Секретные материалы (Артемис Фаул - 4)

 

Сидней, Австралия. Где-то в порту

– Главное в боли то, майор Хвоец, – сказал старый эльф, поставив на стол небольшую деревянную шкатулку, – что она болезненна.

Хвоецу было слишком худо, чтобы он мог по достоинству оценить каламбур. Вещество, которым незнакомец зарядил шприц, не торопилось прекращать свое действие.

– Кто ты?.. Зачем меня?..

Хвоец не мог построить ни одной законченной фразы. Затуманенный мозг отказывался складывать слова.

– Успокойтесь, майор, – посоветовал мучитель. – Не пытайтесь бороться с действием сыворотки. Будет только хуже.

– Сыворотки? – прохрипел Хвоец.

– Моего собственного приготовления. Я не могу воспользоваться магией, поэтому вынужден полагаться на дары природы. Сыворотка, о которой идет речь, была составлена из равных частей молотых соцветий динь-динь и яда кобры. Не смертельна в малых дозах, но крайне эффективна в качестве успокоительного.

Страх пронзил мглу, окутывавшую разум майора, словно горячая кочерга – снег.

– Кто ты?

Старческое лицо незнакомца скривилось в гримасе детской злости.

– Можешь называть меня капитаном. Ты не помнишь меня, майор? Попытайся вернуться в первые дни своей службы в Корпусе. Знаю, это было много веков назад, но ты уж напряги память. Волшебный народец постоянно пытается навечно забыть обо мне. Но на самом деле я всегда рядом.

Майор хотел было сказать: «Да, конечно, припоминаю», но интуиция подсказывала ему, что ложь может оказаться гораздо опаснее правды. А правдой было то, что он представления не имел, когда и при каких обстоятельствах мог видеть этого старого эльфа. По крайней мере, до сегодняшнего дня, когда угодил к нему в лапы в районе доков. Сигнал беглого гнома привел Хвоеца к этой хижине, потом старый эльф выстрелил в него шприцем. Майор пришел в себя, будучи на совесть привязан к стулу, и теперь вынужден был выслушивать разглагольствования о природе боли.

Старый эльф открыл бронзовые защелки на шкатулке и с благоговением приподнял крышку. Майор Хвоец успел заметить бархатную обивку – красную, как кровь.

– Итак, мой мальчик, мне нужна информация. Информация, доступная только майору Корпуса.

Капитан достал из шкатулки кожаный мешочек. Внутри мешочка была еще какая-то коробочка, острые кромки которой растягивали кожу.

Хвоец часто задышал.

– Я ничего тебе не скажу.

Старик одной рукой развязал шнурок мешочка. Коробочка внутри блестела, отбрасывая тусклый свет на бледное лицо эльфа. Морщины вокруг глаз старика стали еще более темными и заметными, сами же глаза горели лихорадочным огнем.

– Итак, майор. Момент истины. Час вопросов.

– Окажи себе услугу, капитан, завяжи мешочек, – с наигранной дерзостью, совершенно не соответствовавшей его состоянию, посоветовал майор Хвоец. – Я – офицер Корпуса. Не думаешь же ты, что сможешь уйти от ответа, если причинишь мне вред?

Капитан печально вздохнул.

– И рад бы завязать его, да не могу. То, что находится внутри, рвется на свободу, чтоб выполнить свою работу. Не думаю, что кто-либо придет тебе на помощь. Я поработал над твоим шлемом и послал сообщение о неисправности. На Полис-Плаза считают, что у тебя неполадки со связью, и начнут волноваться лишь через несколько часов.

Старый эльф достал из мешочка стальной предмет. Это была клетка из мелкоячеистой сетки, в которой сидел крошечный серебристый паучок с ножками настолько тонкими, что острия коготков невозможно было разглядеть невооруженным глазом. Старик поднес клетку к лицу Хвоеца. Паук внутри забился в голодном бешенстве, всего в нескольких дюймах от носа майора.

– Они такие острые, что могут резать воздух, – заметил капитан.

И правда, мельтешащие ножки паука словно оставляли в воздухе быстро затягивающиеся разрезы.

Едва паук был извлечен на свет, старый эльф весь преобразился. Теперь он был вершителем судеб или по крайней мере одной судьбы. Он даже как будто стал выше ростом. Красные искорки заплясали в его глазах, хотя в хижине не было никакого источника света. Из-под пальто выбился наружу кружевной воротник старой парадной формы ЛеППРКОНа.

– Итак, мой юный эльф, я задаю вопрос и повторять не буду. Отвечай быстро, или испытаешь мой гнев.

Майор Хвоец дрожал от страха и холода, но не открывал рта.

Капитан нежно коснулся клеткой подбородка майора.

– Итак, вопрос. Где майор Крут будет проводить очередное посвящение в Корпус?

Майор заморгал, чтобы выступивший на лбу пот не заливал глаза.

– Посвящение? В каком месте? Я не знаю, капитан, честно. Недавно служу в Корпусе.

Капитан поднес клетку еще ближе к лицу Хвоеца. Серебристый паучок метнулся вперед, поцарапав щеку майора.

– Где будет Джулиус?! – взревел капитан. – Выкладывай!

– Нет, – сказал пленник и стиснул зубы. – Тебе не сломать меня.

Голос капитана от ярости сорвался на визг.

– Видишь, во что я превратился? В этом человечьем мире я старею!

Бедный майор Хвоец приготовился достойно встретить смерть. Все задание, от начала до конца, оказалось ловушкой.

– Из-за этого подлеца Джулиуса я больше не могу жить в Гавани! – в исступлении вопил капитан. – Он выселил меня, словно какого-нибудь заурядного предателя! Изгнал в вонючую выгребную яму мира людей! Когда он привезет очередного капрала для посвящения, мы будем ждать его – я и мои старые верные друзья. Мы отомстим, пусть это и не вернет нам Гавани.

Капитан резко оборвал свою пламенную речь. Он и так сказал слишком много, а время работало против него. Пора было заканчивать.


– Ты пришел сюда, чтобы найти беглого гнома, но никакого гнома не было. Мы фальсифицировали спутниковые изображения, чтобы заманить в ловушку офицера Корпуса. Пришлось ждать целых два года, прежде чем Джулиус прислал майора.

В его словах был смысл. Только офицер рангом не ниже майора мог знать, где будет проходить обряд посвящения.

– И теперь, попав в мои руки, ты скажешь все, что мне нужно!

Старик зажал майору Хвоецу нос. Майор крепился как мог, но в конце концов не выдержал и приоткрыл рот, чтобы глотнуть воздуха. Капитан только этого и ждал – в мгновение ока он вставил клетку между зубов Хвоеца и открыл дверцу. Паучок молниеносно скрылся в пищеводе молодого эльфа. Тварь двигалась так быстро, что глаз не успевал за ней уследить. Мелькнуло размытое серебристое пятнышко – и все…

Капитан отбросил клетку в сторону.

– Все кончено, майор. Ты покойник.

Хвоец непроизвольно вздрогнул, когда острые как бритва ножки паука впились в слизистую оболочку желудка.

– Представляю, как тебе больно. Внутренние травмы – наиболее мучительные из всех, – заметил старый эльф. – Какое-то время магия будет исцелять твое тело, но скоро силы у тебя иссякнут, и мой маленький дружок разгуляется вволю.

Хвоец знал, что старик говорит правду. Его «дружок» принадлежал к виду голубых туннельных пауков. Эти твари используют ножки в качестве зубов и измельчают мясо, прежде чем всосать его неким подобием десен. Причем предпочитают разрушать организм жертвы именно изнутри. Рой этих крошечных чудовищ может одолеть даже тролля. А одного паука более чем достаточно, чтобы убить эльфа.

– Я могу тебе помочь, – сказал капитан, – если ты согласишься помочь мне.

Хвоец едва сдерживался, чтобы не закричать от боли. Магия пыталась залечить нанесенные пауком раны, но исцеление происходило все медленней и медленней.

– Нет. Я ничего тебе не скажу, – проговорил он сквозь стиснутые зубы.

– Отлично. Ты умрешь, а я задам этот же вопрос другому офицеру, которого пришлют тебе на выручку. Конечно, он тоже может отказаться мне помочь, но ничего, пауков у меня много, хватит на всех.

Хвоец попытался рассуждать хладнокровно. Ему необходимо выпутаться из этой передряги живым и предупредить командира. А это можно сделать только одним способом.

– Ладно, твоя взяла. Убей паука.

Капитан схватил Хвоеца за подбородок.

– Сначала – ответ. Где будет следующее посвящение? И не пытайся обмануть меня, я догадаюсь.

– На островах Крачек, – простонал майор.

Лицо старого эльфа расплылось в торжествующей улыбке безумца.

– Я знаю, где это. Когда?

– Через неделю, – пробормотал Хвоец, сгорая от стыда.

Капитан хлопнул пленника по плечу.

– Молодец. Ты сделал мудрый выбор. Не сомневаюсь, ты поступил так, чтобы остаться в живых и предупредить моего брата.

От потрясения Хвоец даже забыл о боли. Брата?! Этот эльф – брат Джулиуса Крута? Майор знал эту историю. Все знали.

Капитан улыбнулся.

– Теперь тебе известна моя тайна. Я – опальный капитан Финт Крут. Джулиус охотился за своим родным братом, а теперь я буду охотиться за ним.

Хвоец вздрогнул: в его желудке появился десяток крошечных сквозных ранок.

– Убей эту тварь, – взмолился он.

Финт Крут достал из кармана небольшой термос.

– Хорошо, но не думай, что тебе удастся кого-нибудь предупредить. В шприце было средство, вызывающее потерю памяти. Через пять минут все случившееся превратится в сон за пределами твоего понимания.

Капитан Крут открыл термос, и Хвоец с облегчением вдохнул густой аромат крепкого кофе. Голубой туннельный паук – гиперактивное и сверхчувствительное существо с очень слабым сердцем, кофеин неминуемо вызовет у него сердечный приступ со смертельным исходом.

Финт Крут влил обжигающую жидкость в горло Хвоеца. Майор поперхнулся, но заставил себя проглотить ее. Эффект последовал спустя несколько секунд: сперва паук начал метаться по желудку, но постепенно затих, и мучения прекратились.

Хвоец облегченно вздохнул и закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на том, что с ним произошло.

– Отлично, – хихикнул капитан Крут. – Ты пытаешься закрепить воспоминания, чтобы их можно было восстановить под гипнозом. Не старайся. Я ввел тебе не совсем обычное средство. Тебе повезет, если сможешь вспомнить, какого цвета небо.

