Секретные материалы (Артемис Фаул - 4)

 

Остров Коминетто, Средиземное море, недалеко от Мальтийского побережья

 

Курорт Коминетто считался самым привилегированным местом отдыха волшебного народца. Чтобы попасть туда, обычно приходилось несколько лет ждать визы, регулярно подавая заявления, но Жеребкинсу не составило особого труда при помощи своих компьютерных фокусов посадить Элфи на шаттл, направляющийся на курорт. Ей нужен был отдых после всех неприятностей, которые пришлось пережить. Впрочем, ее неприятности еще не закончились. Вместо того чтобы наградить капитана Малой медалью за то, что она спасла половину предназначенного для выкупов фонда Корпуса, отдел внутренних расследований Корпуса возбудил против нее дело.

За последнюю неделю Элфи едва не до смерти замучили процедурами: лазерный пилинг, очистка кишечника (только ничего не спрашивайте!), эпиляция… Все это было призвано помочь ей расслабиться. В результате ее кожа цвета кофе стала гладкой и блестящей, ее коротко остриженные каштановые волосы словно светились изнутри. И она чуть не сошла с ума от скуки.

Небо было голубым, море – зеленым, жизнь – беззаботной. Элфи чувствовала, что, если за ее персоной не перестанут ухаживать, она не выдержит и начнет крушить все вокруг… Но Жеребкинс так радовался, когда ему удалось устроить для нее эту поездку, что она не могла заставить себя сказать, что сыта ею по горло.

Сегодня она отмокала в пенистой ванне с водорослями, которые должны были омолодить поры кожи, и играла в «угадай преступление». Игра заключалась в том, что все проходившие мимо считались преступниками, и следовало угадать степень вины каждого.

К ванне подошел специалист по водорослям, в белом халате и с телефоном на прозрачном подносе.

– Звонок с Полис-Плаза, сестра Малой, – сказал он.

По тону служащего Элфи мгновенно поняла, как он относится к звонкам по телефону в этом оазисе тишины и покоя.

– Спасибо, брат Гумус, – поблагодарила она, вырывая у него трубку.

Звонил Жеребкинс.

– Плохие новости, – сказал кентавр. – Тебя отзывают из отпуска для выполнения особого задания.

– Правда? – спросила Элфи, стараясь, чтобы реплика прозвучала безразлично, хотя от радости она едва не выпрыгнула из ванны. – Что за задание?

– Сделай пару глубоких вдохов, – посоветовал Жеребкинс, – а лучше всего – прими пилюлю.

– В чем дело, Жеребкинс? – настаивала Элфи, хотя уже обо всем догадалась.

– Это…

– Артемис Фаул, – закончила за него Элфи. – Я права, верно?

– Да, – признался Жеребкинс – Ирландец вернулся. Он работает вместе с гномом. Мы не знаем, что они затеяли, и ты должна это выяснить.

Элфи выбралась из ванны и побежала прочь, оставляя на белом ковре зеленые следы водорослями.

– Понятия не имею, что они затевают, – сказала она Жеребкинсу, врываясь в раздевалку. – Но две вещи могу сказать наверняка: во-первых, это нечто противозаконное, во-вторых, нам это не понравится.

 

Джет-лимузин Артемиса Фаула, над Атлантикой

 

Мульч Рытвинг тоже отмокал в ванне – в сверхсовременном джакузи на борту личного самолета Фаула. Он жадно впитывал порами галлоны воды, вымывая из тела токсины. Накупавшись вволю, он вылез из ванны и закутался в огромный халат куда длиннее, чем требовалось коротышке гному. В таком наряде Рытвинг напоминал самую безобразную в мире невесту в платье со шлейфом.

Артемис Фаул ждал гнома, поигрывая кубиками льда в стакане чая. Дворецки пилотировал самолет.

Мульч сел за кофейный столик и, не теряя времени даром, отправил в рот целое блюдо орехов вместе со скорлупками.

– Итак, вершок, – сказал он. – Что за идею породил твой извращенный ум?

Артемис сплел пальцы и посмотрел поверх них на гнома голубыми, широко расставленными глазами. Его извращенный ум породил множество идей, но Мульчу Рытвингу предстояло услышать лишь часть задуманного. Артемис считал излишним посвящать посторонних во все детали своих планов. Порой операция проходила успешно как раз потому, что никто из ее участников не знал, чем он, собственно, занимается. Никто, кроме самого Фаула, конечно.

Артемис придал лицу самое дружелюбное выражение, на какое был способен, и заговорщицки наклонился вперед.

– Мульч, – сказал он, – я полагаю, ты уже в долгу у меня.

– Правда? Что заставляет тебя так думать?

Артемис похлопал ладонью по лежавшему на столе полицейскому шлему.

– Не сомневаюсь, ты купил его на черном рынке. Это устаревшая модель, тем не менее она оснащена микрофоном и устройством самоуничтожения.

Мульч попытался проглотить орехи, но у него вдруг пересохло в горле.

– Самоуничтожения?

– Да. В шлеме достаточно взрывчатки, чтобы превратить твой мозг в желе. Стоило кому-нибудь на Полис-Плаза нажать кнопку – и от твоей головы остались бы только зубы, да и те пришлось бы долго искать. Но пользоваться этой возможностью им ни к чему, ведь микрофон привел бы полицию прямо к твоей двери. Я отключил обе эти функции.

Мульч нахмурился. Надо будет поговорить по душам с барыгой, который продал ему этот шлем.

– О'кей. Спасибо. Ты ведь не думаешь, будто я поверю, что ты спас меня исключительно по доброте душевной?

Мальчик фыркнул. Замечание гнома польстило ему. В душевную доброту Артемиса Фаула не поверил бы никто из тех, кто был мало-мальски с ним знаком.

– Ты прав. У нас есть общая цель. Тиара Фей-Фей.

Мульч сложил руки на груди.

– Я работаю один. И украду тиару без твоей помощи.

Артемис взял со стола газету и бросил ее гному.

– Слишком поздно, Мульч. Нас кто-то опередил.

На первой полосе бросался в глаза набранный жирным шрифтом заголовок: «ИЗ МУЗЕЯ КЛАССИЧЕСКОГО ИСКУССТВА УКРАДЕНА КИТАЙСКАЯ ТИАРА»

Мульч снова нахмурился.


– Что-то я не врубаюсь, вершок. Тиара была в музее? Но она должна была находиться в подвале Флершейма.

Артемис улыбнулся.

– Нет, Мульч, тиары никогда не было в том подвале. Я просто хотел, чтобы ты в это поверил.

– Как ты узнал обо мне?

– Все просто, – ответил Артемис. – Дворецки рассказал мне о твоей уникальной способности рыть туннели, и я стал изучать последние ограбления. Вскоре удалось отследить закономерность: в штате Нью-Йорк имела место серия краж ювелирных украшений, причем в каждом случае преступники проникали в здание при помощи подкопа. Чтобы заманить тебя на Флершейм-Плаза, я поместил ложную информацию на сайт «Антифакт», куда ты заглядываешь, планируя ограбления. Видишь ли, после того как ты продемонстрировал свои уникальные способности в моем поместье, нетрудно было догадаться, что из тебя выйдет бесценный помощник.

– Но кто-то уже украл тиару.

– Вот именно. И я хочу, чтобы ты нашел ее.

Мульч мгновенно почувствовал, что может диктовать условия.

– А зачем мне ее искать? Хорошо, допустим, я возьмусь за поиски, но зачем мне ты?

– Мне нужна эта тиара, Мульч. Ее голубой бриллиант уникален как по оттенку, так и по качеству. Он станет основой для нового лазера, который я разрабатываю. Остальные части тиары можешь оставить себе. Мы станем непревзойденной командой. Я буду планировать, а ты – исполнять. Ты проведешь остаток жизни в роскоши, хотя и в изгнании. Первое дело покажет, на что ты способен.

– А если я откажусь?

Артемис вздохнул.

– Тогда я размещу в Интернете информацию о том, что ты жив и где находишься. Уверен, майор Крут рано или поздно наткнется на нее. Боюсь, в этом случае твоя жизнь в изгнании будет непродолжительной и полностью лишенной роскоши.

