Глава 6. И в харчевню вошел гном

 

Гавань, Нижние Уровни

Мульч Рытвинг шагал по Базарному району Гавани и с каждым шагом чувствовал себя все лучше.

Базарный район считался неблагополучным и опасным, насколько мог быть неблагополучным район с двумя сотнями камер слежения и постоянным полицейским постом на перекрестке. Впрочем, несмотря на все эти меры, на одного законопослушного жителя здесь приходилось восемь правонарушителей.

«Здесь живут родственные мне души, – думал Мульч. – По крайней мере, они были родственными, пока я не связался с Элфи». Не то чтобы Мульч жалел об этом, просто иногда он тосковал по прежним временам. Было что-то в воровстве, что заставляло его сердце петь. Трепетное предвкушение момента кражи, эйфория от легких денег…

«Не забывай о неотвратимости заключения, – напомнила ему прагматичная часть рассудка. – И об одиночестве жизни в постоянных бегах».

Что верно, то верно. Преступная жизнь отнюдь не всегда была праздником. У нее имелась пара мелких недостатков, таких как страх, боль и возможность бесславно умереть. Но Рытвингу удавалось избегать их очень долго, до того дня, когда майор Джулиус Крут пал жертвой преступника (точнее, преступницы). До этого убийства вся жизнь Мульча была увлекательной игрой. Джулиус был кошкой, а он – неуловимой мышкой. Но Джулиус погиб, и теперь возвращение к преступной жизни было бы надругательством над посмертной славой майора.

«И именно поэтому мне так нравится моя новая работа, – самодовольно постановил Мульч. – Я вынужден в тайне от Подземной полиции якшаться с известными преступниками».

Он смотрел ток-шоу, когда в приемную Восьмого отдела легким галопом влетел Жеребкинс. Честно говоря, Жеребкинс Мульчу нравился. Да, конечно, они доводили друг друга до белого каления при каждой встрече, зато это не давало им расслабиться, добавляло жизни остроты.

На этот раз времени на дурачества не было, и Жеребкинс быстро обрисовал сложившуюся на поверхности ситуацию. У них был план, но успех его выполнения зависел от того, удастся ли Мульчу разыскать контрабандиста-пикси Штуку Фарта и доставить его в Восьмой отдел.

– Это не так просто сделать, как кажется, – заметил Мульч. – Когда я в последний раз видел Штуку, он соскабливал с башмаков застывшую гномью слюну. Он явно не испытывает ко мне расположения, поэтому я должен чем-то его заинтересовать.

– Скажи этому пикси, что с него будут сняты все обвинения, если он нам поможет. Я лично войду в систему и уничтожу все записи о его преступлениях.

Мульч удивленно поднял косматые брови.

– Это настолько важно?

– Настолько.

– Я спас этот город, – обиженно проворчал гном. – Дважды! И никто не уничтожил мое досье. А этому пикси достаточно принять участие в одной несложной операции, и все, он свободен! А мне что остается? Только наблюдать, как вы исполняете прихоти других?

Жеребкинс нетерпеливо стукнул копытом.

– Тебе остается получить чрезмерно высокий гонорар. Как бы то ни было, займись этим. Ты сумеешь выследить мистера Фарта?

Мульч присвистнул.

– Это будет дьявольски сложно. Он наверняка залег на дно после того, что произошло с ним утром. Но я тоже не вчера родился. Я справлюсь.

Жеребкинс сердито посмотрел на него.

– За это тебе платят сумасшедшие деньги.

В самом деле, найти Штуку Фарта было вовсе не так сложно, как пытался преподнести Мульч, – прежде чем попрощаться с контрабандистом, Мульч незаметно сунул ему в башмак капсулу слежения.

Эти капсулы подарил им Жеребкинс. Он часто передавал Элфи ненужное оборудование, чтобы удерживать агентство на плаву. Капсулы были изготовлены из подвергнутого термической обработке липкого геля, который начинал плавиться, стоило его только извлечь из защищенной фольгой упаковки. Гель прилипал к любой поверхности и мгновенно принимал ее цвет. Внутри находился крошечный передатчик, который мог излучать абсолютно безвредный сигнал в течение пяти лет. Система слежения не отличалась сложностью. Каждая капсула оставляла отпечаток на своей упаковке, который начинал светиться при обнаружении сигнала. Чем ближе находилась капсула, тем ярче светился отпечаток. «Защита от дурака», – язвительно заметила Элфи, выдавая капсулу Мульчу.

И капсула ему пригодилась. Буквально через десять минут после того, как гном покинул Восьмой отдел, он обнаружил Штуку Фарта в Базарном районе. Гном полагал, что преступник находится от него в радиусе двадцати метров. Наиболее вероятным местом была рыбная харчевня на противоположной стороне улицы. Пикси – большие любители морепродуктов. Но особенно они любят ракообразных, а среди них – омаров. Именно поэтому услуги Фарта как контрабандиста всегда пользовались большим спросом. Мульч пересек улицу, придал лицу устрашающее выражение и ввалился в харчевню «Счастливая устрица», словно был владельцем заведения.

Это было дешевое заведение. Дощатый пол не отличался чистотой, сильно воняло макрелью недельной свежести. Тот, кто написал меню прямо на стене, очевидно, воспользовался рыбьей кровью вместо чернил. Единственный посетитель мирно посапывал, упав лицом в блюдо с густой похлебкой.

Официант-пикси злобно посмотрел на Мульча из-за стойки высотой по колено.

– Бар для гномов – дальше по улице, – прошипел он.

Мульч обнажил в улыбке свои внушительные зубы.

– Фу, как негостеприимно! А вдруг я – выгодный клиент?

– Вряд ли, – парировал официант. – Никогда не встречал гнома, который расплатился бы по счету.

Его можно было понять. Все гномы по природе скряги.

– Ну ладно, догадливый ты мой, я и впрямь не клиент. Просто ищу кое-кого.

Официант обвел взглядом пустой зал харчевни.

– Его здесь нет, если ты его до сих пор не увидел.