Хвоец уныло повесил голову. Он предал своего командира, но ничего не добился. Через неделю Джулиус Крут попадет в ловушку на островах Крачек. В месте, которое он, майор Хвоец, выдал врагу.

Финт застегнул пальто, спрятав под ним старую форму.

– Пока, майор. Благодарю за помощь. Поначалу тебе будет трудно сосредоточиться, а к тому времени, когда ты окончательно придешь в себя, ремни, которыми ты связан, должны раствориться.

Капитан Крут открыл дверь хижины и скрылся в ночи. Хвоец проводил его взглядом, но буквально через мгновение уже не готов был поклясться, что когда-либо видел капитана.

 

 

Королевский бульвар, Гавань, Нижние Уровни. Неделю спустя…

Капрал Элфи Малой регулировала уличное движение на Королевском бульваре. По уставу офицеры полиции Нижних Уровней должны патрулировать улицы парами, но на другом берегу реки проходил финальный матч лиги по хрустьболу, поэтому ее напарник патрулировал боковую линию на Вестсайдском стадионе.

Элфи неторопливо вышагивала по бульвару. В компьютеризированном спецкостюме регулировщика она выглядела просто великолепно. Комбинезон мог отображать на нагрудном дисплее не только все общие команды, но и восемь строк текста. Кроме того, костюм был закодирован на ее голос, и когда Элфи приказывала водителю остановиться, команда дублировалась на груди желтыми светящимися буквами.

Поступая в Полицейскую академию Нижних Уровней, Элфи, конечно, мечтала вовсе не о том, чтобы стать ходячим дорожным знаком. Однако каждый капрал должен отработать определенное время на улице, прежде чем ему или ей разрешат выбрать специальность. Элфи регулировала движение уже шесть месяцев и порой начинала сомневаться в том, что ее мечты попасть в Разведывательный Корпус когда-нибудь осуществятся. Если начальство все же решит предоставить ей такую возможность и если она успешно пройдет посвящение, то станет первой женщиной, которой удалось получить назначение в Корпус. Элфи это обстоятельство нисколько не пугало. Она была упряма от природы, и дополнительные трудности лишь подстегивали ее пыл. Она намеревалась не только с честью пройти обряд посвящения, но и побить рекорд, установленный капитаном Трубой Келпом.

В тот день на бульваре было тихо и спокойно. Все жители Гавани собрались на Вестсайдском стадионе, чтобы насладиться игрой, жареными овощами и грибными бургерами. Все, кроме нее, немногочисленных служащих и владельца автофургона, который был с нарушением правил припаркован на разгрузочной площадке ресторана.

Проведя сенсором перчатки по бамперу, Элфи просканировала штриховой код лилового фургона. Буквально через несколько секунд центральный сервер Легиона переслал файл в ее шлем. Как оказалось, фургон принадлежал мистеру И.Файберу – спрайту, за которым числился длинный список нарушений.

Элфи отстегнула клапан на «липучке», закрывавший портативный дисплей на ее запястье. Запустив программу штрафов за нарушение правил парковки, она сняла со счета мистера Файбера нужную сумму. При этом она поймала себя на том, что испытывает злорадное удовлетворение, наказывая нарушителя, и подумала, что это, пожалуй, единственная радость, которую может принести работа в отделе транспортной полиции,

И тут в фургоне что-то заворочалось. Что-то большое. Фургон даже закачался.

Элфи постучала по тонированному стеклу.

– Мистер Файбер, выйдите из машины.

Ответа из салона не последовало, но фургон стал раскачиваться еще сильнее. Внутри кто-то был. Причем кто-то значительно крупнее и тяжелее спрайта.

– Мистер Файбер, откройте дверь, иначе мне придется произвести обыск.

Элфи попыталась разглядеть, что происходит в салоне, но у нее ничего не получилось – шлем регулировщика не был оснащен фильтрами, которые позволяют видеть сквозь тонированные стекла. Судя по всему, в фургоне находилось какое-то животное, а это уже серьезное нарушение. Перевозка животных в личном транспортном средстве категорически запрещена. Не говоря уже о том, что это жестоко и противоречит нормам морали. Волшебный народец употреблял мясо некоторых животных в пищу, но никогда не держал домашних питомцев. Если владелец фургона был замешан в контрабанде каких-то животных, вполне вероятно, что он получал их непосредственно с поверхности.

Элфи уперлась руками в боковую стенку фургона и налегла изо всех сил. Машина мгновенно завибрировала и закачалась так сильно, что едва не опрокинулась.

Элфи отошла от фургона. Придется вызывать подкрепление.

– Э… какие-то проблемы, офицер?

Элфи обернулась. Рядом с ней парил спрайт. Спрайты всегда парят, когда нервничают.

– Сэр, эта машина принадлежит вам?

Крылышки спрайта затрепетали пуще прежнего, и он приподнялся еще дюймов на шесть.

– Да, офицер, я – Илой Файбер, владелец этого фургона.

Элфи подняла забрало шлема.

– Опуститесь на землю, сэр. На Королевском бульваре летать запрещено. Об этом говорят все знаки.

Файбер медленно опустился на землю.

– Да, конечно, офицер. Прошу прощения.

Элфи попыталась определить по лицу Файбера, виноват ли он в нарушении закона. Бледно-зеленая кожа спрайта блестела от пота.

– Вас что-то беспокоит, мистер Файбер? Файбер кисло улыбнулся.

– Нет. Беспокоит? Нет, все в порядке. Просто немного опаздываю. В наши дни приходится вечно куда-то спешить. Такова жизнь, сами знаете…

Фургон вновь закачался.

– Что у вас там? – спросила Элфи.

Улыбка застыла на лице Файбера.

– Ничего особенного. Несколько полок в разобранном виде. Скорее всего, одна из них упала.

Он лгал. Элфи ни секунды в этом не сомневалась.

– Правда? Много же у вас там полок, потому что это – пятая. Откройте фургон, пожалуйста.

Крылья спрайта снова затрепетали.

– Насколько мне известно, я не обязан этого делать. Разве вам не нужен ордер?

– Нет. Мне нужно только достаточное основание. У меня есть основания считать, что вы незаконно перевозите животных.


– Животных? Что за чушь. Кроме того, я не могу открыть фургон. Кажется, потерял чип…

Элфи сняла с пояса универсальную отмычку и прижала датчик к задней двери фургона.

– Хорошо. Ставлю вас в известность о том, что открываю данный фургон для того, чтобы проверить, нет ли в нем незаконно перевозимых животных.

– Разве мы не должны подождать адвоката?

– Нет. Животные умрут от старости.

Файбер шарахнулся от машины.

– Я бы очень не советовал вам это делать.

– Еще бы.

Универсальная отмычка пискнула, и задняя дверь фургона распахнулась. Элфи увидела перед собой огромный дрожащий куб оранжевого желе. Это был гидрогель, который используют для безопасной перевозки раненых обитателей моря. В гидрогеле животные могут дышать и в то же время надежно защищены от тряски во время движения. Стайка скумбрии пыталась плавать в замкнутом пространстве фургона. Рыб, без сомнения, везли в какой-то подпольный рыбный ресторан.

Вероятно, гель сохранил бы свою первоначальную форму, если б рыбы разом не решили поплыть на свет. Совместными усилиями они вытолкнули куб из фургона. Оказавшись снаружи, он попал под действие силы тяжести и мгновенно расплылся желейной кляксой. Элфи захлестнула волна благоухающего рыбой геля и самой рыбы. Вонючая субстанция обнаружила в форменном комбинезоне эльфийки отверстия, о наличии которых она и не подозревала.

– Д'арвит! – выругалась офицер Малой, падая на спину.

Одновременно с ее падением по несчастливому стечению обстоятельств произошли два события: во-первых, замкнулись схемы ее спецкостюма, во-вторых Элфи поступил вызов с Полис-Плаза – оттуда сообщили, что ее хочет видеть майор Джулиус Крут. Немедленно.

 

Полис-Плаза, Нижние Уровни

Элфи сдала Файбера дежурному и бегом бросилась через двор к кабинету Джулиуса Крута. В ее намерения не входило заставлять главу ЛеППРКОНа ждать. Возможно, настал момент ее посвящения. Наконец-то!

В кабинете майора кто-то был. Элфи видела силуэты голов сквозь полупрозрачное стекло. Головы качались и кивали.

– Капрал Малой прибыла по приказанию майора Крута, – с трудом переводя дыхание, представилась она секретарше.

Секретарша – пикси средних лет с вопиюще-розовым перманентом – подняла на нее взгляд и, мгновенно забыв о других делах, удостоила Элфи глубочайшим вниманием.

– Вы хотите предстать перед майором в таком виде? – поинтересовалась пикси.

Элфи стряхнула несколько капель гидрогеля с формы.

– Да. Это всего лишь гель. Я прямо с дежурства. Майор Крут поймет.

– Вы уверены?

– Так точно. Я непременно должна присутствовать на этом собрании.

Улыбка секретарши плохо маскировала брезгливую гримасу.

– Хорошо, проходите.

При иных обстоятельствах Элфи, несомненно, заподозрила бы неладное, но в тот раз подозрения покинули ее так же быстро, как она сама покинула приемную, проскользнув в дверь кабинета.

В кабинете разговаривали двое. В одном из них Элфи узнала Джулиуса Крута. Это был широкоплечий эльф со стрижкой ежиком, в углу его рта была зажата грибная сигара. Лицо второго тоже было знакомо Элфи: Труба Келп, живая легенда Корпуса, офицер, которому только за последний год удалось успешно выполнить более дюжины миссий. Во всех полицейских барах частенько судачили о его подвигах.

Увидев Элфи, Крут замер.

– Да? В чем дело? Что-то случилось с канализацией?

– Н-нет, – заикаясь, ответила Элфи. – Капрал Малой прибыла по вашему приказанию, сэр.

Крут встал, его щеки покрылись красными пятнами. Майор являл собой наглядную картину очень недовольного жизнью эльфа.

– Малой. Ты – эльфийка?

– Так точно, сэр. Признаюсь чистосердечно.

Крут, похоже, был не в том настроении, чтобы по достоинству оценить ее иронию.

– Мы не на свидании, Малой. Шутки юмора оставь при себе.

– Есть, сэр. Никаких шуток.

– Вот и хорошо. Я полагал, что ты – эльф, учитывая результаты тестов на пилота. Ни одной женщине не удавалось добиться таких высоких результатов.

– У меня такие же сведения, сэр.