Мульч вскочил на ноги.

– Шантаж, да?

– Только по необходимости. Я предпочитаю взаимовыгодное сотрудничество.

Рытвинг почувствовал, как в животе забурлила кислота. Крут думал, что он, Мульч, погиб во время осады поместья Фаулов. Если Корпусу станет известно, что он жив, майор лично позаботится о том, чтобы посадить его за решетку. Мальчишка не оставил Мульчу выбора.

– О'кей, человек. Я подпишусь на это дело. Но никакого сотрудничества. Только одно дело, потом я исчезаю. Что-то меня, понимаешь ли, мучает непреодолимое желание прожить десяток-другой лет честным гномом.

– Хорошо. Договорились. Но помни, если передумаешь, в мире есть очень много так называемых неприступных хранилищ.

– Одно дело, – стоял на своем Мульч. – Я – гном. Мы привыкли работать в одиночку.

Артемис достал из тубуса таблицу и расстелил ее на столе.

– Знаешь, это не совсем соответствует истине, – сказал он, указывая на первый столбец. – Тиара была украдена гномами, которые работают вместе уже несколько лет. Должен сказать, очень успешно.

Мульч подошел к столу и прочел имя, на которое показывал Артемис.

– Сергей Всемогущий, – сказал он. – Похоже, у этого парня комплекс неполноценности.

– Он – главарь. В банде Сергея, включая его самого, шесть гномов, они известны как Всемогущие, – продолжал Артемис – Ты станешь седьмым.

Мульч истерически рассмеялся.

– Конечно, почему бы нет? Семь гномов. День начался скверно, и борода подсказывает мне, что закончится он еще хуже.

В разговор впервые вмешался Дворецки:

– На твоем месте, Мульч, – угрожающе произнес он, – я поверил бы бороде.

 

Элфи покинула курорт, задержавшись только для того, чтобы смыть с себя водоросли. Она могла бы вернуться на шаттле в Гавань, а там пересесть на другой рейс, но предпочла свободный полет.

Голос Жеребкинса раздался в переговорном устройстве шлема, когда она летела над волнами Средиземного моря, касаясь кончиками пальцев пенистых барашков.

– Эй, Элфи, тебе удалось найти крем для копыт?

Элфи улыбнулась. В любой кризисной ситуации у Жеребкинса был только один приоритет – он сам. Она опустила закрылки и поднялась над морем метров на сто.

– Да, нашла. Послала вниз с курьером. Как раз попала на распродажу «платишь за один – получаешь два», поэтому получишь два тюбика.

– Превосходно. Ты не представляешь, как трудно найти хороший увлажнитель под землей. Элфи, это только между нами. Остальные ребята несколько старомодны в том, что касается косметики.

– Наш маленький секрет, – успокоила его Элфи. – Итак, есть идеи, что затеял Артемис?

Когда она произнесла имя этого зловредного вершка, щеки ее залила непрошеная краска стыда. Он взял Элфи в заложницы, усыпил, а потом потребовал за нее выкуп золотом. Пусть в последний момент Артемис передумал и решил ее освободить, она не собиралась прощать его.

– Мы не знаем точно, что происходит, – вынужден был признаться Жеребкинс – Знаем только, что ничего хорошо они затеять не могли.

– Видеозапись есть?

– Нет. Только аудио. В данный момент нет даже звука. Скорее всего, Фаул отключил микрофон. Осталось только устройство слежения.

– В чем заключается моя миссия?

– Коммандер приказал не спускать с них глаз, если возможно, установить жучок, но ни при каких обстоятельствах не вступать в контакт. Это работа отряда Быстрого реагирования.

– Понятно. Только наблюдение, никаких контактов с верхним жителем или гномом.

Жеребкинс открыл видеоэкран на щитке шлема Элфи, чтобы она могла видеть скептическое выражение его лица.

– Ты говоришь это так, словно тебе и в голову не может прийти не подчиниться приказу. Насколько я помню, а на память я пока не жалуюсь, ты несколько раз попадала в рапорты в связи с игнорированием приказов вышестоящих офицеров.

– Я их не игнорировала, – возразила Элфи. – Просто принимала к сведению. Иногда только находящийся на месте офицер может принять правильное решение. В этом и заключается работа агента в боевой обстановке.

Жеребкинс пожал плечами.

– Как скажешь, капитан. Но на твоем месте я дважды подумал бы, прежде чем спорить с Джулиусом в этом деле. У него было такое лицо… Ну, сама можешь представить какое.

Элфи прервала связь с Полис-Плаза. Не было смысла выслушивать объяснения Жеребкинса. Она отлично знала, какое лицо было у ее начальника.

 

 

Цирк «Максим», ипподром графства Уэксфорд, Южная Ирландия

 

У Артемиса, Дворецки и Мульча были билеты на первый ряд в цирк «Максим». Это был один из тех новаторских цирков, представления в которых соответствуют рекламе и в них не участвуют животные. Клоуны были действительно смешными, акробаты – ловкими почти до невозможности, а гномы – маленькими.

Сергей Всемогущий и четыре из пяти членов команды выстроились в центре манежа и принялись разогревать переполненный зал перед главным представлением. Все гномы, не больше метра ростом, были одеты в облегающие алые трико с изображением молнии на груди. Лица их были закрыты масками того же цвета.

На Мульче болтался слишком длинный для него плащ, козырек кепки гном надвинул на глаза, а лицо густо намазал дурнопахнущим самодельным кремом от загара. Кожа гномов очень плохо переносит свет, даже в пасмурную погоду они обгорают буквально за несколько минут.

Мульч опорожнил огромное ведро попкорна себе в пасть.

– Да, – пробормотал он, отплевываясь. – Эти ребята – настоящие гномы, сомнений нет.

Артемис сдержанно улыбнулся. Он был рад, что оказался прав в своих подозрениях.

– Я обнаружил их совершенно случайно. Просто они пользуются тем же веб-сайтом, что и ты. Компьютерный поиск позволил мне составить две схемы. Было нетрудно заметить, что кражи совершаются там, где гастролирует этот цирк. Я был поражен, что ни ФБР, ни Интерпол не вышли на след банды Сергея. Когда был объявлен маршрут экспозиции, куда входила тиара Фей-Фей, оказалось, что он по странному стечению обстоятельств совпал с маршрутом гастролей цирка. Я сделал вывод, что это не простая случайность. Как всегда, я оказался прав. Гномы украли тиару и тайно ввезли ее в Ирландию вместе с цирковым реквизитом. На самом деле это нам даже на руку: украсть тиару у них будет значительно проще, чем из Музея классического искусства.

– Это почему? – спросил Мульч.

– Потому что они этого не ждут, – объяснил Артемис.

 

Сергей Всемогущий и его труппа готовились показать первый трюк. Он был простым и впечатляющим. В центр манежа спустили на лебедке небольшой, ничем не примечательный деревянный ящик. Сергей, без конца отвешивая поклоны и демонстративно напрягая крошечные мускулы, прошел к ящику. Подняв крышку, гном забрался в него. Циничные зрители ждали, что вот-вот опустится занавес или им покажут какой-нибудь фокус с экраном, который позволит коротышке улизнуть, но ничего подобного не произошло. Ящик стоял на месте. Совершенно неподвижно. Под сверлящими взглядами зрителей. В радиусе двадцати футов не было ни единой души.

Прошла целая минута, прежде чем на манеж вышел еще один гном. Он поставил на землю старомодную взрывную машинку с Т-образной ручкой и, выждав секунд пять под барабанную дробь, привел ее в действие. Ящик взорвался, в воздух взметнулась туча сажи и опилок. Если бы Сергей был в ящике, он был бы уже мертв.

– Гм, – презрительно хмыкнул Мульч, когда в зале раздался гром аплодисментов. – И что в этом удивительного?

– Ровным счетом ничего, если знаешь, в чем фокус, – согласился Артемис.

– Он залезает в ящик, роет из него туннель в гримерную, а потом появляется на манеже в конце представления, – пожал плечами гном

– Правильно. В конце представления на арену выносят еще один ящик, и вдруг в нем появляется Сергей. Обыкновенное чудо.

