо? — в ужасе воскликнул Милодар, который, как потом выяснилось, не выносил мух, тараканов, кузнечиков и прочих длинноногих членистоногих.

Все, разумеется, расстроились, а богомолу стало стыдно, что он отвратителен на взгляд комиссара, и он попытался выброситься из окна, но, как всегда, неудачно.

— Значит, так, — сказал комиссар, — никуда не уходить, ждать моих приказаний! Начинается охота на соловьев‑разбойников. При обнаружении разбойника, скрывающегося под личиной соловья, не приближаться, держать наготове паралитическое оружие!

Милодар глядел куда‑то в сторону и отдавал приказания несуществующему человеку. Алиса догадалась, что он сейчас разговаривает со своим помощником или секретарем, который остался в Антарктиде.

И на самом деле Милодар стал растворяться в воздухе. Его голограмма возвращалась в штаб.

— Мы его будем слушаться? — спросил Поля, показав голосом то, что роботам показывать нельзя, — неуважение к Человеку.

— Ты займешься обедом, — сказала Алиса. — А я пойду погуляю.

— Ты позволишь в виде исключения погулять вместе с тобой? — льстиво спросил домработник.

— В следующий раз, — ответила Алиса и умчалась из дома, оставив крайне обиженного Полю.

«Кто‑то делает сказочных персонажей», — размышляла Алиса, подняв флаер в воздух и направляясь в сторону Звенигорода. Она решила сама посмотреть на месте, что там натворил Соловей‑разбойник, и поискать его. Ведь нельзя же верить на слово роботу. Мало ли что может померещиться железному слуге, который, видите ли, занимается на досуге орнитологией и невзлюбил знаменитого комиссара Милодара.

Несмотря на сильное воздушное движение, Алиса добралась до Звенигорода за несколько минут. Эти места зовутся Подмосковной Швейцарией, потому что с высоких берегов Москвы‑реки открываются чудесные виды. Сосновые боры нависают над высокими обрывами, а сама речка то разливается по плоским зеленым лугам, то ускоряет свой тихий бег, сжатая заборами гигантских дач, которые здесь строили диктаторы, потом палачи, потом богачи, а теперь в них вольно раскинулись детские садики.

Сначала Алиса посетила то место, где потерпел аварию рейсовый флаер.

Она спустилась пониже, но выбираться из флаера не стала — ясно было, что всех оттуда увезли, пострадавшие давно уже в госпитале, а обломки флаера никакого интереса для нее не представляют.

«Натворив столько бед, я бы на месте Соловья‑разбойника полетела в лес, — решила Алиса. — Поглубже. Хотя никто, даже любознательный Поля, не знает привычек Соловья‑разбойника».

Лес начинался сразу за рекой и шел стеной до дачных заборов.

«На сосне бы я не стала жить — много колючек и трудно укрыться. А вот раскидистый дуб — замечательное место для того, чтобы спрятаться».

Алиса медленно вела флаер вдоль опушки леса.

Тут она заметила полицейские вертолеты, которые бороздили небо над деревьями. Значит, такая же мысль пришла в голову и полицейским. Ну ладно, ничего страшного, по крайней мере она здесь не одна.