Майор присел на край стола.

– Ты – восьмидесятая женщина, которой удалось вплотную приблизиться к посвящению, но ни одна его пока еще не прошла. Департамент борьбы за равные права вопит о половой дискриминации, поэтому твоим посвящением я решил заняться лично.

Элфи нервно сглотнула, безуспешно пытаясь избавиться от комка в горле.

– Лично?

Крут улыбнулся.

– Именно так, капрал. Мы с тобой отправимся навстречу этому маленькому приключению. Только ты и я. Как тебе эта перспектива?

– Отлично, сэр. Большая честь для меня.

– Молодец. Так держать. – Крут принюхался. – Что за вонь?

– Я регулировала движение, сэр. Пришлось задержать контрабандиста. Он промышлял рыбой.


Крут снова втянул носом воздух.

– Я так и думал, что дело в рыбе. То-то твоя форма местами оранжевая.

Элфи сняла каплю геля с рукава.

– Гидрогель, сэр. Контрабандист использовал его для перевозки рыбы.

Крут поднялся со стола.

– Малой, ты знаешь, чем на самом деле занимаются офицеры Корпуса?

– Так точно, сэр. Они выслеживают сбежавших на поверхность подземных жителей, сэр.

– На поверхность, Малой. Где живут люди. Мы должны быть незаметными, ничем не выделяться. Сможешь справиться с этим?

– Так точно, майор, смогу.

Крут выплюнул сигару в утилизатор.

– Хотелось бы верить. Возможно, я и поверил бы, если бы не это. – Крут указал пальцем на грудь Элфи.

Элфи опустила взгляд. Неужели майора так рассердили несколько капель геля и запах рыбы?

Нет, конечно.

На нагрудном дисплее горело всего одно слово, написанное крупным жирным шрифтом. Слово, которое вырвалось у Элфи, когда гидрогель замкнул схемы костюма.

– Д'арвит, – едва слышно выругалась она.

Именно это и значилось у нее на груди.

 

Шахта Е1

Из кабинета майора все трое проследовали прямо к Е1 – шахте, которая выходит на поверхность в Таре, Ирландия. Капралам не отводилось никакого времени на подготовку к посвящению, потому что на службе в Корпусе времени на сборы нет никогда. Преступники не согласовывают время побега с полицией. Они сбегают тогда, когда им представляется удобный случай, и офицер Корпуса должен быть готов в любой момент отправиться в погоню.

На поверхность им предстояло подняться на шаттле Корпуса. Элфи не только не дали оружия, у нее отобрали даже шлем. И лишили магии, уколов булавкой большой палец. Булавку не убирали, пока вся магия, до последней капли, не была истрачена на исцеление раны.

Капитан Труба Келп объяснил необходимость этой меры, залечивая крошечную ранку на пальце капрала собственной магией:

– Ты можешь оказаться на поверхности без оружия, без связи, без магии и тем не менее должна будешь выследить беглеца. А он, в свою очередь, наверняка попытается выследить тебя. Если ты не способна справиться с заданием голыми руками, тебе нечего делать в Корпусе.

Элфи ожидала чего-то подобного. Все выпускники Полицейской академии слышали от ветеранов множество рассказов о посвящении. Сейчас она гадала, в какой адской дыре ей предстоит оказаться и на кого придется охотиться.

Она смотрела на проносившиеся в иллюминаторе шаттла стены шахты. На самом деле шахты были пробитыми магмой гигантскими жерлами, которые тянулись от ядра земли до самой поверхности. Волшебный народец освоил несколько из этих туннелей, сделал из них выходы по всему миру и построил наверху и внизу терминалы для шаттлов. По мере развития человеческой техники многие станции были вынужденно закрыты или уничтожены. Если бы вершки обнаружили терминал, они легко могли бы проникнуть прямо в Гавань.

В критических ситуациях офицеры Корпуса поднимались в титановых капсулах вместе с выбросами магмы. Это был самый быстрый способ преодолеть пять тысяч миль до поверхности. На этот раз Элфи и ее сопровождающие путешествовали в шаттле Корпуса с относительно низкой скоростью восемьсот миль в час. Крут включил автопилот и вернулся в салон, чтобы дать Элфи последние инструкции.

– Мы направляемся к островам Крачек, – сказал майор Крут, включая над столом для совещаний голографическую карту. – Это небольшой архипелаг у восточных берегов Ирландии. Точнее говоря, мы направляемся на Терн Мор – главный остров архипелага. На нем живет только один человек – активный борец за охрану природы Кайран Росс. Каждый месяц Росс ездит в Дублин, чтобы сдать отчеты в департамент охраны окружающей среды. Обычно он останавливается в отеле «Моррисон» и посещает театр «Эбби». Наш технический персонал подтвердил, что он уже зарегистрировался в отеле, поэтому у нас появилось окно в тридцать шесть часов.

Элфи кивнула. Наткнуться в ходе учений на людей – нет уж, увольте! Учения в приближенных к реальным условиях – это прекрасно, но только не за счет безопасности всей волшебной нации.

Крут вошел в голограмму и привлек внимание Элфи к точке на карте.

– Высадимся здесь, в Тюленьей бухте. Ты с капитаном Келпом сойдешь на берегу. Я останусь в шаттле и десантируюсь в другом месте. После этого – все просто. Ты охотишься на меня, я охочусь на тебя. Капитан Келп будет записывать наши действия для дальнейшего анализа. Когда учения будут закончены, я изучу запись на диске и решу, есть ли у тебя данные, которые позволят тебе со временем стать настоящим офицером Корпуса. Обычно кандидаты получают не менее полудюжины попаданий, но пусть это тебя не беспокоит. Главное – насколько ты сможешь усложнить мне задачу.

Крут снял со стойки у стены пейнтбольный пистолет и бросил его Элфи.

– Есть один способ обойти экзамен. Попади в меня первой, и ты принята. Без вопросов. Но не слишком надейся на это. У меня за плечами вековой опыт работы на поверхности, я переполнен магией, и в моем распоряжении полный шаттл оружия.

Элфи порадовалась, что сидит, а не стоит. Она провела сотни часов у симуляторов, но на поверхности ей удалось побывать только дважды. Один раз их с классом вывозили на экскурсию в тропические леса Южной Америки, и еще как-то раз они с родителями отдыхали в Стоунхендже. Третий визит на поверхность обещал стать куда более увлекательным.

 

Остров Терн Мор, Северный мыс

Джулиус Крут с удивлением обнаружил, что запыхался. Когда-то он мог бежать весь день и даже не вспотеть, а сейчас сердце бешено колотилось после какой-то легкой двухмильной пробежки. Шаттл он остановил на окутанной туманом вершине холма у северной оконечности острова. Туман, конечно, был искусственным – его создал прикрепленный болтами к выхлопной трубе шаттла компрессор. Защитный экран корабля по-прежнему работал, и туман служил лишь дополнительным средством маскировки.

Крут бежал, низко пригнувшись, вернее, сложившись почти пополам. Как настоящий охотник. Он бежал, наслаждаясь диким первозданным счастьем, которое может даровать только сладкий воздух поверхности. Со всех сторон доносился грохот прибоя – это море, бессмертное, вездесущее чудовище, напоминало о мощи Земли. Только во время такой охоты на поверхности майор Джулиус Крут чувствовал себя по-настоящему счастливым. Честно говоря, он мог поручить проводить обряды посвящений кому-нибудь другому, но заставить себя лишиться такого удовольствия было нелегко, и он решил, что согласится на это только после того, как его одолеет кто-нибудь из кандидатов. Пока этого не произошло.

Часа через два майор остановился и сделал большой глоток воды из фляги. Намного проще было бы охотиться на механических крыльях, но Крут предпочитал играть честно и оставил крылья на полке в шаттле. Никто не сможет упрекнуть его в том, что он одержал победу только благодаря тому, что у него снаряжение было лучше.

Крут осмотрел все наиболее очевидные места для засады, но так и не нашел капрала Малой. Элфи не было на берегу, не было ее и в старой каменоломне. Она не устроила засаду на макушке одного из деревьев в вечнозеленом лесу. Возможно, она была умнее и хитрее обычного кадета. Так и должно быть. Девица, чтобы выжить в Корпусе, должна быть выше подозрений и предубеждений. Майор не собирался давать ей никаких поблажек. Он будет обращаться с ней столь же грубо, даже свысока, как обращался со всеми подчиненными, пока те не заслужат иного отношения.

Крут продолжал поиски, напрягая все органы чувств, подмечая малейшие изменения вокруг, которые могли сказать, что он сам находится под наблюдением. Двести или около того видов птиц, гнездившихся на скалах Терн Мора, вели себя слишком беспокойно. Летавшие над головой чайки возбужденно кричали, вороны следили за каждым его шагом, майор даже заметил орла – хищник наблюдал за ним, паря на огромной высоте. Крики и шум мешали Круту сосредоточиться, но они отвлекали и капрала Малой, причем ей приходилось куда тяжелее.

Майор поднялся по пологому склону к человеческому жилищу. Малой не могла находиться внутри дома, но могла прятаться где-нибудь поблизости. Крут углубился в заросли, тускло-зеленый комбинезон офицера Корпуса помогал ему сливаться с листвой.

Джулиус услышал шум впереди. Какие-то неравномерные шорохи. Словно кто-то тер тканью о камни. На мгновение он замер, потом опустился на землю и пополз. Он спугнул кролика, зверек дал стрекача и скрылся в кустарнике. Не обращая внимания на цеплявшиеся за локти шипы ежевики, Крут полз к источнику звука. Возможно, этот звук не значил ничего, возможно – все.

Верным оказалось второе. Выглянув из укрытия в зарослях, Крут увидел Малой – она сидела на корточках, прячась за большим камнем. Майора неприятно удивил столь неудачный выбор места. Она была защищена с востока, но оставалась совершенно открытой со всех других направлений. Капитана Келпа видно не было, скорее всего, тот снимал происходящее с какой-нибудь высотки.

Крут вздохнул. Он с удивлением обнаружил, что разочарован. Было бы совсем неплохо, если б в его команде появилась эта барышня. Все-таки новое лицо… На новичков всегда приятно орать.

Джулиус достал пейнтбольный пистолет и раздвинул ветви шиповника. Надо поставить ей не одну метку, а парочку, для пущего эффекта. Если этой девице хочется нацепить на лацкан значок Корпуса, ей самое время проснуться и показать все, на что она способна.