– Да уж, чудо. У нас столько талантов, а эта кучка проходимцев не смогла придумать ничего более впечатляющего.

Артемис встал, Дворецки мгновенно вскочил на ноги, прикрывая хозяина от возможного нападения сзади.

– Идемте, мистер Рытвинг. Сегодня нам нужно разработать окончательный план.

Мульч заглотил остатки попкорна.

– Сегодня? Почему именно сегодня?

– Чтобы успеть к вечернему представлению, – с улыбкой объяснил Артемис. – На котором, мой друг, гвоздем программы будешь ты.

 

Родовое поместье Фаулов, северная часть Дублина, Ирландия

 

От Уэксфорда до поместья Фаулов было два часа езды. Мать Артемиса уже ждала их у главного входа.

– Тебе понравилось представление, Арти? – спросила Ангелина Фаул, улыбаясь сыну, но глаза ее оставались грустными.

Даже после того, как Элфи Малой вылечила ее от депрессии, вызванной исчезновением Фаула-старшего, во взгляде матери Артемиса сквозила потаенная боль.

– Очень понравилось, мама, это было просто чудесно. Я пригласил на ужин мистера Рытвинга. Он – один из актеров и просто замечательный парень. Надеюсь, ты не против?

– Конечно нет. Чувствуйте себя как дома, мистер Рытвинг.

– Ему не впервой, – едва слышно пробормотал Дворецки.

Он повел Мульча на кухню, а Артемис задержался с матерью.

– Арти, как ты себя чувствуешь, скажи честно?

Артемис не знал, как ответить. Что он мог сказать? «Я решил последовать по стопам отца и стать преступником, потому что это получается у меня лучше всего? Потому что это единственный способ оплачивать работу многочисленных детективных агентств и интернет-компаний, нанятых мной для поисков отца? Но свершение преступных замыслов не приносит мне радости. Победа оказалась не такой сладкой, как я ожидал.»

– Я в полном порядке, мама, – сказал он наконец, однако получилось не слишком убедительно.

Ангелина прижала сына к себе. Артемис чувствовал запах ее духов, тепло ее дыхания.

– Ты – хороший мальчик, – сказала она. – И хороший сын.

Она выпрямилась, снова превратившись в элегантную даму.

– Итак, думаю, тебе не терпится поговорить с новым другом. Вероятно, вам многое нужно обсудить.

– Да, мама, – сказал Артемис, с трудом загоняя печаль в самый дальний уголок сердца. – Нам многое нужно обсудить до вечернего представления.


 

Цирк «Максим»

 

Мульч Рытвинг расчистил для себя нору прямо под палаткой гномов и стал настороженно ждать момента, когда пора будет начинать действовать. Они вернулись в Уэксфорд на вечернее представление. Заранее, чтобы гном успел прорыть туннель к палатке от ближайшего поля. Артемис сидел в шатре рядом с ареной и не спускал глаз с Сергея Всемогущего и его команды. Дворецки ждал возвращения Мульча в заранее оговоренном месте.

Артемис изложил свой план, когда они сидели в его поместье. План показался всем разумным и вполне осуществимым. Но сейчас, чувствуя всей кожей головы, как дрожит земля под ногами зрителей и артистов, Мульч осознал, что у него возникла одна ма-аленькая проблемка. Заключалась она в том, что он, Мульч Рытвинг, рисковал собственной шеей, а этот мелкий вершок Артемис тем временем кушал сахарную вату, с комфортом устроившись в удобном кресле рядом с манежем.

За несколько часов до этого в гостиной особняка Фаулов Артемис посвятил их в свой замысел:

– Я не спускал глаз с Сергея и его труппы с тех пор, как понял, чем они занимаются. Они ведут себя очень осмотрительно. Возможно, было бы проще украсть камень у того, кому они его продадут, но скоро заканчиваются школьные каникулы, и я буду вынужден прекратить свою деятельность, поэтому голубой бриллиант мне нужен сейчас.

– Для этой твоей лазерной штуковины?

Артемис закашлялся, прикрыв ладонью рот.

– Да, лазерной. Вот именно.

– А другой бриллиант для нее не сойдет?

– Нет. Бриллиант Фей-Фей уникален. Другого бриллианта такого оттенка не существует.

– И это очень важно, да?

– Совершенно необходимо, этот оттенок позволит добиться нужной дифракции света. Впрочем, это технический термин, тебе все равно не понять.

– Гм, – задумчиво хмыкнул Мульч. Чутье подсказывало ему, что Артемис что-то недоговаривает. – Итак, как ты предполагаешь заполучить этот до зарезу нужный тебе голубой бриллиант?

Артемис опустил экран проектора. К нему липкой лентой был приклеен план цирка «Максим».

– Это манеж цирка, – сказал он, взяв телескопическую указку.

– Что, вон та круглая штука с надписью «манеж»? Ну надо же! Ни за что бы не догадался.

Артемис закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. Он не привык к такой дерзости. Дворецкий похлопал Мульча по плечу.

– Слушай и не перебивай, коротышка, – сказал он очень серьезным тоном. – Иначе я припомню тебе один должок и тебе придется испытать ничуть не меньшее унижение, чем в свое время мне.

Мульч проглотил мгновенно возникший в горле комок.

– Слушать, да? Хорошая мысль. Продолжай, пожалуйста, вершок… то есть, э-э… Артемис.

– Спасибо, – язвительно поблагодарил мальчик. – Итак. Мы уже несколько месяцев наблюдаем за этой группой гномов, и они ни разу не оставили свою палатку без присмотра. Это заставляет предположить, что именно в ней они хранят награбленное. Обычно в палатке находится вся труппа, за исключением тех случаев, когда пять или шесть гномов принимают участие в акробатических трюках. Таким образом, у нас есть единственное окно возможности, когда в палатке остается один гном, а все остальные выступают на манеже.

– Только один? – переспросил Мульч. – Нельзя, чтобы меня увидел хоть кто-то из них. Стоит любому из их шайки хотя бы мельком увидеть меня, и мне нигде не будет покоя. Гномы никогда не прощают.

– Позволь мне закончить, – сказал Ар-темис. – Видишь ли, у меня было время тщательно все продумать. Нам удалось получить видеозапись, сделанную в Брюсселе при помощи игольчатой камеры, которой Дворецки проткнул брезент палатки.

Дворецкий включил телевизор с плоским экраном и нажал кнопку на пульте дистанционного управления видеомагнитофона. Изображение было серым и зернистым, но сносным. На экране появился гном, сидящий в кожаном кресле в центре круглой палатки. Он был одет в трико Всемогущих и был занят тем, что пускал мыльные пузыри при помощи небольшого колечка.

Земляной пол едва заметно задрожал в самом центре палатки, где словно возникло небольшое, но сконцентрированное в одной точке землетрясение. Через несколько мгновений круг диаметром около метра провалился вниз и из дыры появился сам Сергей в маске. Выпустив остатки газов, он показал своему товарищу два больших пальца. Пускавший пузыри гном опрометью кинулся вон из палатки.

– Сергей только что выбрался по туннелю из ящика, а любитель мыльных пузырей помчался на манеж, – объяснил Артемис. – Сергей заступил в караул до конца представления, потом ему придет время чудесным образом появиться из нового ящика. У нас есть примерно семь минут на поиски тиары.

Мульч решил проверить план на прочность.

– Откуда мы знаем, что тиара у них?

Артемис был готов к этому вопросу.

– Мои информаторы сообщили, что на сегодняшнем представлении будут присутствовать пять европейских скупщиков краденых драгоценностей. Не думаю, что они приехали поглазеть на клоунов.

Мульч медленно кивнул. Он знал, где могла находиться тиара. Сергей и его всемогущие друзья явно спрятали награбленное на глубине нескольких метров под палаткой, за пределами досягаемости людей. Тем не менее, чтобы найти тиару, пришлось бы обыскать площадь в несколько сотен квадратных метров.

– Мне ее не найти, – сказал он наконец. – По крайней мере за семь минут.

Артемис открыл портативный компьютер «пауэрбук».

