Глава 4. Представление templates/cf

И вот Мульч сидел в своей норе с баллоном воздуха за спиной. Он не издавал ни звука. Едва Сергей зароется под землю, он будет воспринимать любые колебания, включая радиоволны, поэтому Артемис настоял на соблюдении режима радиомолчания во время выполнения второй фазы плана.

Сквозь общий фон пробились высокочастотные колебания. Источник находился где-то к западу от Мульча. Сергей начал движение. Мульч чувствовал, как его соплеменник торопливо вгрызается в землю, – должно быть, спешит к тайнику с награбленным.

Мульч сосредоточился на продвижении Сергея. Тот рыл туннель на восток, но с легким уклоном вниз, явно направляясь к определенному месту. Сонары в волосках бороды Мульча постоянно обновляли данные о скорости и направлении. Сергей прошел с постоянной скоростью и неизменным уклоном метров сто, потом остановился. Он явно что-то проверял. Мульч надеялся, что тиару.

Примерно полминуты почти ничего не происходило, потом Сергей направился к поверхности, прямо к Рытвингу. Спина Мульча покрылась пленкой пота. Начиналась самая опасная часть плана. Двигаясь очень медленно и осторожно, Мульч достал из-под трико шар, размером и цветом напоминавший японский мандарин. Шар состоял из природного успокоительного, которое обычно применяли коренные жители Чили. Артемис заверил Мульча, что у средства нет побочных явлений и что трудности с дыханием, которые могут возникнуть у Сергея, быстро пройдут.

Крайне осторожно Мульч чуть изменил свое положение, чтобы оказаться лишь немного в стороне от предполагаемой траектории Сергея, и выставил вперед руку с зажатым в кулаке шариком снотворного. Буквально через несколько секунд шар вместе с несколькими килограммами земли оказался в энергично работавших челюстях Сергея. Он успел сделать еще не больше полудюжины глотков, и его движение начало замедляться вплоть до полной остановки, а пережевывание стало вялым. Это был самый опасный момент для Сергея. Он мог задохнуться, если бы потерял сознание с набитым землей животом. Мульч прогрыз разделявший их тонкий слой земли и быстро перевернул уснувшего гнома на спину. Вставив шланг баллона с воздухом в черную пещеру его рта, он открыл кран, продув мощной струей сжатого воздуха тело Сергея. Поток воздуха надул внутренние органы гнома и очистил их от остатков глины. Тело Сергея вздрогнуло, как от удара электрическим током, но он не проснулся, а громко захрапел.

Мульч оставил свернувшегося калачиком Сергея в туннеле и направил свои всесокрушающие челюсти к поверхности. Глина была типично ирландской, мягкой и немного влажной, почти не загрязненной химическими веществами и кишевшей насекомыми. Через несколько секунд он поднял вверх руку и кончиками пальцев почувствовал дуновение воздуха. Мульч проверил, не сбилась ли маска на лице, и только после этого высунул голову из земли.

Он увидел сидевшего в кресле гнома. На этот раз он играл сразу четырьмя йо-йо, зажав веревочки пальцами рук и ног. Мульч не произнес ни слова, хотя почувствовал почти непреодолимое желание поболтать с собратом. Он просто показал ему два больших пальца.

Гном, не говоря ни слова, смотал веревочки йо-йо, натянул остроносые ботинки и бросился к клапану палатки. Мульч услышал, как взревела толпа после взрыва ящика, в котором якобы находился Сергей. Прошло две минуты. Осталось всего пять.

Мульч снова погрузился в землю и двинулся напрямик к тому месту, которое недавно проведывал Сергей. Это было не так сложно, как могло показаться. Внутренние компасы гномов обладают фантастической точностью и могут направлять своих владельцев не хуже любой глобальной спутниковой системы определения местоположения.

Проследовав туда, где он засек остановку Сергея, Мульч обнаружил на некоторой глубине под палаткой небольшую полость. Типичное укрытие гнома с зализанными слюной стенами, обеспечивающими тусклое освещение в кромешной темноте. Гномья слюна многофункциональна, она предназначена не только для того, чтобы смачивать все, что попадает в пасть. При продолжительном контакте с воздухом она затвердевает, образуя похожее на лак покрытие, не только прочное, но и светящееся в темноте.

В самом центре пещеры стоял деревянный сундук. Замка на нем не было. Зачем? Сюда, под землю, могли пробраться только гномы. Мульч вдруг почувствовал, что ему очень стыдно. Воровать у верхних людишек – это одно дело, но сейчас-то он пытался обокрасть собратьев-гномов, которые лишь пытались честно заработать свой кусок сланца с глиной, обворовывая людей. Когда закончится вся эта кутерьма, решил Мульч, надо будет как-нибудь возместить Сергею Всемогущему потери.

Тиара лежала в сундуке. Даже в тусклом свете гномьей слюны голубой бриллиант блестел и переливался. На этот раз камень был настоящий, тут не могло быть никаких сомнений. Мульч быстро спрятал тиару под трико. В сундуке лежали и другие драгоценности, но он к ним не притронулся – его и без того одолевали угрызения совести. Теперь оставалось только вытащить Сергея на поверхность, чтобы тот пришел себя в безопасной обстановке, и вернуться назад тем же путем, которым пришел. Следовало убраться отсюда раньше, чем остальные гномы заподозрят неладное.

Мульч вернулся к Сергею и потащил бесчувственное тело собрата к поверхности. Выбравшись на поверхность, он вправил челюсть и огляделся.

В палатке по-прежнему никого не было. Всемогущие, скорее всего, уже заканчивали выступление. Мульч подтащил Сергея к краю ямы и достал из ботинка гномий кремниевый кинжал. Он собирался вырезать из обивки кресла несколько полосок кожи и связать ими руки, ноги и челюсти Сергея. Артемис заверил его, что Сергей не скоро очнется, но что может знать человек о гномьем организме?

– Прости меня, брат, – прошептал Мульч почти с нежностью. – Я ненавижу себя за это, но этот вершок связал меня по рукам и ногам.

И тут на границе поля зрения Мульча появилось какое-то мерцание. Потом раздался голос:

– Гном, сначала ты расскажешь мне о вершке, а потом о своих руках и ногах.