Круту даже не было нужды использовать встроенный в шлем прицел. Дистанция – всего двадцать футов, с такого расстояния попасть проще простого. Впрочем, он и так не собирался использовать щиток шлема. У Малой не было электронного прицела, поэтому и Крут не хотел его применять. Лишний повод накричать на нее после провалившейся попытки посвящения.

И тут Элфи повернулась в сторону зарослей. Она не могла его видеть, а он видел ее отчетливо. Но что было особенно важно, он мог видеть надпись на ее нагрудном дисплее: «ФИНТ + 2»

Майор Крут убрал пистолет и поспешил скрыться в темноте зарослей.

Круту стоило немалых усилий заставить себя рассуждать хладнокровно. Финт на острове. Этого не может быть! Давние, подзабытые уже чувства мгновенно вернулись, от напряжения у майора даже засосало под ложечкой. Финт был его братом, и Джулиус до сих пор не мог заставить себя относиться к нему, как к чужому. Но горечь и сожаление заглушали братскую привязанность. Финт предал свой народ, ради собственной выгоды рисковал множеством чужих жизней. Тогда Крут позволил брату сбежать, но не собирался повторять этой ошибки.

Майор, пятясь, отполз в заросли и включил шлем. Он попробовал установить связь с Полис-Плаза, но услышал в наушниках шлема только шум помех. Вероятно, Финт задействовал глушилку.

Ладно. Попробуем иначе. Финт может контролировать распространявшиеся по воздуху волны, но не сам воздух. Любое живое существо нагревает воздух вокруг себя. Крут опустил на щиток тепловой фильтр и стал методично изучать пространство позади капрала Малой.

Поиск не занял много времени. На бледно-розовом фоне, означающем тепло земляных насекомых и грызунов, ярко, словно огни маяка, выделялись две красные полоски. Скорее всего, это была утечка теплового излучения из-под листов камуфляжной фольги. Снайперы. Ждут появления Джулиуса. Впрочем, это явно не профессионалы, в противном случае они не высовывали бы стволы винтовок из-под фольги, демаскируя себя.

Крут убрал пейнтбольный пистолет в кобуру и достал «Нейтрино-500». Обычно в боевой обстановке он предпочитал использовать трехствольный бластер с водяным охлаждением, но он никак не ожидал, что попадет в серьезные неприятности, и теперь мысленно отругал себя за это. Идиот. Серьезные неприятности не придерживаются графика.

Майор обошел снайперов с тыла и снял обоих импульсами с безопасного расстояния. Возможно, это было не слишком спортивно, но Крут предпочел благоразумие азарту. Очнуться снайперы должны были уже прикованными друг к другу в заднем отсеке полицейского шаттла. Если вдруг окажется, что он задержал невиновных, их просто отпустят – серьезных последствий от его выстрелов не будет.


Майор Крут подбежал к месту первой засады и откинул камуфляжную фольгу. В неглубокой яме лежал гном. Мерзкий коротышка. Крут мгновенно узнал его по фотографиям разыскиваемых преступников. Бобб Лохби. Тот еще отморозок. Кого еще мог нанять тупица Финт, чтобы обтяпать свои темные делишки? Крут опустился на колени рядом с гномом, разоружил его и сковал пластиковыми наручниками запястья и лодыжки.

Разобравшись с гномом, майор быстро преодолел пятьдесят метров, отделявшие его от укрытия второго снайпера. Так-с, кто тут у нас? Ага, еще один хорошо известный беглый преступник – Юникс К'Лякс. Бескрылый спрайт. Уже несколько десятилетий он был правой рукой Финта. Крут невесело усмехнулся, связывая бесчувственного спрайта. Эти двое – уже недурной улов, а день еще не закончился.

Элфи пыталась незаметно выдернуть из земли штырь, к которому была прикована, когда к ней подошел майор Крут.

– Тебе помочь? – спросил он.

– Ложитесь, майор, – прошипела Элфи. – Вы под прицелом двух «снайперок».

Крут похлопал по прикладам висевшие на плече винтовки.

– Ты имеешь в виду эти? Я прочел твое сообщение. Молодец. – Он схватился обеими руками за цепь и выдернул штырь из земли. – Параметры задания изменились.

«Ах, да неужели?» – съязвила про себя Элфи.

Крут достал универсальную отмычку и снял с девушки кандалы.

– Учения закончились, – продолжал он. – Мы находимся в боевой обстановке, нам противостоит враждебно настроенный, возможно, вооруженный противник.

Элфи потерла затекшую лодыжку.

– Ваш брат Финт запер капитана Келпа в человеческом жилище. Он пригрозил накормить капитана голубым туннельным пауком, если что-нибудь пойдет не по плану.

Крут тяжело вздохнул и прислонился к камню.

– Мы не можем проникнуть в человеческое жилище. Войдя без приглашения, мы на какое-то время потеряем возможность нормально двигаться и соображать, но главное – такой арест будет считаться незаконным. Финт не дурак. Хоть мы и перехитрили его приятелей, захватить дом нам все равно не удастся.

– Мы можем использовать лазерные прицелы, чтобы поразить преступника, не переступая границ жилища, – предложила Элфи. – И тогда капитан Келп сможет выйти из дома самостоятельно.

Крут улыбнулся бы, если б в перекрестье прицелов предстояло оказаться не его родному брату.

– Да, капрал Малой, мы можем так поступить.

Крут и Элфи бегом направились к скале, возвышавшейся рядом с человеческим жилищем. Дом стоял в низине, в окружении серебристых берез.

Майор задумчиво почесал подбородок.

– Придется подойти ближе. Я буду стрелять через окно и должен быть уверен, что попаду. Вполне возможно, второго шанса нам не представится.

– Сэр, могу я взять одну из винтовок? – спросила Элфи.

– Нет. Ты еще не получила лицензию на применение оружия. На карту поставлена жизнь капитана Келпа, поэтому мне нужен надежный стрелок. Кроме того, даже если тебе, не имея лицензии, удастся подстрелить Финта, дело не примут в суде.

– Чем я могу помочь?

Крут проверил заряд обеих винтовок.

– Оставайся здесь. Если Финт перехитрит меня, возвращайся к шаттлу и передай сигнал бедствия. Если помощь не прибудет и ты увидишь приближающегося Финта, запусти систему саморазрушения.

– Но я умею управлять шаттлом, – возразила Элфи. – Провела сотни часов на тренажерах…

– Но так и не получила лицензии пилота, – закончил за нее фразу майор. – Если посмеешь сесть за штурвал, можешь попрощаться с карьерой. Запусти механизм саморазрушения и сиди тихо, пока не прибудет отряд Быстрого реагирования. – Он передал Элфи чип стартера, который также мог служить локатором. – Это прямой приказ, капрал Малой, и не смотри так нагло, ты заставляешь меня нервничать. А когда я нервничаю, мне хочется кого-нибудь пристрелить. Все понятно?

– Так точно, сэр. Все понятно, сэр.

– Отлично.

Элфи присела чуть ниже кромки гряды, а майор побежал к дому, петляя между деревьев. Спустившись примерно до половины склона, он возвел защитный экран и стал практически невидимым для невооруженных глаз. На самом деле никаких экранов подземные жители не возводят – просто начинают вибрировать с такой частотой, что их невозможно увидеть. Конечно, Круту придется отключить экран, чтобы выстрелить в брата, но сделает он это только в самый последний момент.

Крут чувствовал в воздухе привкус металлической пыли – несомненно, работа «глушилки». Осторожно ступая по неровной земле, майор подошел к дому настолько близко, что стали отчетливо видны окна. Шторы были раздвинуты, но ни капитана Келпа, ни Финта не наблюдалось. Придется обойти дом с тыла.

Вокруг дома изгибалась дорожка, выложенная потрескавшимися плитами. Прижимаясь к стене, Крут обогнул коттедж. Он увидел запущенный, обсаженный деревьями дворик. На каменных плитах дорожки стоял табурет. На нем, подняв лицо к солнцу и не замечая ничего вокруг, восседал Финт.

У Крута перехватило дыхание, и он едва не споткнулся. Его единственный брат. Родная кровь. На мгновение майору представилось, как он обнимет брата, забыв о прошлом… Но только на мгновение. Слишком поздно для примирения. Финт едва не погубил множество жителей Гавани и до сих пор представлял угрозу для волшебного народца.

Крут поднял винтовку и прицелился в брата. Оскорбительно легкий выстрел, даже для заурядного стрелка. Он поверить не мог, что брат был настолько глуп, чтобы не удосужиться даже спрятаться. Подкравшись ближе, Крут поразился, в какую старую развалину превратился Финт. Разница в возрасте составляла какой-то век, а старший брат выглядел так, словно едва мог держаться на ногах. Подземные жители славились своим долголетием, но время не пощадило лишившегося волшебной силы Финта, заставив его состариться раньше срока. Крут повесил винтовку на плечо и достал свой «Нейтрино».


– Привет, Джулиус. Я знаю, что ты здесь, – не открывая глаз, сказал Финт. – Восхитительное тут солнце, верно? Как только вы умудряетесь жить без его лучей… Покажись. Я так давно не видел твоего лица.

Крут отключил экран. Его руки, державшие винтовку, дрожали, и майору стоило немалого труда вернуть им твердость.

– Замолчи, Финт. Ничего не говори. Для меня ты лишь будущий заключенный. Больше никто.

Финт открыл глаза.

– Ах вот ты где, мой маленький братишка. Неважно выглядишь. Высокое кровяное давление. Не сомневаюсь, это охота на меня заставила тебя так распереживаться.

Джулиус не мог оставить его высказывание без ответа и помимо воли оказался втянутым в разговор.

– Кто бы говорил! Ты сам здорово смахиваешь на половик, который слишком часто выбивали. Смотрю, все еще носишь старую форму Легиона? Кружевные воротники давно остались в прошлом, Финт. Ты знал бы об этом, если б до сих пор был капитаном.

Финт взбил кружева.

– Форма… Какая глупая тема для разговора. Неужели тебе нечего сказать мне, Джулиус? После стольких лет…

– У нас будет время поговорить, когда навещу тебя в камере.

Финт, словно в дешевой мелодраме, протянул ему руки, подставляя запястья.

– Отлично, майор. Можешь меня арестовать.

Джулиус тут же заподозрил неладное.

– Так просто? Что ты задумал?

– Я устал, – со вздохом произнес брат. – Жизнь среди вершков утомила меня. Они так неотесанны… Я хочу вернуться домой, даже если это означает сесть за решетку. Как я понимаю, с моими помощниками ты уже разобрался. Разве у меня есть выбор?