– Это компьютерная модель. Ты – синяя фигурка, Сергей – красная.

На экране две виртуальные фигурки вгрызлись в виртуальную же землю.

Мульч в течение минуты наблюдал за синей фигуркой.

– Должен признаться, вершок, – сказал гном, – ты все толково придумал. Но мне понадобится баллон со сжатым воздухом.

– Воздухом? – озадаченно переспросил Артемис. – Я думал, ты можешь дышать под землей.

– Я-то могу. – Гном оскалился. – Воздух понадобится не для меня.


И вот Мульч сидел в своей норе с баллоном воздуха за спиной. Он не издавал ни звука. Едва Сергей зароется под землю, он будет воспринимать любые колебания, включая радиоволны, поэтому Артемис настоял на соблюдении режима радиомолчания во время выполнения второй фазы плана.

Сквозь общий фон пробились высокочастотные колебания. Источник находился где-то к западу от Мульча. Сергей начал движение. Мульч чувствовал, как его соплеменник торопливо вгрызается в землю, – должно быть, спешит к тайнику с награбленным.

Мульч сосредоточился на продвижении Сергея. Тот рыл туннель на восток, но с легким уклоном вниз, явно направляясь к определенному месту. Сонары в волосках бороды Мульча постоянно обновляли данные о скорости и направлении. Сергей прошел с постоянной скоростью и неизменным уклоном метров сто, потом остановился. Он явно что-то проверял. Мульч надеялся, что тиару.

Примерно полминуты почти ничего не происходило, потом Сергей направился к поверхности, прямо к Рытвингу. Спина Мульча покрылась пленкой пота. Начиналась самая опасная часть плана. Двигаясь очень медленно и осторожно, Мульч достал из-под трико шар, размером и цветом напоминавший японский мандарин. Шар состоял из природного успокоительного, которое обычно применяли коренные жители Чили. Артемис заверил Мульча, что у средства нет побочных явлений и что трудности с дыханием, которые могут возникнуть у Сергея, быстро пройдут.

Крайне осторожно Мульч чуть изменил свое положение, чтобы оказаться лишь немного в стороне от предполагаемой траектории Сергея, и выставил вперед руку с зажатым в кулаке шариком снотворного. Буквально через несколько секунд шар вместе с несколькими килограммами земли оказался в энергично работавших челюстях Сергея. Он успел сделать еще не больше полудюжины глотков, и его движение начало замедляться вплоть до полной остановки, а пережевывание стало вялым. Это был самый опасный момент для Сергея. Он мог задохнуться, если бы потерял сознание с набитым землей животом. Мульч прогрыз разделявший их тонкий слой земли и быстро перевернул уснувшего гнома на спину. Вставив шланг баллона с воздухом в черную пещеру его рта, он открыл кран, продув мощной струей сжатого воздуха тело Сергея. Поток воздуха надул внутренние органы гнома и очистил их от остатков глины. Тело Сергея вздрогнуло, как от удара электрическим током, но он не проснулся, а громко захрапел.

Мульч оставил свернувшегося калачиком Сергея в туннеле и направил свои всесокрушающие челюсти к поверхности. Глина была типично ирландской, мягкой и немного влажной, почти не загрязненной химическими веществами и кишевшей насекомыми. Через несколько секунд он поднял вверх руку и кончиками пальцев почувствовал дуновение воздуха. Мульч проверил, не сбилась ли маска на лице, и только после этого высунул голову из земли.

Он увидел сидевшего в кресле гнома. На этот раз он играл сразу четырьмя йо-йо, зажав веревочки пальцами рук и ног. Мульч не произнес ни слова, хотя почувствовал почти непреодолимое желание поболтать с собратом. Он просто показал ему два больших пальца.

Гном, не говоря ни слова, смотал веревочки йо-йо, натянул остроносые ботинки и бросился к клапану палатки. Мульч услышал, как взревела толпа после взрыва ящика, в котором якобы находился Сергей. Прошло две минуты. Осталось всего пять.

Мульч снова погрузился в землю и двинулся напрямик к тому месту, которое недавно проведывал Сергей. Это было не так сложно, как могло показаться. Внутренние компасы гномов обладают фантастической точностью и могут направлять своих владельцев не хуже любой глобальной спутниковой системы определения местоположения.

Проследовав туда, где он засек остановку Сергея, Мульч обнаружил на некоторой глубине под палаткой небольшую полость. Типичное укрытие гнома с зализанными слюной стенами, обеспечивающими тусклое освещение в кромешной темноте. Гномья слюна многофункциональна, она предназначена не только для того, чтобы смачивать все, что попадает в пасть. При продолжительном контакте с воздухом она затвердевает, образуя похожее на лак покрытие, не только прочное, но и светящееся в темноте.

В самом центре пещеры стоял деревянный сундук. Замка на нем не было. Зачем? Сюда, под землю, могли пробраться только гномы. Мульч вдруг почувствовал, что ему очень стыдно. Воровать у верхних людишек – это одно дело, но сейчас-то он пытался обокрасть собратьев-гномов, которые лишь пытались честно заработать свой кусок сланца с глиной, обворовывая людей. Когда закончится вся эта кутерьма, решил Мульч, надо будет как-нибудь возместить Сергею Всемогущему потери.

Тиара лежала в сундуке. Даже в тусклом свете гномьей слюны голубой бриллиант блестел и переливался. На этот раз камень был настоящий, тут не могло быть никаких сомнений. Мульч быстро спрятал тиару под трико. В сундуке лежали и другие драгоценности, но он к ним не притронулся – его и без того одолевали угрызения совести. Теперь оставалось только вытащить Сергея на поверхность, чтобы тот пришел себя в безопасной обстановке, и вернуться назад тем же путем, которым пришел. Следовало убраться отсюда раньше, чем остальные гномы заподозрят неладное.

Мульч вернулся к Сергею и потащил бесчувственное тело собрата к поверхности. Выбравшись на поверхность, он вправил челюсть и огляделся.

В палатке по-прежнему никого не было. Всемогущие, скорее всего, уже заканчивали выступление. Мульч подтащил Сергея к краю ямы и достал из ботинка гномий кремниевый кинжал. Он собирался вырезать из обивки кресла несколько полосок кожи и связать ими руки, ноги и челюсти Сергея. Артемис заверил его, что Сергей не скоро очнется, но что может знать человек о гномьем организме?

– Прости меня, брат, – прошептал Мульч почти с нежностью. – Я ненавижу себя за это, но этот вершок связал меня по рукам и ногам.

И тут на границе поля зрения Мульча появилось какое-то мерцание. Потом раздался голос:

– Гном, сначала ты расскажешь мне о вершке, а потом о своих руках и ногах.

 

Особняк Фаулов

 

Ангелина Фаул, ссутулившись, сидела у туалетного столика. В ее глазах блестели слезы. Сегодня был день рождения ее мужа, отца малыша Арти. Артемис Фаул I пропал без вести больше года назад, и с каждым днем его возвращение становилось все менее вероятным. Она провела тонким изящным пальцем по стоявшей на столике фотографии. Артемис-старший улыбался, сияя крепкими белоснежными зубами и голубыми глазами. Таких поразительно голубых глаз она не видела ни у кого ни до, ни после встречи с ним, за исключением сына. Она сразу заметила, что у Арти глаза отца, в первые же секунды после его рождения.

В комнату нерешительно, переступив порог одной ногой, заглянул Артемис.

– Арти, любимый, – сказала Ангелина, вытирая глаза. – Подойди ко мне. Обними меня, мне так этого хочется…

Он подошел к ней по толстому ковру. В комнате было широкое окно-фонарь. Сколько раз Артемис видел отца на фоне этого эркера!

– Я найду его, – прошептал он, оказавшись в объятиях матери.

– Я знаю, Арти, – ответила Ангелина, со страхом думая о том, на что готов пойти ее замечательный сын ради достижения цели. Она так боялась потерять своего последнего Артемиса.

Мальчик отошел на шаг.

– Мама, у меня есть подарок для тебя. Он будет напоминать тебе об отце, придавать силы.

