Глава 4. Семейные связи

– Эй, парни! – крикнула она вовсе не из-за показной храбрости, а потому, что для полного успеха плана следовало привлечь их внимание.

Мужчины подняли головы и тут же оказались погребенными под мокрой верблюжьей шерстью. Тяжелые ковры и белье обмотались вокруг их рук и ног, а нейлоновая веревка перетянула шеи. Буквально через секунду все трое были обездвижены. Джульетта подскочила к поверженным спецназовцам и нанесла каждому пару резких ударов в нервные центры у основания черепа. Теперь, когда убийцы были нейтрализованы, следовало позаботиться о наставнике.

– Мадам Ко! – позвала Джульетта, зарываясь в груду белья и пытаясь отыскать там своего сэнсэя.

Вскоре дрожащая пожилая женщина в оливковом платье и простом головном платке была извлечена из мешанины ковров, одежды и постельных принадлежностей.

Джульетта помогла ей подняться на ноги.

– Вы видели, что я придумала, мадам? Я уложила этих придурков на месте. Наверное, они в жизни не сталкивались ни с чем подобным. Импровизация. Мой брат всегда говорит: импровизация – вот залог успеха. Мне кажется, их внимание отвлекли мои тени для век. Ярко-зеленые и с блестками. Они меня еще никогда не подводи…

Джульетта внезапно замолчала, поскольку почувствовала на своем горле острие ножа. Кинжал держала сама мадам Ко, которая оказалась вовсе не мадам Ко, а незнакомой восточной женщиной в очень похожем оливковом платье. Ложная цель.

– Ты мертва, – сказала женщина.

– Вот именно, – согласилась вышедшая из" тени мадам Ко. – А если мертва ты, значит, мертв и патрон. Ты не выдержала экзамен, Джульетта.

Девушка, сложив ладони, низко склонилась и застыла в поклоне.

– Это был хитрый трюк, мадам, – промолвила она, стараясь говорить уважительным тоном.

Тонкая улыбка скользнула по губам сэнсэя.

– Конечно. Такова жизнь. А чего еще ты ожидала?

– Но эти убийцы, я же надрала им зад… так ловко их победила.

– Чистое везение, – небрежно махнула рукой мадам Ко. – К счастью для тебя, они были не наемными убийцами, а выпускниками моей академии. Кстати, что это еще за бредовая затея с веревкой?

– Этот прием я как-то видела по телевизору. Он так и называется – «бельевая веревка».

– В высшей мере сомнительный трюк, -покачала головой пожилая японка. – Ты победила лишь потому, что тебе сопутствовала удача. А в нашем бизнесе одной удачи недостаточно.

– Я не виновата, – попыталась оправдаться Джульетта. – Этот мужчина на рынке… Он не давал мне пройти! Пришлось вырубить его на время.

Мадам Ко постучала пальцем по лбу Джульетты.

– Замолчи, девочка. И подумай своей головкой. Как на самом деле ты должна была поступить?

Джульетта склонилась еще на дюйм ниже.

– Я должна была вывести торговца из строя, не колеблясь ни секунды, – быстро отрапортовала она.

– Правильно. Его жизнь ничего не значит, она несущественна. Безопасность патрона – вот что главное.

– Но я же не могу взять и убить невинного человека, – возразила Джульетта.

Мадам Ко устало вздохнула.

– Вижу, дитя мое, вижу. Именно поэтому я считаю тебя еще неготовой для настоящей работы. У тебя есть навыки, но тебе не хватает сосредоточенности и решимости. Возможно, в следующем году ты пройдешь это испытание.

У Джульетты едва не остановилось сердце. Ее брат получил синий бриллиант в восемнадцать лет. Он стал самым молодым выпускником за всю историю Охранной академии, и она надеялась повторить его достижение, а теперь нового экзамена придется ждать целых двенадцать месяцев. Однако возражать было бессмысленно: мадам Ко никогда не пересматривала своих решений. Из переулка показалась молодая женщина в костюме ученицы академии.

– Мадам, – обратилась она с поклоном, – вам звонят по спутниковому телефону.

Мадам Ко взяла трубку и несколько секунд внимательно слушала.

– Сообщение от Артемиса Фаула, – сказала она наконец.

Склонившейся в поклоне Джульетте не терпелось выпрямиться, но это было бы расценено как непростительное нарушение протокола.

– Да, мадам?

– Оно гласит: «Домовой нуждается в тебе».

Джульетта нахмурилась.

– Вы имеете в виду, я зачем-то понадобилась Дворецки? – уточнила она.

– Нет, – произнесла мадам Ко лишенным всяких эмоций голосом. – Я имею в виду, что некий Домовой нуждается в тебе. Просто повторяю то, что мне сообщили.

И вдруг Джульетта почувствовала жар солнца на шее, услышала назойливый, как визг бормашины, звон москитов, и ей захотелось одного: сорваться с места и со всех ног бежать в аэропорт. Дворецки никогда не открыл бы свое имя Артемису. Если только… Нет, в это невозможно поверить! Даже мысли об этом нельзя допускать!

Мадам Ко задумчиво постучала пальцем по подбородку.

– Ты еще не готова. Я не должна тебя отпускать. Ты слишком эмоциональна, чтобы быть настоящим телохранителем.

– Прошу вас, мадам!

Сэнсэй думала долгих две минуты.

– Хорошо, – в конце концов сказала она. – Ты можешь идти.

Джульетта исчезла, прежде чем на площади стихло эхо от слов, произнесенных мадам Ко. И даже сами боги не уберегли бы сейчас торговца коврами, если бы он посмел встать на пути у Джульетты.