Чутье солдата, словно молоточек звонка, выбивало тревожную дробь в голове Крута. Он опустил тепловой фильтр на щиток и увидел, что в доме находится только один подземный житель. Кто-то привязанный к стулу. Это был капитан Келп.

– А где же прелестная капрал Малой? – небрежным тоном поинтересовался Финт.

Крут решил, что не помешает запастись козырем в рукаве – так, на всякий случай.

– Погибла, – резко произнес он. – Твой гном подстрелил ее, когда она пыталась меня предупредить. Еще одно преступление, ответственности за которое тебе не избежать.

– Преступлением больше, преступлением меньше… Мне предстоит провести в заточении всего одну жизнь. Тебе следует поторопиться с арестом, Джулиус. Иначе я могу вернуться в дом.

Времени на раздумья не было. Финт явно что-то задумал. Скорее всего, он начнет действовать, когда Джулиус будет надевать наручники. С другой стороны, он не сможет ничего предпринять, если будет лежать без сознания.

Майор без предупреждения выстрелил в брата зарядом малой мощности – вполне достаточным, чтобы вырубить противника на несколько секунд. Финт повалился навзничь, на лице его застыло удивление.

Крут убрал «Нейтрино» в кобуру и поспешил к брату. Лучше всего, если Финт придет в себя связанным, как индюшка, предназначенная на стол к празднику летнего солнцестояния…

Но не успел Джулиус сделать и трех шагов, как почувствовал недомогание. Головная боль, словно метко брошенное с высоты свинцовое грузило, обрушилась на него. Пот выступил из каждой поры, нос заложило. Что происходит? Крут чувствовал непреодолимое желание извергнуть содержимое желудка, а потом мирно проспать часов этак восемь. Кости будто превратились в желе, голова стала неимоверно тяжелой, в целую тонну весом… Каждый вдох и выдох казался безумно громким и странно далеким.

Так прошла целая минута, и все это драгоценное время майор оставался совершенно беспомощным. Даже котенок мог бы сбить его с ног и безнаказанно стащить бумажник. Круту оставалось только наблюдать, как Финт приходит в себя, трясет головой, чтобы избавиться от последствий выстрела, как медленно растягиваются в улыбке его губы. Финт встал и угрожающе навис над поверженным братом.

– Так кто из нас дурак? – ликующе закричал он. – Кто всю жизнь был самым умным?

Джулиус не мог пошевелить и пальцем, не мог даже ответить. Оставалось только попытаться привести мысли в порядок. С телом разбираться было слишком поздно – оно предало его.

– Зависть, – провозгласил Финт. – Все дело в зависти. Я во всем был лучше тебя, и ты не мог с этим смириться. – Взгляд его стал безумным, на губах и щеках заблестели капельки слюны.

Майор напрягся и смог выдавить целых два слова:

– Ты – псих.

– Нет, – возразил Финт. – Я просто-напросто сыт по горло. Сыт по горло тем, что мне приходится все время убегать от собственного брата. Уж больно это смахивает на душещипательный роман. И хотя мне горько это делать, но я лишу тебя преимущества. Отберу у тебя волшебную силу, и ты станешь таким же, как я. Я уже начал ее отбирать – хочешь знать, каким образом?

Финт достал из кармана пальто крошечный пульт дистанционного управления. Он нажал кнопку, и вокруг братьев словно по волшебству возникли стеклянные стены. Джулиус и Финт находились вовсе не во дворе среди деревьев, на самом деле они были в оранжерее. Крут вошел в нее через широко распахнутые двери.

– Ай-ай-ай, майор, нехорошо, – с издевкой произнес Финт. – Ты вошел в жилище человека без приглашения. Этим ты нарушил наши заповеди. Еще несколько таких нарушений – и ты навсегда лишишься волшебной силы.

Крут бессильно уронил затылок на каменные плиты. Он позволил Финту заманить себя в ловушку, словно зеленого юнца, всего пару дней назад закончившего академию. Коварный брат закрыл стенки оранжереи листами камуфляжной фольги и включил несколько проекторов, а он, майор Джулиус Крут, не заметил этого. Оставалась единственная надежда – Элфи Малой. Но что может сделать несмышленая девчонка, если Финту удалось перехитрить таких прожженных вояк, как капитан Келп и сам Джулиус?

Финт схватил майора за воротник и потащил к дому.

– Что-то ты неважно выглядишь, братишка, – с издевательской заботой в голосе проговорил он. – Лучше я отведу тебя в дом.

 

Терн Мор

Солнце выжгло утренний туман, и у берегов Ирландии медленно, словно призрак, проступил остров Терн Мор.

Буквально минуту назад на этом месте не было ничего, кроме гряды облаков, – и вот уже утесы Терн Мора пронзили туманную мглу.

Элфи разглядывала остров в иллюминатор.

– Веселенькое местечко, – заметила она.

Крут задумчиво пожевал сигару.

– Извини, капрал, ничего не поделаешь. Сколько раз мы просили беглецов прятаться там, где тепло и сухо, но они, нехорошие такие, не слушаются.

Майор вернулся в кабину – пора было переходить на ручное управление.

Остров был похож на декорации фильма ужасов. Темные отвесные скалы вздымались из океана, у подножий утесов бились пенные волны. Чахлая зелень отчаянно цеплялась за каменистые склоны и реяла на ветру, как непослушная прядь волос.

«В таком месте просто не может произойти ничего хорошего», – подумала Элфи.

Труба Келп отвлек ее от мрачных мыслей, похлопав по плечу.

– Не унывай, Малой. По крайней мере, ты добилась, чтобы тебя допустили к посвящению. Пара дней на поверхности дорогого стоит. Ты не поверишь, какой здесь воздух. Сладкий, как сами небеса.

Элфи попыталась улыбнуться, но от волнения у нее ничего не вышло.

– И часто майор лично участвует в посвящении?

– Постоянно. Впрочем, чтобы один на один – такое впервые. Обычно он предпочитает выслеживать с полдюжины кандидатов одновременно, иначе ему скучно. Но ты удостоилась его безраздельного внимания только потому, что ты – девушка. Джулиус не хочет, чтобы у департамента борьбы за равные права были основания для претензий, когда ты потерпишь поражение.

Элфи мгновенно ощетинилась.

– Когда?

– Я сказал «когда»? – Труба подмигнул. – Я имел в виду «если». Конечно, если.

Элфи почувствовала, как задрожали острые кончики ушей. Неужели все это было бессмысленной суетой? Неужели майор уже написал отчет о ее провале?

Они приземлились на берегу Тюленьей бухты, на котором, как ни странно, не было не только тюленей, но даже песка. Корпус шаттла был покрыт «второй кожей» из плазменных панелей, на которых проецировалась окружающая местность. Когда Труба Келп откинул крышку люка, случайному наблюдателю могло показаться, что в небе открылась дверь.

Элфи и Труба спрыгнули на гальку и побежали вперед, чтобы не попасть под струю реактивного двигателя.

Крут открыл иллюминатор.

– У тебя есть двадцать минут, чтобы поплакать, помолиться или что там вы, барышни, обычно делаете, потом я возьмусь за тебя.

Глаза Элфи яростно сверкнули.

– Есть, сэр. Разрыдаюсь сразу же, как только вы скроетесь за горизонтом, сэр.

Крут улыбнулся, но брови его сошлись на переносице.

– Надеюсь, твоего мастерства хватит, чтобы заплатить по чекам, которыми разбрасывается твой острый язычок.

Элфи понятия не имела, что такое чек, но, пожалуй, сейчас было не самое подходящее время, чтобы это выяснять.

Крут дал полный газ и направил аппарат по широкой дуге. Шаттл, держась у самой земли, полетел вверх над склоном ближайшего холма. О присутствии машины теперь можно было догадаться только по едва заметному призрачному мерцанию в воздухе.

Элфи вдруг почувствовала, что мерзнет. Гавань была оборудована кондиционерами воздуха, и в ее форме регулировщицы не были предусмотрены нагревательные спирали. Она заметила, что капитан Келп настраивает термостат на своем компьютере.

– Эй, – сказал Труба. – Какой смысл страдать обоим? Я уже прошел обряд посвящения.

– Сколько раз в вас попали? – спросила Элфи.

Труба уныло поморщился.

– Восемь, а я был самым лучшим в группе. Для своего возраста майор Крут поразительно быстро двигается, кроме того, в его распоряжении аппаратура стоимостью несколько миллионов слитков.

Элфи подняла воротник, пытаясь защититься от пронизывающего атлантического ветра.

– Советы есть?

– Боюсь, нет. Более того, я даже не смогу разговаривать с тобой, после того как будет включена камера. – Капитан Келп коснулся пальцем кнопки на шлеме, и Элфи подмигнул мгновенно появившийся на его забрале красный индикатор. – Могу только сказать, что на твоем месте я не стал бы торчать здесь. Джулиус не будет терять время даром, советую и тебе не делать этого.

Элфи огляделась. «Используй окружающую среду, – говорилось в руководствах по выживанию. – Используй то, что дает природа». В сложившейся ситуации от этого принципа было мало пользы. Усеянный галькой берег был с двух сторон ограничен почти отвесными скалами, а с третьей – склоном, по которому, похоже, недавно сошел грязевой оползень. Это был единственный путь, чтобы выбраться с места высадки, и следовало торопиться, пока майор не занял позицию на высоте. Элфи со всех ног побежала к склону, твердо вознамерившись во что бы то ни стало сохранить лицо.

Краем глаза она заметила какое-то мерцание и остановилась как вкопанная.

– Так нечестно, – сказала она, показывая на мерцание.

Труба окинул взглядом берег.

– Что именно? – спросил он, хотя разговаривать было запрещено.

– Кусок камуфляжной фольги, вон там, видите? Кто-то прячется на берегу. Что, решили подстраховаться, если капрал вдруг окажется слишком ловким для стариков?


Труба мгновенно осознал серьезность ситуации.

– Д'арвит, – прорычал он, опуская руку к кобуре.

Капитан Келп славился умением мгновенно выхватывать оружие. Он даже успел достать пистолет из кобуры, но мгновением позже выстрел снайперской винтовки из-под камуфляжной фольги поразил его в плечо. Силой импульса капитана развернуло на полоборота, он поскользнулся на мокрых камнях и упал.

Элфи бросилась вправо и зигзагами побежала между камней. Нужно двигаться, тогда снайперу, возможно, не удастся прицелиться в нее. Она стала карабкаться, цепляясь пальцами за склон… И тут перед ней, словно из-под земли, вырос второй снайпер – противник сбросил с себя камуфляжную фольгу и встал в полный рост.