Он достал из нагрудного кармана золотую цепочку. На ней висел голубой бриллиант немыслимой красоты. У Ангелины перехватило дыхание.

– Арти, он поразительно, сверхъестественно красив. Он точно такого же цвета, что и…

– Глаза отца, – закончил за нее Артемис, застегивая цепочку на шее матери. – Я надеялся, что он тебе понравится.

Она крепко сжала камень в кулаке. Сил сдерживать слезы не осталось, и они хлынули по щекам.

– Я никогда не буду его снимать, – прошептала Ангелина.

Артемис печально улыбнулся.

– Мама, верь мне. Я найду отца.

Ангелина с восхищением смотрела на сына.

– Я знаю, Арти, – повторила она.

На этот раз она действительно верила ему.

 

Элфи Малой летела на север, пока впереди не показался берег материковой Италии. Пролетая над огнями города Бриндизи, она изменила курс на сорок градусов влево.

– Ты должна избегать городов и маршрутных коридоров самолетов, – напомнил ей Жеребкинс через наушники шлема. – Это – главное в работе сотрудника ЛеППРКОНа.

– Главное – найти преступника, – возразила Элфи. – Ты хочешь, чтобы я нашла этого гнома или нет? Если я буду плестись вдоль береговой линии, попаду в Ирландию только к утру. А если полечу напрямик, то окажусь там к одиннадцати часам вечера. В любом случае я защищена экраном, меня никто не увидит.

Волшебные создания обладают способностью так ускорять пульс, что сосуды едва не начинают лопаться от давления. Это заставляет их тела вибрировать настолько быстро, что они не остаются на одном месте достаточно долго, чтобы быть замеченными. Единственным человеком, разгадавшим этот волшебный, извините за каламбур, фокус, был Артемис Фаул, который записал подземных жителей на пленку в ускоренном режиме, а затем просмотрел запись кадр за кадром.

– Защитный экран не так надежен, как раньше, – заметил Жеребкинс – Я послал характеристики устройства слежения тебе в шлем. Тебе остается только следовать за сигналом. Майор хочет, чтобы ты, когда найдешь гнома…

Голос кентавра потонул в хриплом бульканье помех. Активность магмы в последнее время повысилась, выбросы следовали один за другим, и из-за этого постоянно возникали перебои со связью. За время полета Элфи эти проблемы возникали уже в третий раз. Ей оставалось только действовать в соответствии с утвержденным планом и надеяться на то, что связь восстановится.

Ночь была ясной, и Элфи летела по звездам. Конечно, ее шлем был оборудован устройством глобальной системы определения местоположения, использующим три спутника, но навигация по звездам была одной из главных дисциплин, которым будущих офицеров ЛеППРКОНа обучали в академии. Всегда существовала возможность, что сотрудник Корпуса окажется на поверхности без необходимого снаряжения, и в таких обстоятельствах его единственной надеждой найти ближайший порт шаттла становились звезды.

Земля стремительно проносилась внизу, и на пути Элфи все чаще возникали города. При каждом посещении поверхности она замечала, что городов становится все больше. Скоро совсем не останется сельской местности и деревьев, производящих кислород. Тогда дышать искусственным воздухом придется всем, и наземным жителям тоже.

Элфи старалась не замечать мигающий в уголке забрала индикатор вредных примесей в атмосфере. Фильтр шлема удалял большую часть грязи, и потом, у нее все равно не было выбора. Либо лететь над городами, либо упустить гнома-преступника. А капитан Элфи Малой не любила упускать нарушителей.

Она увеличила масштаб виртуальной карты на экране. Объект ее поисков находился в круглом полосатом шатре. Цирк. Гном прятался в цирке. Не совсем оригинальное, но достаточно удобное место, где можно попытаться выдать себя за лилипута.

Элфи выдвинула закрылки на механических крыльях и снизилась до двадцати футов. Сигнал устройства слежения заставил ее чуть изменить курс влево, в сторону от главного шатра, к небольшой, стоявшей неподалеку палатке. Элфи опустилась ближе к поверхности и удостоверилась в том, что ее защитный экран работает на полную мощность, – внизу было полно людей.

Она зависла над центральной стойкой палатки. Украденный шлем находился внутри. Чтобы продолжить расследование, Элфи придется проникнуть в палатку. Книга, то есть библия волшебного народца, запрещает входить в жилище человека без приглашения, но совсем недавно Верховный суд принял решение считать палатки временными строениями, на которые действие закона не распространяется. Элфи пережгла нитки шва палатки коротким импульсом из «Нейтрино-2000» и прошмыгнула внутрь.

На земляном полу она увидела двоих гномов. У одного к спине был привязан украденный шлем, второй застрял в яме. На обоих были красные полумаски и трико такого же цвета. Просто очаровательно.

Ситуация несколько удивила ее. Гномы обычно стояли друг за дружку горой, а эти двое, похоже, выступали за разные команды. Первый, судя по всему, вывел второго из строя и не собирался на этом останавливаться. В руке он держал блестящий кремниевый кинжал. А гномы обычно не обнажали оружие, если не собирались пустить его в дело.

Элфи нажала кнопку микрофона на перчатке.

– Жеребкинс! Ответь! Возможна чрезвычайная ситуация.

Ничего. Только помехи. Даже ни единого призрачного шепота. Что ж, весьма показательно. Самая современная система связи в галактике (возможно, даже в нескольких окрестных галактиках) выведена из строя какими-то несчастными выбросами магмы.

– Жеребкинс, я вынуждена вступить в контакт. Если можешь меня записать, сообщаю, здесь совершается преступление, возможно, убийство. Замешаны подземные жители, нет времени ждать отряд Быстрого реагирования. Высылай подкрепление немедленно.

Здравый смысл Элфи яростно протестовал. Она уже была официально отстранена от службы, и контакт с подозреваемыми должен был наверняка похоронить ее карьеру в Корпусе. Но сейчас это не имело значения. Она вступила в Корпус, чтобы защищать волшебный народец, и намеревалась выполнить свой долг.

Она перевела крылья в режим снижения и вылетела из тени в углу палатки на свет.

Гном заговорил забавным скрипучим голосом, которым разговаривают все взрослые гномы.


– Прости меня, брат, – сказал он, должно быть извиняясь перед будущей жертвой. – Я ненавижу себя за это, но этот вершок связал меня по рукам и ногам.

«Достаточно», – подумала Элфи. Убийства она не допустит. Отключив защитный экран, она перешла в видимый спектр сначала в форме усыпанного звездами силуэта эльфийки.

– Гном, сначала ты расскажешь мне о вершке, а потом о своих руках и ногах.

Мульч узнал Элфи с первого взгляда. Он уже видел эту эльфийку – в особняке Фаулов, всего несколько месяцев назад. Судьбе свойственна странная привычка вновь и вновь сводить свои живые игрушки вместе. Они словно становятся неотъемлемой частью жизни друг друга.

Он выпустил и кинжал, и Сергея и поднял руки над головой. Сергей свалился в дыру.

– Я знаю, на что это похоже, Эл… офицер. На самом деле я собирался связать этого парня ради его же блага. У него появились туннельные судороги, больше ничего. Он мог поранить себя.

Элфи мысленно поздравила себя. Врал гном складно, но едва не откусил себя язык, чтобы не произнести ее имя. В Корпусе этого типа считали погибшим, да в маске она бы все равно не смогла узнать его – на виду оставалась только борода. Если бы Мульч не проговорился, Элфи бы так и не поняла, кто перед ней.

– Туннельные судороги? Да это же детская болезнь, опытные проходчики ей не страдают.

Мульч пожал плечами.

– Я всегда ему говорил, чтобы он тщательно пережевывал то, что попало в рот. Но разве он меня слушал? Он – взрослый гном. Что я мог поделать? Кстати, не стоит оставлять его там, внизу. – Гном опустил одну ногу в яму.

Элфи мягко приземлилась.

– Еще один шаг, гном, – и я тебя продырявлю, – предупредила она. – А пока лучше расскажи мне о вершке.

Мульч попытался изобразить невинную улыбку. У белой акулы и то получилось бы более убедительно.

