Глава 4. Семейные связи

Мгновенно обрабатывая всю поступающую в ее мозг информацию, Джульетта рассчитывала каждое свое движение с точностью до сантиметра. Она вежливо, но твердо отодвинула в сторону глазевшего на нее юношу, перешагнула через затянутую радужной пленкой лужу и свернула за мадам Ко в один из узких проулков, из которых состояли бесконечные лабиринты медины.

И вдруг прямо перед ней возник незнакомый мужчина.

– Отличный ковры! – вскричал он на ломаном французском. – Иди со мной! Я показывать такое!

Мадам Ко, не сбавляя шаг, прошла мимо. Джульетта попыталась было последовать за ней, однако мужчина заступил ей путь.

– Спасибо, но мне ковры не нужны. Я живу практически на улице.

– Очень смешно, мадемуазель! Вы сказать хорошую шутку! Иди же, посмотри ковры Ахмеда!

Толпа начала обращать на них внимание, обволакивать, будто щупальца гигантского спрута, а мадам Ко тем временем уходила все дальше. Еще немного – и Джульетта потеряет своего патрона из виду.

– Я же сказала, мне твои ковры без надобности. Отойди в сторону, тряпишник. Я совсем недавно сделала маникюр, не заставляй меня пускать в ход ногти.

Однако тунисец не привык выполнять приказы женщин, тем более на него сейчас глазела вся округа.

– Дешево отдавать! – настаивал он, указывая на свой ларек. – Лучший ковер в Сфаксе!

Джульетта попыталась обойти настырного торговца, однако плотно сомкнувшаяся толпа не пустила ее.

И тут терпение Джульетты иссякло. До этого момента ей было отчасти жаль тунисского торговца коврами, оказавшегося в неудачном месте в неудачное время. Но теперь…

– Иди же! – ухмыльнулся тунисец, обнимая светловолосую иностранку за талию.

Этот поступок был не из самых мудрых в его жизни.

– Ты грубо себя ведешь, тряпишник! Буквально через мгновение Ахмед уже барахтался в куче ковров, а Джульетта бесследно исчезла. Понять, что произошло, зеваки смогли, только прокрутив запись, сделанную торговцем жареными курицами Кемалем, у которого при себе случайно оказалась видеокамера. При замедленном воспроизведении они увидели, как девушка схватила Ахмеда за горло и пояс и, легко оторвав от земли, швырнула в сторону ларька. Кстати, один из торговцев золотом узнал этот прием и сообщил всем, что называется он «рогатка» и что популярным его сделал знаменитый американский борец по кличке Папа Боров. Торговцы хохотали так долго, что некоторые на следующий день даже не вышли на работу. Полет Ахмеда был награжден призом как самое смешное происшествие года, а любительская съемка Кемаля завоевала первое место в тунисской версии программы «Сам себе режиссер». А еще через три недели Ахмед переехал жить в Египет.

Но вернемся к Джульетте. Девушка со спринтерской скоростью ринулась вперед по проулку, уворачиваясь от ошеломленных торговцев. Мадам Ко не могла уйти далеко, однако задание находилось под угрозой срыва.

Джульетта была вне себя от ярости. Именно о таких фокусах и предупреждал ее старший брат.

«С мадам Ко нельзя расслабляться, – советовал ей Дворецки. – Невозможно предугадать, что она придумает в следующий раз. Я слышал, как-то раз в Калькутте она устроила панику в стаде слонов, чтобы отвлечь внимание ученика».

Проблема состояла в том, что никому и ничему нельзя было верить. Мадам Ко вполне могла нанять этого торговца коврами, и вместе с тем он мог оказаться простым горожанином, сунувшим нос не в свое дело.

Вскоре проулок сузился настолько, что в нем едва-едва могли разминуться два человека. На уровне головы были натянуты веревки, на которых, исходя паром, сушилась национальная тунисская одежда. Джульетта, пригнув голову, бежала по переулку, расталкивая едва передвигающих ногами прохожих. Испуганные индюшки, привязанные за ногу к колышкам, возмущенно клекотали и разлетались в стороны.

Наконец Джульетта выбежала из проулка и оказалась на тускло освещенной площади, окруженной низенькими трехэтажными домишками. На балконах верхних этажей отдыхали мужчины, попыхивая ароматными кальянами, а сама площадь была выложена старинной мозаикой, изображающей сцену из жизни римских бань. И в центре этой мозаики лежала, прижав колени к груди, мадам Ко.

Трое мужчин, окружавших мадам Ко, были одеты в черные комбинезоны спецподразделений, и, судя по уверенным, четким движениям, это были уже не уличные торговцы, а настоящие профи. Экзамен продолжается? Вряд ли. Насколько могла судить Джульетта, эти трое действительно пытались убить ее сэнсэя.

И как назло, под рукой у Джульетты не было никакого оружия, но того требовали правила экзамена. Попытка ввоза в Тунис холодного оружия могла закончиться пожизненным заключением. К счастью, ее противники тоже не были вооружены, хотя человека можно убить, легонько ударив ребром ладони.

В данной ситуации требовалась импровизация, иначе погибнут и мадам Ко, и Джульетта. Идти в лобовую атаку не имело смысла. Если этой троице удалось справиться с самой мадам Ко, Джульетта вряд ли могла рассчитывать на успех в грядущей схватке.

Значит, нужно придумать нечто нешаблонное.

Джульетта сорвалась с места и, подпрыгнув на бегу, дернула веревку, натянутую между домами. Одно из двух колец, между которыми была растянута веревка, попыталось сопротивляться, но почти сразу выскочило из сухой штукатурки, и Джульетта ринулась вперед, волоча за собой кучу ковров и постельного белья. А затем она резко свернула влево, насколько позволила по-прежнему привязанная ко второму кольцу веревка, и побежала вокруг нападавших на мадам Ко убийц.