Коренастый гном был вооружен винтовкой, самой большой из всех, которые Элфи до сих пор доводилось видеть.

– Сюрприз, – сказал он и оскалил в улыбке кривые желтоватые зубы.

Он выстрелил, и лазерный импульс ударил Элфи в живот, как кувалда. Этим славилось оружие «Нейтрино» – оно не убивало, но доставляло муки страшнее, чем от заусенцев на всех пальцах.

Элфи пришла в себя и мгновенно пожалела об этом. Она наклонилась вперед, натянув веревки, которыми была привязана к слишком большому для нее стулу, и ее вырвало на ботинки. Сидевший рядом с ней Келп был занят в общем и целом тем же. Что происходит? У лазерного оружия нет побочных эффектов. Правда, некоторые страдают аллергией на него, но Элфи точно знала, что ей эта беда не грозит.

Капрал Малой огляделась и затаила дыхание. Они находилась в небольшой комнате с грубо оштукатуренными стенами, большую часть которой занимал огромный стол. Огромный? А может быть, совершенно нормального размера – для людей? Возможно, пленники заперты в жилище человека? Это объясняло рвоту. Входить в человеческое жилище без разрешения категорически запрещено. Наказание за нарушение этого закона – потеря волшебной силы и тошнота.

Элфи отчетливо вспомнила, как именно они оказались в этом затруднительном положении. Она должна была пройти обряд посвящения, а на берегу им устроила засаду пара подземных жителей. Может быть, это часть испытания в предельно сложной ситуации? Она посмотрела на Келпа. Голова легендарного капитана бессильно свесилась на грудь. Слишком реалистично для испытания. Со скрипом открылась огромная дверь, и в комнату вошел улыбающийся эльф.

– О, смотрю, вы неважно себя чувствуете, ребята. Колдовская тошнота или книжная блевота – так, кажется, называют ее молодые подземные жители? Не волнуйтесь, скоро пройдет.

Элфи еще не доводилось видеть эльфа, который выглядел бы настолько старым. Вдобавок он был одет в пожелтевшую парадную форму Корпуса. Этот тип словно вышел из исторического фильма.

Эльф заметил удивленный взгляд Элфи.

– Ах да, – произнес он, взбивая кружева. – Мой поблекший наряд. Это проклятие жизни без магии. Все тускнеет и меркнет, не только одежда. Загляни мне в глаза: ни за что не скажешь, что я всего на один век старше брата, верно?

Элфи посмотрела ему в глаза.

– Брата?

Труба зашевелился, сплюнул и поднял голову. Элфи услышала, как он резко втянул воздух.

– О боги. Финт Крут.

У Элфи голова пошла кругом. Крут? Брат… Это брат майора Крута. Финт явно обрадовался.

– Наконец кто-то вспомнил меня. Я уже начинал думать, что все меня забыли.

– Я специализировался по древней истории. Тебе посвящена целая страница в разделе «Невменяемые преступники».

Финт явно заинтересовался, хотя постарался не подать виду.

– И что же говорилось на этой странице?

– Что ты был вероломным капитаном, который хотел затопить целый район Гавани лишь для того, чтобы уничтожить конкурента, пытавшегося примазаться к твоему незаконному горному предприятию. Что, если бы твой брат не остановил тебя в последний момент, когда ты уже собирался нажать кнопку, половина города лежала бы в руинах.

– Какая чушь! – воскликнул Финт. – Я обсуждал свой план с инженерами. Цепной реакции последовать не могло. Погибло бы всего несколько сотен, не больше.

– Как вам удалось сбежать из тюрьмы? – поинтересовалась Элфи.

Финт горделиво выпятил грудь.

– Я не провел в тюрьме ни дня. Я не какой-то обычный преступник. К счастью, Джулиусу не хватило сообразительности убить меня, поэтому мне удалось скрыться. С тех пор он охотится за мной. Но сегодня все кончится.

– Так вот ради чего все было подстроено: вы хотите отомстить брату?

– И отомстить тоже, – признал Финт. – А еще я хочу обрести свободу. Джулиус как пес, которому кинули кость. Вцепится мертвой хваткой и ни по чем не отпустит. А я хочу пить мартини без необходимости постоянно оглядываться через плечо. За последние пять веков я сменил девяносто шесть резиденций. В семнадцатом веке я жил на замечательной, просто сказочной вилле в Ницце. – Глаза старого эльфа затуманились. – Там я был счастлив. Я все еще чувствую запах океана. Из-за Джулиуса я был вынужден сжечь тот дом.

Элфи медленно вращала запястьями, стараясь ослабить узлы. Финт заметил это.

– Не стоит и пытаться, дорогуша. Я связываю пленников уже много веков. Этим мастерством беглый преступник овладевает в первую очередь. Кстати, не могу не выразить своего восхищения. Очаровательная барышня оказалась допущена к обряду посвящения. Готов спорить, мой брат был против. Ему всегда было в некоторой степени свойственно недооценивать слабый пол.

– Да, – сказала Элфи. – Зато вы – настоящий фейский угодник.

– Туше, – сказал Финт. – Кстати, к этому словечку я привык во Франции.

К Трубе почти что вернулся нормальный цвет лица.

– Не знаю, что ты задумал, но на мою помощь можешь не рассчитывать.

Финт подошел к Элфи и изогнутым ногтем заставил ее поднять подбородок.


– Ты мне не нужен, капитан. Думаю, мне поможет эта очаровательная барышня. А единственное, на что я рассчитываю с твоей стороны, – что ты согласишься погромче поорать перед смертью.

У Финта было два сообщника: угрюмый гном и бескрылый спрайт. Брат майора Крута пригласил их в комнату, чтобы представить официально.

Гнома звали Бобб. Он носил сомбреро, чтобы защитить нежную кожу лица от солнечных лучей.

– Бобб – лучший грабитель после Мульча Рытвинга, – отрекомендовал Финт, обняв гнома за мощные, широкие плечи. – Однако Рытвинг осмотрителен и хитер, а Боббу не хватает умения планировать операции. Самую большую ошибку он совершил, прокопавшись в общественный центр, когда там как раз шел сбор средств в пользу полиции. С тех пор Бобб вынужден скрываться на поверхности. Из нас получалась хорошая команда – я планирую, он ворует. – Он повернулся к спрайту и развернул его.

Вместо крыльев на спине спрайта Элфи увидела две испещренных шрамами шишки.

– Юникс ввязался в драку с троллем и, конечно, проиграл. Когда я его нашел, он находился в состоянии клинической смерти. Потратив всю свою магию до последней капли, я вернул его к жизни и до сих пор не знаю, любит он меня за это или ненавидит. Так или иначе, он верен мне. Ради меня готов дойти до ядра Земли.

Зеленое лицо спрайта было лишено выражения, а глаза – пустыми, как компакт-диски, с которых стерли всю информацию.

Именно эти беглые подземные жители захватили Элфи и Трубу на берегу.

Финт сорвал табличку с именем с груди Элфи.

– Итак, план таков. Капрал Малой, которую вы перед собой видите, поможет нам заманить Джулиуса в ловушку. Если попытаешься предупредить своего командира, капитан умрет мучительной смертью. У меня в сумке есть голубой туннельный паук, который разорвет его внутренности за несколько секунд. А поскольку капитан без приглашения вошел в жилище человека, у него нет ни капли магии, чтобы облегчить свои страдания. Твоя роль еще проще. Тебе предстоит сидеть на полянке и ждать, когда за тобой придет Джулиус. Он явится, и мы его схватим. Легче легкого. Юникс и Бобб проводят тебя. А я буду с нетерпением ждать, когда сюда приволокут Джулиуса.

Юникс перерезал ремни, рывком поднял Элфи со стула и, грубо подталкивая, через гигантские двустворчатые двери вывел ее на залитую утренним солнцем поляну. Элфи набрала полную грудь воздуха. Он действительно был сладким, но наслаждаться этим было совершенно некогда.

– Почему бы тебе не попытаться сбежать, офицер? – сказал Юникс. Его голос был то низким, то высоким, словно ломался, как у подростка. – Попытайся, посмотрим, что из этого получится.

– Да, – насмешливо произнес Бобб. – Посмотрим.

Элфи догадывалась, что получится. Она получит еще один лазерный импульс, на этот раз в спину. Бежать она не собиралась. Пока. Сейчас время думать и строить планы.

Подгоняя пленницу тычками и пинками, приспешники Финта отконвоировали Элфи через поле, полого поднимавшееся к горам. Трава была редкой и колючей, словно клочья щетины, оставшиеся на физиономии неряхи после небрежного бритья. Стаи чаек, крачек и бакланов взмывали над зазубренной линией скал, будто истребители, набирающие крейсерскую высоту. Конвоиры и Элфи миновали рощу, в которой кишела местная живность, и Бобб остановился у вросшего в землю валуна. Высоты камня как раз хватало, чтобы за ним, с западной стороны, могла спрятаться эльфийка.

– Будешь сидеть здесь, – проворчал гном, заставив Элфи опуститься на колени.

Юникс, не теряя времени, защелкнул на ее ноге кандалы и вбил штырь на другом конце цепи в землю.

– Даже не думай о том, чтобы смыться, – с усмешкой произнес он. – Если увидим, что ты возишься с цепью, вырубим без промедления. – Он похлопал по оптическому прицелу висевшей на груди винтовки. – Мы будем следить за тобой.

Преступники вернулись назад через поле, ступая по своим следам, и притаились в естественных укрытиях – подходящего размера рытвинах. Достав из рюкзаков листы камуфляжной фольги, они накрылись ими, и через несколько секунд можно было заметить только два черных глазка – дула едва торчавших из-под фольги винтовок.

Элфи не составило труда разгадать их план. Задумано было просто, но гениально. Если майор обнаружит Элфи, все будет выглядеть так, будто она устроила на него засаду. И притом не очень-то умело. Как только он появится, Юникс и Бобб накроют его огнем из винтовок.

Нужно было найти способ предупредить майора, не подвергая жизнь Трубы опасности. Элфи напряженно думала. «Используй то, что дает природа». Природа давала много чего, но, к сожалению, Элфи не могла дотянуться до ее даров. Стоит только высунуться, как Бобб или Юникс оглушат ее импульсом малой мощности. Преступникам даже не придется вносить изменения в свой план. При себе у Элфи тоже не было ничего подходящего. Юникс обыскал ее с головы до ног, отобрал даже цифровую ручку, чтобы пленница, чего доброго, не использовала это вещицу в качестве оружия. Остался только сверхтонкий, не толще волоска, компьютер на запястье. Впрочем, после рыбного инцидента он все равно не работал.