– О каком еще вершке, офицер?

– Об Артемисе Фауле, конечно! – рявкнула Элфи. – Выкладывай все, что знаешь, гном. Ты все равно отправишься в тюрьму. Но от тебя зависит, сколько времени ты в ней проведешь.

Мульч не спеша обдумал ее слова. Тиара Фей-Фей впивалась в кожу под трико. Она сползла под мышку и сильно мешала. Следовало сделать выбор. Попытаться закончить работу или позаботиться о себе. Фаул или сокращенный срок заключения. На принятие решения не потребовалось и секунды.

– Артемис хотел, чтобы я украл для него тиару Фей-Фей. Мои… коллеги по цирку уже украли ее, и он подкупом хотел заставить меня передать ее ему.

– Где сейчас эта тиара?

Мульч сунул руку под трико.

– Медленно, гном.

– Ладно-ладно, я знаю: медленно, двумя пальцами.

Мульч достал из-под трико тиару.

– Полагаю, ты не берешь взяток? – для порядка спросил он.

– Правильно полагаешь. Эта тиара вернется туда, где ты ее взял, в полиции раздастся анонимный телефонный звонок, и украденное сокровище будет чудесным образом найдено.

Мульч вздохнул.

– Старый приемчик. Неужели Корпусу он не надоел?

Элфи не собиралась позволять втянуть себя в разговор.

– Брось ее на землю, – приказала она. – Потом ложись сам. На спину.

Никто в здравом уме и трезвой памяти не прикажет гному ложиться на живот. Достаточно одного щелчка челюстей, чтобы преступник скрылся в облаке пыли.

– На спину? У меня ж там шлем болтается!

– На спину!

Мульч повиновался, бросив на землю тиару и переместив шлем на грудь. В его голове лихорадочно метались мысли. Сколько времени осталось? Всемогущие могут появиться в любую секунду. Они должны бежать со всех ног, чтобы сменить Сергея.

– Офицер, я советую вам выйти из палатки.

Элфи обыскала его, но оружия не нашла. Она отстегнула шлем и оттолкнула его ногой в сторону.

– Это почему?

– Мои товарищи могут оказаться здесь в любую секунду. Мы работаем по плотному графику.

Элфи мрачно усмехнулась.

– Об этом не беспокойся. С гномами я справлюсь. У меня в винтовке атомная батарея.

Мульч судорожно сглотнул и посмотрел между ног Элфи на клапан палатки. Всемогущие появились строго по расписанию, трое проникли в палатку через клапан, ступая тише, чем муравьи в мягких тапочках. Каждый сжимал короткими пальцами кремниевый клинок. Мульч услышал шорох наверху, поднял голову и увидел еще одного Всемогущего, наблюдавшего за ними через свежую прореху. Итого – пять. Одного не хватало.

– Батарейки не имеют значения, – сказал Мульч. – Не важно, сколько у тебя пуль, важно, насколько быстро ты стреляешь.


Артемис не находил себе места, почти не замечая происходящего на арене. Дворец-ки должен был связаться с ним еще минуту назад и сообщить, что Мульч благополучно добрался до места встречи. Что-то пошло не по плану. Интуиция подсказывала, что нужно пойти посмотреть, но Артемис упрямо противостоял ее уколам. Следовало придерживаться плана. Дать Мульчу несколько дополнительных секунд.

Последние секунды истекли, когда пятеро гномов на манеже поклонились зрителям. Они покинули манеж, сделав несколько затейливых акробатических трюков, и побежали к палатке.

Артемис поднял к губам правый кулак. К его ладони был приклеен крошечный микрофон наподобие тех, что в ходу у секретных служб США. В правое ухо был вставлен наушник телесного цвета.

– Дворецки, – едва слышно произнес мальчик в реагирующий даже на шепот микрофон. – Всемогущие покинули манеж. Приступаем к плану «Б».

– Вас понял, – ответил Дворецки.

Разумеется, у Артемиса был в запасе план «Б». План «А» хоть и был идеальным, но о его гноме-исполнителе, к сожалению, нельзя было сказать того же. План «Б» подразумевал хаос и бегство, предпочтительно с тиарой Фей-Фей. Артемис стал поспешно пробираться к проходу между рядами кресел.

На манеж в это время опускали второй ящик. Дети в зале и их родители, затаив дыхание, следили за представлением, не подозревая, что всего в двадцати метрах от них разворачивалась драма куда более увлекательная.

Стараясь держаться в тени, Артемис стал подкрадываться к палатке гномов.

Всемогущие бежали всего в нескольких шагах впереди. Через несколько секунд они войдут в палатку и все обнаружится. После некоторой неразберихи, на которую уйдет время, из шатра прибегут торговцы драгоценностями, скорее всего с вооруженной охраной. Операцию следовало завершить или прервать в течение буквально нескольких секунд.

Из палатки доносились голоса. Всемогущие тоже услышали их и замерли на месте. Откуда могли взяться голоса? Сергей был один, а если нет, значит, случилось нечто непредвиденное. Один из гномов подполз на животе к клапану и заглянул в палатку. Увиденное явно обеспокоило его, потому что он быстро вернулся к остальным и начал поспешно отдавать приказы. Трое гномов направились к клапану, четвертый стал карабкаться вверх по брезентовой стенке, а последний, расстегнув задний клапан штанов, скрылся под землей.

Артемис выдержал пару секунд и подкрался к входу в шатер. Если Мульч все еще внутри, нужно срочно что-то предпринять, чтобы выручить его из ловушки, даже если придется пожертвовать бриллиантом. Мальчик прижался к туго натянутому брезенту и заглянул в палатку. Увиденное потрясло его. Потрясло, но не удивило, потому этого следовало ожидать. Элфи стояла над поверженным гномом, который мог быть, а мог и не быть Мульчем Рытвингом. К ней, достав кинжалы, приближались Всемогущие.

Артемис поднес микрофон к губам.

– Дворецки, как далеко ты находишься, только точно?

Ответ последовал мгновенно:

– На периметре цирка. В сорока секундах, не больше.

За сорок секунд Элфи и Мульч могли погибнуть. Артемис не мог этого допустить.

– Я вынужден вмешаться, – коротко сказал он. – Когда подойдешь, внеси в план «Б» изменения по обстановке.

Дворецки не стал спорить и терять время.

– Вас понял. Мистер Фаул, займите их разговором. Обещайте золотые горы и весь мир в придачу. Их жадность может спасти вам жизнь.

– Понял, – сказал Артемис и вошел в палатку.

 

– Так-так-так, – произнес заместитель Сергея, гном по имени Дерф. – Похоже, полиции таки удалось нас выследить.

Элфи наступила на грудь Мульча, прижимая его к земле, и навела оружие на Дерфа.

– Ты абсолютно прав. Я служу в Корпусе. Отряд Быстрого реагирования прибудет буквально через несколько секунд. Смиритесь и ложитесь на землю. На спины.

Дерф небрежно перебрасывал из руки в руку кинжал.

– Мне так не кажется, эльфийка. Мы живем этой жизнью уже пятьсот лет, и нам она по нраву. Просто отпусти Сергея, и мы исчезнем. Зачем делать друг другу больно, если можно без этого обойтись?

Мульч понял, что остальные гномы принимают его за Сергея. Может быть, у него еще оставался шанс.

– Стойте, где стоите, – приказала Элфи с напускной храбростью. – «Нейтрино» против ножей – у вас нет шансов победить.

Дерф улыбнулся в бороду.

– Мы уже победили.

С идеальной синхронизацией, отточенной веками совместных выступлений, гномы бросились в атаку. Один прыгнул на Элфи откуда-то из темноты в верхней части палатки, остальные оттолкнулись от земляного пола, подскочили фута на три и, помогая себе реактивной струей газов, полетели на капитана Малой, широко распахнув челюсти. Колебания, вызванные голосом Элфи, притягивали их, как отчаянное барахтанье пловца – акулу.

– Берегись! – заверещал Мульч, который не мог допустить расправы Всемогущих над Элфи даже ценой собственной свободы. Да, он был вором, но падать ниже, становиться убийцей – не собирался.