Элфи устроилась так, чтобы из-за камня противникам не было видно ее рук, открыла клапан на «липучке», защищавший компьютер от атмосферных осадков, и перевернула крошечный прибор экраном вниз. Судя по всему, гидрогель просочился в корпус и замкнул электрическую цепь. Элфи выдвинула плату аккумулятора и осмотрела интегральную схему. Крошечная капля геля блестела на нескольких переключателях, создавая контакты там, где их не должно быть. Элфи сорвала сухую травинку и смахнула каплю. Теперь на плате осталась только тончайшая пленка геля. Не прошло и минуты, как она испарилась и миниатюрный компьютер заработал. Элфи поспешно отключила подсветку нагрудного дисплея, чтобы Бобб и Юникс не заметили мигающий курсор.

Итак, у нее появился компьютер. Будь у нее еще и шлем, она смогла бы послать майору сообщение по электронной почте. А так оставалось только вывести текст на нагрудный дисплей.

Элфи наблюдала за пленением майора с вершины каменистого холма. Когда Крут упал, она вскочила на ноги и помчалась вниз по склону, полная решимости нарушить приказ, но помочь своему командиру. Однако, увидев стеклянные стены оранжереи, остановилась как вкопанная. В доме от нее не будет никакой пользы, если, конечно, она не изобретет способ спасти майора при помощи рвоты. Надо придумать что-то другое.

Элфи развернулась и на четвереньках, помогая себе руками, стала торопливо карабкаться по склону. Укрывшись в лесу, она достала чип стартера шаттла и включила локатор. Майор приказал ей вернуться к кораблю и вызвать подкрепление. Оставалось только надеяться, что сигнал локатора пробьется сквозь наведенные помехи. Возможно, слишком поздно.

Она бежала по полям, высокая трава цеплялась за ноги. Птицы кружили над головой, их отчаянные крики вполне соответствовали настроению Элфи. Ветер дул в лицо, словно пытался остановить. Казалось, сама природа в этот день ополчилась против Легиона.

Локатор привел Элфи к довольно глубокому ручью. Обжигающе ледяная вода доходила ей до бедер, проникала сквозь швы формы. Форель с руку длиной живо заинтересовалась материалом комбинезона. В ботинках у Элфи хлюпало. Но она упрямо шла вперед и вскоре преодолела водную преграду, потом побежала по огромным, предназначенным для людей ступеням вверх по крутому склону холма. Вершина его была окутана туманом, похожим на взбитые сливки.

Элфи издали почувствовала запах тумана. Запах был химическим. Искусственным. Дымка явно была предназначена для того, чтобы скрыть шаттл.

Собрав последние силы, капрал разогнала липкие клубы фальшивого тумана и открыла люк, нажав кнопку на пульте дистанционного управления. Очутившись внутри, Элфи повалилась на пол и лежала у люка, пока не восстановила дыхание. С трудом поднявшись на ноги, она добралась до пульта и ударила ладонью по аварийной кнопке, включив сигнал бедствия.

На пульте замигала иконка – сигнал пошел. Элфи охватило сильнейшее разочарование: теперь ей оставалось только сидеть здесь и смотреть на бегущие по плазменному экрану сообщения. Сидеть рядом с совершенной техникой стоимостью в миллионы слитков золота и ничего не делать.

Капитану Келпу и майору Круту угрожает смертельная опасность, а ей приказано плевать в потолок. Если она поднимет шаттл в воздух, то нарушит прямой приказ и ее карьера в Корпусе закончится, не успев начаться. С другой стороны, если она выполнит этот несчастный приказ, офицеры могут погибнуть. На одной чаше весов – карьера, на другой – две эльфийские жизни…

Элфи решительно вставила чип стартера в гнездо, включила зажигание и пристегнулась ремнями безопасности.

Финт Крут пребывал в великолепнейшем расположении духа. Наконец-то настал миг, о котором он мечтал в течение нескольких веков: жизнь младшего братишки оказалась в его власти.

– Я подумывал оставить тебя здесь на следующие двадцать четыре часа, чтобы ты навсегда лишился волшебной силы. Может быть, тогда ты снова станешь мне братом. Из нас получилась бы отличная команда. Возможно, ты присоединишься ко мне. И уж во всяком случае, ты больше не сможешь охотиться за мной. Офицеров, потерявших волшебную силу, отправляют в отставку, верно?

Джулиус лежал на полу, судорожно подтянув колени к подбородку. Лицо его было зеленее, чем филейные части спрайта.

– Мечтать не вредно, – прохрипел он. – Ты мне не брат.

Финт ущипнул его за щеку.

– Ничего, скоро ты перестанешь скалить на меня зубы, братишка. Отчаяние, знаешь ли, творит удивительные вещи. Можешь мне поверить, я испытал его магию на себе.

– Не дождешься.

Финт вздохнул.

– А ты все такой же упрямый… Может быть, ты надеешься, что тебе удастся сбежать? Или ты не веришь, что я способен причинить боль своему младшему братцу? Что, я угадал? Ты в самом деле воображаешь, будто у меня есть сердце? Быть может, этот маленький наглядный пример переубедит тебя…

Финт взял капитана Келпа за волосы и заставил его поднять голову. Труба уже почти не воспринимал ничего вокруг. Было ясно, что он вот-вот потеряет сознание, – сказывалось слишком долгое пребывание в доме. Ему уже вряд ли когда-нибудь удастся восстановить магический потенциал полностью. Если только бригада медиков-кудесников не сделает вливание, причем незамедлительно.

Финт поднес к лицу Трубы миниатюрную клетку. Внутри яростно скребся, пытаясь выбраться на волю, голубой туннельный паук.

– Какие прелестные создания, – с нежностью произнес Финт. – Готовы прогрызть что угодно, лишь бы выжить. У нас с ними много общего. Этот чудный малыш разделается с капитаном в считанные минуты…

Крут попытался поднять руку.

– Финт, не надо.

– А придется. Можешь считать, что он уже мертв. Ты не можешь мне помешать.

– Финт… Это – убийство.

Но тот уже отодвигал крошечный засов. Вот уже всего несколько миллиметров серебристой задвижки не дают пауку вырваться на свободу…

И тут в пол у ног Финта вонзилось копье. Вернее, очень похожий на копье штырь-передатчик. Дом содрогнулся, стекла зазвенели – из динамика на конце штыря раздался усиленный акустической системой голос Элфи:

– Финт Крут! Освободи заложников и выходи с поднятыми руками!


Финт вернул засов на место и убрал клетку в карман.

– Ай-ай-ай, Джулиус! Ты ведь, кажется, говорил, что девчонка мертва? Когда же ты перестанешь мне врать…

У майора не было сил ответить. Мир вокруг медленно, но верно таял, будто в кошмарном сне, а воздух стал густым, как патока.

Финт повернулся к штырю. Он знал, что устройство передаст его слова в зависший над домом шаттл.

– Я вижу, мой прелестный капрал, вы живы и здоровы. Однако должен с прискорбием сообщить, что этот факт ровным счетом ничего не меняет. Ты не можешь войти, а я не собираюсь выходить. Если ты проникнешь в дом, я спокойно отправлюсь, куда мне вздумается. Причем отнюдь не пешком, а на собственном шаттле. Если ты попытаешься задержать меня на выходе, арест будет признан незаконным и мой адвокат разделает вас, будто китобой – вытащенного на палубу кита.

– Я просто взорву этот дом к чертям, – пригрозила Элфи.

Финт умиленно всплеснул руками.

– Взрывай, сделай милость. Помоги мне покинуть эту юдоль скорби. Но после первого же выстрела я скормлю майору паука. Братья Крут погибнут во время штурма. Пораскинь мозгами, капрал, и смирись. Тебе не победить, покуда мы с твоими друзьями пребываем под этим гостеприимным кровом.

Элфи сидела у штурвала шаттла, парившего над домом. Да, пришлось признать ей, Финт предусмотрел все. Он знал устав Разведывательного Корпуса гораздо лучше, чем она. Летательный аппарат давал ей некоторое преимущество, но все козыри были на руках у Финта. Если она нарушит устав, он просто выйдет из дома и улетит на собственном шаттле, который – в этом не было сомнений – был спрятан неподалеку.

«Тебе не победить, покуда мы с твоими друзьями пребываем под этим гостеприимным кровом».

Истинная правда. Элфи не могла переиграть Финта, пока ее товарищи по Корпусу были окружены стенами жилища человека. А что, если жилища не станет?

Элфи вывела на экран технические характеристики шаттла и быстро просмотрела их. Так, он оборудован стандартными причальными захватами на носу и корме. Захваты нужны, чтобы подтягивать корабль для приземления на неровной поверхности. Их можно также использовать для буксировки кораблей… и, наверное, для выполнения других, не совсем обычных работ.

«…Покуда мы с твоими друзьями пребываем под этим гостеприимным кровом».

За воротник Элфи потекла тонкая струйка пота. Безумие. Чистой воды безумие. И как ее план будет выглядеть, когда дело дойдет до суда? Но капрал Малой не могла себе позволить долго терзаться сомнениями. Ее братьям по оружию угрожает смертельная опасность.

Она открыла кожух носового захвата и наклонила шаттл, направив его нос на рыбацкий домик.

– Последнее предупреждение, Финт, – произнесла Элфи в микрофон. – Ты выходишь?

– Что-то пока не хочется, дорогуша, – игриво ответил Крут-старший. – Но милости просим присоединиться к нашей маленькой компании.

Элфи не стала тратить время на дальнейшие уговоры и щелкнула тумблером носового захвата. На шаттлах этой модели захваты приводились в действие противонаправленными магнитными полями. Индикаторы на приборной панели мигнули: из-под брюха корабля, будто ракеты, вылетели два металлических цилиндра и устремились прямо к крыше дома.

Элфи установила длину троса на двадцать метров – так захваты точно не заденут никого из подземных жителей, поскольку зависнут гораздо выше их роста. Тросы натянулись, цилиндры, пробив крышу, замерли, из них выдвинулись металлические клешни. Крючья захватов вонзились в деревянные балки, доски потолка и оштукатуренные стены. Элфи подтянула тросы и сбросила мусор. Большая часть крыши перестала существовать как единое целое, а южная стена угрожающе покосилась. Элфи сфотографировала дом и ввела изображение в компьютер для анализа.

– Компьютер, – сказала она. – Устный запрос.

– Говорите, – откликнулся компьютер голосом технического гения Корпуса кентавра Жеребкинса.

– Определить несущие точки конструкции.

– Приступаю к решению.

В течение нескольких секунд компьютер превратил фотографию в трехмерную схему. На чертеже замигали четыре красные точки.

Если нанести удар в любую из них, дом рухнет. Элфи внимательно изучила чертеж. Разрушение зданий было одним из ее самых любимых предметов во время учебы в академии, и ей не составило труда вычислить, что стены коттеджа упадут наружу, если удастся подцепить захватом поперечную балку второго этажа ближе к фронтону.

– Чего ты добиваешься? – закричал Финт. – Так нельзя! Это против правил! Ты не сможешь войти в дом, даже если снесешь крышу.

– В дом? В какой дом? – притворно удивилась Элфи, выстреливая третий захват.

Захват попал в цель и вырвал балку с мясом. Дом застонал, как смертельно раненный гигант, стены заходили ходуном… и рухнули. Коттедж рассыпался, словно карточный домик, причем практически все обломки оказались за пределами бывшего строения. Убежище Крута-старшего перестало существовать.


Элфи навела точку лазерного прицела на грудь Финта.

– Шаг влево, шаг вправо приравнивается к побегу, – предупредила она. – Полетишь как ракета до самого океана.

– Ты не можешь выстрелить в меня, – возразил Финт. – У тебя нет лицензии на боевые операции.

– Верно, – раздался голос за его спиной. – А у меня есть.

Оказалось, пока они беседовали, Труба Келп поднялся на ноги. Правда, стоять ему было не очень удобно, потому что бравый капитан по-прежнему оставался привязанным к гигантскому стулу. Вернее, теперь уже стул был привязан к нему.

Не мешкая ни секунды, Труба головой вперед ринулся на Финта Крута и сбил его с ног. Втроем (считая стул) они образовали живописную кучу-малу, из которой во все стороны торчали эльфийские и деревянные ноги.

Элфи раздраженно хлопнула ладонью по приборной панели. Она уже была готова сразить Финта очередью лазерных импульсов – в конце концов, одним нарушением устава больше, одним меньше… Но Труба все испортил. Элфи отвела шаттл на безопасное расстояние и пошла на посадку.

К лежавшему на руинах коттеджа майору Круту постепенно возвращались силы. От человеческого жилища остались одни воспоминания, и колдовская тошнота быстро шла на убыль. Он закашлялся, потряс головой и поднялся на колени.

В непосредственной близости от майора наблюдалась груда обломков, в которой шел яростный рукопашный бой. Труба Келп против Финта Крута. В счете уверенно вел последний. Финт, конечно, был намного старше капитана, но зато его рассудок не был затуманен колдовской тошнотой, и дрался он отчаянно, как настоящий одержимый. Физиономии Келпа основательно доставалось от его кулаков.

Джулиус поднял с пола винтовку.

– Финт, сдавайся, – устало произнес он. – Все кончено.

У Финта бессильно обвисли плечи, и он медленно обернулся.

– А, Джулиус. Мой маленький братишка. Все по-старому, брат против брата.

– Перестань болтать, пожалуйста. Ложись на пол, руки за голову. Ты прекрасно знаешь, как это делается, тебе ведь не впервой.

Финт ложиться не стал. Вместо этого он медленно поднялся на ноги, не переставая вкрадчиво увещевать брата:

– Все ведь не может закончиться так грубо и прозаично, верно? Отпусти меня. Я навсегда уйду из твоей жизни. Клянусь, ты даже не услышишь обо мне. Я признаю, что совершил чудовищную ошибку, и искренне сожалею об этом.

К майору постепенно возвращались силы, и с каждой минутой он чувствовал себя увереннее.

– Заткнись, Финт, или клянусь, я пристрелю тебя на месте.

Финт обезоруживающе улыбнулся.

– У тебя не хватит духу убить меня. Мы – братья.

– Я и не собираюсь убивать тебя, я тебя просто вырублю на время. Посмотри мне в глаза и скажи, хватит у меня на это духу или нет.

Крут-старший послушно посмотрел брату в глаза и понял: да, хватит.

– Я не могу садиться в тюрьму, – захныкал Финт. – Я не обычный преступник. А попав в тюрьму, я стану заурядным уголовником.

В мгновение ока Финт выхватил из кармана крошечную клетку. Отщелкнув засов, он вытряхнул паука в рот и проглотил.

– Жил-был старичок, и был у него паучок, – нараспев проговорил безумец. – Прощай, братишка.

Крут в три прыжка пересек развалины кухни. Распахнув дверцы чудом уцелевшего буфета, он принялся судорожно перебирать пакеты и банки. Не то, не то… вот он! Схватив банку с растворимым кофе, майор сорвал с нее крышку. Еще два прыжка – и он уже стоял на коленях рядом с упавшим на пол братом и всыпал крупинки кофе ему в рот.

– Нет уж, так просто ты не отделаешься, Финт. Ты – обычный преступник и отправишься в тюрьму, где таким, как ты, самое место.

Через несколько секунд Финт перестал дергаться – паук сдох. Старый эльф был ранен, но жизни его больше ничто не угрожало. Крут быстро надел на него наручники и поспешил к Трубе.

Капитан уже привел себя в сидячее положение и теперь очумело тряс головой.

– Не принимай на свой счет, майор, но твой брат дерется как пикси, – заявил он, морщась от боли.

Джулиус Крут не без труда удержался, чтобы не улыбнуться.

– Значит, тебе повезло, капитан.

Тут к месту событий подоспела Элфи – пробежав по дорожке сада, она опрометью влетела в гостиную (вернее, в то, что ее стараниями от гостиной осталось), а оттуда – на кухню.

– Все в порядке?

У майора Крута был тяжелый день. Очень тяжелый. А Элфи угораздило быть первой, кто подвернулся ему под руку.


– Нет, Малой, ничего не в порядке! – заорал Крут, отряхивая пыль с лацканов. – В мои учения вмешался одиозный преступник, мой капитан позволил связать себя, будто какого-то борова-рекордиста, а ты нарушила прямой приказ, сев за штурвал шаттла. Это означает, что мы запороли дело. Ни один суд его не примет.

– Но ведь запороли мы только последнее дело вашего брата, – возразил Труба. – Ему все равно предстоит отсидеть несколько пожизненных сроков за прошлые преступления.

Крут был не в том настроении, чтобы идти на попятный.

– Это к делу не относится! – заорал он. – Я не могу тебе доверять, Малой! Ты спасла нас, это верно, но для службы в Корпусе необходимо умение действовать скрытно и незаметно, а на это ты не способна. Возможно, это покажется тебе несправедливым после того, что ты сделала для нас, но для тебя нет места в моем отряде.

– Майор, – опять вмешался Труба. – Ты не можешь просто так выгнать эту девушку. Если б не она, я бы уже кормил червей.

– Я не собираюсь с тобой советоваться, прежде чем принять решение, капитан! – вконец взъярился Крут. – Отряд держится на доверии, а капрал Малой не заслужила моего доверия!

Трубу этим бурным словоизвержением слегка контузило.

– Прошу прощения, сэр, но вы лишили ее возможности доказать обратное, – проговорил он, по-лошадиному тряхнув головой.

Крут сердито уставился на своего подчиненного. Труба, один из лучших офицеров Корпуса, и нате вам – кладет голову на плаху ради этой девчонки.

– Хорошо, Малой. Даю тебе шанс. Единственный. Заставь меня передумать. Как – твои проблемы. Итак, что ты можешь предложить?

Элфи покосилась на Трубу, и тот – она готова была поклясться! – подмигнул ей. Она тут же преисполнилась решимости совершить нечто немыслимое, небывало дерзкое и невероятное.

– Только это, майор, – сказала Элфи.

Она достала из кобуры пейнтбольный пистолет и трижды выстрелила майору Джулиусу Круту прямо в грудь. Попадания с близкого расстояния заставили главу Корпуса отступить на шаг назад.

– Попади в меня первой, и ты принята, – вполголоса пробормотала Элфи. – Без вопросов.

Труба расхохотался до рвоты. Буквально – колдовская тошнота еще давала о себе знать.

– О боги, – прохрипел он. – Да, Джулиус, здесь она тебя поймала. Ты говорил эти слова на каждом посвящении все последние сто лет, сказал их и на этот раз.

Крут провел пальцем по пятну краски на нагрудной пластине.

Элфи смотрела себе под ноги, убежденная в том, что ее не только не зачислят в Корпус, но и выкинут из полиции. Слева от нее хныкал Финт – требовал позвать адвоката. Охраняемые законом птицы кружили над головой, а Бобб и Юникс, оставшиеся валяться в поле, вероятно, пытались сообразить, при каких обстоятельствах вырубились. Элфи наконец осмелилась поднять взгляд. На лице майора боролись противоречивые чувства, отчего лицо было заметно перекошено. Она сумела распознать гнев и изумление и даже, кажется, капельку восхищения.

– Ты попала в меня, – проговорил наконец Крут.

– Именно так, – подтвердил Труба. – Попала.

– А я сказал…

– Определенно сказал.

Крут резко повернулся к Трубе.

– Ты кто? Попугай? Заткни пасть, я тут пытаюсь засунуть подальше собственную гордость, а ты мне мешаешь!

Труба в ответ изобразил короткую пантомиму: запер рот на воображаемый замок и выбросил ключ.

– Сегодняшнее происшествие обойдется департаменту в целое состояние, Малой. Чтобы замести следы, придется восстановить дом или вызвать небольшое цунами. На это уйдет не менее полугодового бюджета.

– Я знаю, сэр, – застенчиво потупилась Элфи. – Извините, сэр.

Крут достал бумажник и, к ее изумлению, извлек из потайного отделения серебряные желуди. Элфи так растерялась, что едва сумела поймать знаки различия, когда майор бросил их ей.

– Носи с честью. Добро пожаловать в Корпус.

– Спасибо, сэр, – сказала она, прикрепляя желуди к лацкану.

Луч восходящего солнца упал на знаки различия, и они засияли, как звезды.

– Первая девица в Корпусе, – простонал майор.

Элфи опустила голову, чтобы скрыть улыбку, которая против ее воли выползла на лицо.

– Месяцев через шесть ты будешь умолять, чтобы я отпустил тебя, – проворчал Крут. – И обойдешься мне в целое состояние.

В первом случае он ошибался, а во втором был абсолютно прав.