Элфи, вняв его предупреждению, вскинула голову и успела снять выстрелом гнома, пикирующего на нее сверху. Гном погрузился в беспамятство и продолжил пике уже не по своей воле.


Но капитана Малой это не спасло – на второй выстрел времени не было. Другой гном, на струе газов, налетел на нее по пологой кривой и, едва не оторвав Элфи руку, выбил у нее винтовку. После чего, не мешкая, обхватил Элфи мощными руками и стиснул в объятиях, выжав весь воздух из ее груди. Через мгновение подоспели остальные.

Мульч мгновенно вскочил на ноги.

– Братья, подождите. Нужно ее допросить. Узнаем, много ли вынюхали про нас полицейские.

Дерф с ним не согласился.

– Нет, Сергей. Поступим как всегда: свидетелей в землю и сматываем удочки. В туннелях нас никто не поймает. Забираем драгоценности и уходим.

Мульч ударил державшего Элфи гнома под мышку, где у гномов находится нервный центр. Гном отпустил капитана, и она, судорожно ловя ртом воздух, упала на землю.

– Нет! Вздумали перечить вожаку? – рявкнул Мульч. – Говорю вам, она – офицер ЛеППРКОНа. Если мы убьем ее, на нас начнется настоящая охота. Просто свяжем ее и оставим здесь.

Дерф вдруг напрягся и наставил на Мульча кинжал.

– Странный ты какой-то, Сергей, с эльфами тетешкаешься как с родными. Дай-ка мы посмотрим на тебя без маски.

Мульч отступил на шаг.

– Ты чего? Успеешь еще на меня налюбоваться!

– Снимай маску! Живо! Не то я полюбуюсь не только на твою рожу, но и на кишки!

И в этот момент в палатку вошел Артемис. Он держался так уверенно, словно был полновластным хозяином всего этого места и окрестностей.

– Что здесь происходит? – спросил он с отчетливым немецким акцентом.

Все, как загипнотизированные, повернулись к нему.

– Ты кто такой? – спросил Дерф.

Артемис презрительно фыркнул.

– Этот коротышка смеет спрашивать, кто я такой. Разве не вы пригласили сюда моего хозяина из Берлина? Мое имя не имеет значения. Вам достаточно знать, что я представляю герра Эриха Штерна.

– Г-г-герра Штерна, понятно, – заикаясь пробормотал Дерф.

Эрих Штерн был легендарной личностью в сфере торговли драгоценными камнями. Ему не было равных, когда требовалось эффективно реализовать незаконный товар. И не менее эффективно он устранял людей, которые его разочаровывали. Он был приглашен на аукцион по продаже тиары и сидел, насколько знал Артемис, в третьем ряду.

– Мы приехали сюда, чтобы заключить сделку. Предполагалось, что мы будем иметь дело с профессионалами. И что я вижу? Какую-то нелепую свару между лилипутами! – возмущенно проговорил Артемис.

– Мы и не думали ссориться, что вы! – заверил его Мульч, по-прежнему играя роль Сергея. – Так, небольшое недоразумение. Мы просто решаем, как избавиться от незваного гостя.

Артемис снова фыркнул.

– Есть только один способ избавления от незваных гостей. В качестве одолжения мы можем решить для вас эту проблему, естественно за скидку с цены тиары. – Он замолчал, словно в недоумении, его глаза широко распахнулись. – О нет! Скажите мне, что это не она! – Он поднял с земли выроненную Элфи тиару. – Валяется в грязи, словно куча булыжников. Просто цирк какой-то!

– Эй, не надо так волноваться, – сказал Мульч.

– А это что такое? – спросил Артемис, кивком указав на шлем Мульча, лежавший на полу.

– Не знаю, – ответил Дерф. – Это шлем поли… я имею в виду незваного гостя, вернее гостьи. Это ее шлем.

Артемис погрозил ему пальцем.

– Я так не думаю. Если, конечно, у вашей незваной гостьи не две головы. Ведь она и так в шлеме.

Дерф поспешно сложил в уме один да один, получил результат и глубоко озадачился.

– Эй, а он прав. Откуда взялся этот шлем?

Артемис пожал плечами.

– Я только что вошел, но могу предположить, что среди вас есть предатель.

Все гномы разом повернулись к Мульчу.

– Маска! – прорычал Дерф. – Снимай ее! Немедленно!

Мульч бросил на Артемиса испепеляющий взгляд сквозь глазные прорези маски.

– Большое тебе спасибо.

Гномы шли на него полукругом, подняв ножи.

Путь им преградил Артемис.

– Стойте, коротышки, – властным тоном приказал он. – Есть только один способ спасти эту операцию, не вляпавшись в убийство. Передайте этих двоих моему телохранителю, и мы продолжим переговоры.

Дерф тут же почуял неладное.

– Погоди минуту. Откуда мы знаем, – что ты работаешь на Штерна? Ты появился здесь как раз вовремя, чтобы их спасти. Слишком все складно получается, по моему мнению.

– Поэтому твоим мнением никто не интересуется, – резко ответил Артемис. – Тупица.

Кинжал Дерфа угрожающе сверкнул.

– Ты меня достал, мальчишка. Убираем ВСЕХ свидетелей и сматываемся.

– Отлично, – сказал Артемис. – Эта бессмысленная суета начинает меня утомлять. – Он поднес ладонь к губам. – Приступаем к плану «Б».

Стоявший рядом с палаткой Дворецки обмотал державший палатку главный трос вокруг запястья и дернул. Телохранитель Артемиса не жаловался на недостаток физической силы, и металлические колышки один за другим стали выскакивать из земли. Брезент затрещал, покрылся складками, начал рваться. Гномы, разинув рты, уставились на опускавшийся на их головы потолок шатра.


– Обвал в шахте!!! – завопил самый нервный из команды Сергея.

Элфи, воспользовавшись замешательством, сорвала с ремня шоковую гранату. У нее было всего несколько секунд, прежде чем гномы сообразят, что проиграли, и скроются под землей. Этого нельзя было допустить: никто не может поймать гнома под землей. Когда прибудет отряд Быстрого реагирования, преступники будут уже в нескольких милях от палатки.

Граната была светошумовая: в нее был вмонтирован источник очень яркого света, который после детонации начинал включаться и выключаться с такой частотой, что мозг, получив слишком много изображений за слишком короткий промежуток времени, на время переставал работать. Гномы особенно восприимчивы к воздействию светошумового оружия, поскольку вообще с трудом переносят любой яркий свет.

Артемис первым заметил в руке Элфи серебристый шар.

– Дворецки! – крикнул он в микрофон. – Мы выходим! Немедленно! Северо-восточный угол.

Схватив Мульча за воротник, он потащил его за собой. Брезент опускался, и его падение замедлял лишь запертый в палатке воздух.

– Сматываемся! – завопил Дерф. – Быстро! Бросайте все и закапывайтесь!

– Врешь, не уйдешь, – прохрипела Элфи.

Каждое слово вызывало боль в поврежденной гортани. Повернув ручку таймера, она бросила гранату под ноги Всемогущим. Это было идеальное оружие против гномов. Ни один гном не может отвести взгляда от блестящего предмета. Даже Мульч уставился на сверкающий шар и продолжал бы смотреть на него до самой вспышки, если бы Дворецки не сделал пятифутовый разрез в брезенте и не выдернул Рытвинга вместе с Артемисом из палатки.

– План «Б», – проворчал он. – В следующий раз нужно будет тщательнее продумать запасной вариант.

– Упреками и обвинениями займемся потом, – быстро произнес его хозяин. – Если Элфи оказалась здесь, подкрепление может появиться в любую секунду.

Вероятно, понял Артемис, в шлеме было установлено какое-то устройство слежения, которое он не смог обнаружить и потому не отключил. Скорее всего, в одной из наружных оболочек.

– Итак, новый план. Учитывая то, что Корпус узнал о нашей операции, мы должны разделиться. Мульч, я выпишу тебе чек, сумма которого соответствует твоей доле. Один миллион восемьсот тысяч евро, хорошая цена за тиару на черном рынке.

– Чек? Ты шутишь, вершок? – воскликнул Мульч. – Разве я могу тебе верить?

– Можешь, – заверил его Артемис. – Обычно мне доверять нельзя, но мы заключили сделку, а партнеров я никогда не обманываю. Конечно, ты можешь дождаться прибытия отряда Быстрого реагирования, чтобы подробно объяснить им свое чудесное возвращение с того света.

Мульч выхватил из его руки чек.

– Если у меня его не примут, я вернусь в твой особняк. Если ты забыл, я знаю, как в него проникнуть. – Он заметил свирепый взгляд Дворецки и поспешно добавил: – Честно говоря, надеюсь, что до этого не дойдет.

– Не дойдет, можешь мне верить.

Мульч расстегнул задний клапан штанов.

– Да уж хотелось бы. – Он подмигнул Дворецки и исчез под землей, подняв тучу пыли, прежде чем телохранитель успел отреагировать и отшатнуться. Впрочем, никто бы на его месте не успел.

Артемис сжал в кулаке голубой бриллиант тиары. Камень уже едва держался в оправе. Сейчас можно просто уйти. Предоставить Корпусу самому расхлебывать эту кашу.

Но, как обычно, просто уйти не получилось. Артемис понял это чуть раньше, чем услышал голос Элфи.

– Стоять, Артемис! – крикнула капитан подземной полиции. – Или я буду стрелять. Рука у меня не дрогнет, не надейся. На самом деле, я с удовольствием нажму на курок.

 

Элфи включила поляризационный светофильтр шлема буквально за мгновение до взрыва гранаты. Суета вокруг стояла такая, что даже эта простая операция потребовала напряжения внимания. Брезент хлопал на ветру, гномы расстегивали задние клапаны, а еще она заметила краем глаза, что Фаул пытается сбежать сквозь разрез, который непонятно откуда появился в ткани палатки.

Капитан Малой не могла допустить, чтобы зловредный вершок скрылся. На этот раз она получит ордер и навсегда сотрет все воспоминания о волшебном народце из памяти этого ирландского мальчишки.

Она закрыла глаза, на тот случай, если световым импульсам удастся проникнуть сквозь фильтр, и стала ждать взрыва. От вспышки палатка стала похожей на абажур лампы. Некоторые особенно слабые швы разошлись, и небо озарилось светом, похожим на лучи зенитных прожекторов. Когда Элфи открыла глаза, гномы валялись без чувств на земляном полу палатки. Особенно не повезло Сергею, которого угораздило вылезти из туннеля как раз в момент вспышки. Элфи нащупала на ремне шприц. В шприце находились заполненные снотворным крошечные капсулы системы слежения. Если капсулы попали в кровеносную систему подземного жителя, его можно было отыскать в любой точке мира и при желании лишить сознания. Это намного облегчало выслеживание беглецов. Элфи быстро нашла в складках брезента всех шестерых гномов, сделала инъекции и поползла к выходу из палатки. Теперь Сергея и его банду можно будет арестовать в любой момент. А капитану Малой ничто не мешало посвятить все свои силы преследованию Артемиса Фаула.

Она едва не сломала уши о брезент, его удерживали лишь небольшие, заполненные воздухом пустоты. Пора было выбираться, пока он окончательно не прижал ее к земле. Элфи включила механические крылья, создав своего рода личную аэродинамическую трубу, и, отталкиваясь ногами от земли, вылетела наружу.


Артемис как раз собирался уходить – вместе со своим верным телохранителем Дво-рецки.

– Стоять, Артемис! – крикнула Элфи. – Или я буду стрелять. Рука у меня не дрогнет, не надейся. На самом деле, я с удовольствием нажму на курок.

Это был воинственный окрик, полный бравады и уверенности в своих силах. На самом деле, Элфи в данный момент многое бы отдала, чтобы чувствовать себя уверенной и преисполненной мужества, но все, на что она была сейчас способна, – чтобы голос ее звучал так, будто она рвется в бой. Артемис медленно обернулся.

– А, капитан Малой… Неважно выглядите. Возможно, вам следует обратиться за помощью к врачу.

Элфи знала, что выглядит ужасно. Она чувствовала, как магия пытается залечить ее помятые ребра, а в глазах все еще рябило от просочившихся сквозь фильтр лучей све-тошумовой гранаты.

– Со мной все в порядке, Фаул. Но в любом случае, компьютер моего шлема может привести в действие пистолет в автоматическом режиме.

Дворецки сделал шаг в сторону, увеличив разброс целей. Он знал, что Элфи будет вынуждена первый выстрел сделать в него.

– Зря стараешься, Дворецки, – сказала она. – Я могу сначала подстрелить тебя, а потом, не торопясь, заняться мальчишкой.

Артемис хмыкнул.

– У вас не хватит на это времени. Скоро здесь появятся цирковые униформисты, а за ними буквально через несколько секунд последуют все зрители. Пятьсот человек, которым не терпится посмотреть, что здесь происходит.

– Ну и что? Я включу защитный экран.

– Именно поэтому вам не удастся задержать меня. Впрочем, мне кажется, что я не нарушил ни единого закона волшебного народца. Тиару я украл у людей. Уверен, Корпус не станет ввязываться во внутренние юридические дела человечества. А за преступления, совершенные подземными жителями, меня привлечь к ответственности нельзя.

Элфи из последних сил сдерживала дрожь в руке, державшей винтовку. Артемис был прав. Он не совершил решительно ничего, что угрожало бы существованию волшебного народца. А крики зрителей становились все громче.

– Элфи, вы и сами отлично понимаете, что вынуждены меня отпустить.

– А как быть с гномом?

– С каким гномом? – с невинным видом спросил Артемис.

– Седьмым. Их было семеро.

Артемис сосчитал на пальцах.

– Шестеро, как мне кажется. Только шестеро. Быть может, в этой неразберихе…

Элфи нахмурилась за щитком шлема. Она должна была спасти хоть что-нибудь.

– Отдай мне тиару. И шлем.

Артемис толкнул ей шлем по земле.

– Шлем – пожалуйста. А тиара – моя.

– Отдай ее мне, – отчеканила Элфи, пытаясь заставить мальчишку уразуметь, что перед ним представитель власти. – Отдай, или я подстрелю вас обоих и разбираться будете с Эрихом Штерном.

Артемис едва не улыбнулся.

– Поздравляю, Элфи. Мастерский ход. – Он достал из кармана тиару и бросил ее офицеру Корпуса. – Теперь вы сможете доложить о том, что разогнали банду гномов, занимавшуюся кражей драгоценностей, и нашли похищенную тиару. Не сомневаюсь, получите пучок перьев на шляпу.

Люди приближались. От топота их ног дрожала земля.

Элфи перевела крылья в режим парения.

– Мы еще встретимся, Артемис Фаул, – сказала она, взмывая в воздух.

– Я знаю, – ответил Артемис – Буду ждать с нетерпением.

 

Он говорил правду. Он действительно хотел, чтобы встреча произошла.

Артемис проводил взглядом исчезавшую в ночном небе богиню возмездия. Элфи исчезла из видимого спектра за миг до того, как из-за угла появилась толпа. От эльфий-ки остался только усеянный звездами силуэт.

«Она действительно умеет сделать развитие событий почти непредсказуемым, – думал Артемис, сжимая в кулаке камень. – Интересно, она заметит подмену? Догадается внимательно рассмотреть голубой бриллиант? Заметит ли, что он выглядит несколько маслянистым?»

Дворецки похлопал его по плечу.

– Пора уходить, – сказал гигант.

Артемис кивнул, Дворецки, как всегда, был прав. Мальчику было почти жаль Сергея и его Всемогущих. Они будут считать, что находятся в полной безопасности, пока их не накроет отряд Быстрого реагирования.

Дворецки обнял хозяина за плечи и повел в темноту. Через несколько шагов они растворились в темноте. Дворецки обладал удивительным даром буквально везде находить тень, чтобы спрятаться от чужих глаз. Артемис в последний раз посмотрел на небо. «Где сейчас капитан Малой?» – гадал он. В мыслях она всегда будет рядом, за спиной, будет ждать, когда он совершит ошибку.