Глава 7. Два плюс два

 

Полис-Плаза

Начальственный палец Крута был устремлен прямо на Элфи.

– Мои поздравления, капитан. Ты в очередной раз умудрилась потерять технику, принадлежащую Легиону.

Однако у Элфи уже был готов ответ.

– Это не совсем моя вина, сэр. Тот вершок находился под действием гипнотических чар, а вы сами приказали мне не покидать шаттл. Так что контролировать ситуацию я не могла.

– Прямо в точку, – встрял Жеребкинс. – Отличный ответ. Кроме того, беспокоиться не о чем. В «Спаси и сохрани» встроено устройство самоуничтожения – как и в любой другой прибор, предназначающийся для использования в боевой обстановке.

– Замолчи, гражданский! – рявкнул майор.

Однако в окрике майора не было злости. Сейчас он испытывал облегчение, как, впрочем, и все остальные. Угроза человеческого вторжения была отведена, и даже удалось обойтись без крови.

Они сидели сейчас в зале для совещаний, где обычно заседали всякие гражданские комитеты. Как правило, все важные встречи проводились в оперативном центре Легиона, но майор Крут пока не готов был пригласить Артемиса Фаула в нервный центр обороны подземного мира.

Крут ударил по кнопке переговорного устройства.

– Эй, Труба, ты там?

– Так точно, сэр.

– Отлично. Значит, слушай. Чрезвычайное положение можно отменять. Но пошли несколько отрядов в окрестные туннели, посмотри, может, удастся отловить какую-нибудь шайку гоблинов. Многое еще остается непонятным. К примеру, кто направляет работу Б’ва Келл и зачем все это нужно.

Артемис знал, что в данной ситуации ему лучше молчать. Чем быстрее будет выполнена его часть сделки, тем быстрее он окажется в России. Однако от этого парижского сценария дурно пахло.

– А никто из вас не заметил, что все прошло слишком уж гладко? – спросил он. – Обратите внимание, все вы хотели, чтобы дело закончилось именно таким образом. Нет вершка – нет проблемы. А что, если наверху действует еще один агент гоблинов?

Круту совсем не хотелось выслушивать наставления от какого-то мальчишки. Особенно от Артемиса Фаула.

– Послушай, Фаул. Ты сделал все, о чем тебя просили. Парижская агентура гоблинов уничтожена. И этот канал контрабанды, смею тебя заверить, надежно перекрыт. На самом деле, мы усилили охрану всех шахт, как рабочих, так и не рабочих. Самое важное, что вершки по-прежнему даже не подозревают о существовании волшебного народца. Позднее мы проведем тщательное расследование на предмет того, кто торговал с людьми и как, но это уже внутренняя проблема. Так что не перенапрягай свою молодую головку. Подожди, пока борода вырастет.

Прежде чем Артемис успел ответить, в разговор вмешался Жеребкинс.

– Кстати, о России, – сказал он, поспешив встать между Артемисом и майором. – Мне удалось кое-что выяснить.

– Ты отследил электронную почту? – Внимание Артемиса мгновенно переключилось на кентавра.

– Именно, – подтвердил Жеребкинс, тут же переходя на менторский тон.

– Но в письме был вирус, оно сразу разрушилось.

Жеребкинс расхохотался.

– Вирус? Не смеши меня, мальчик. Следы остаются всегда. Тем более что вы до сих пор пользуетесь проводами. Если сообщение было послано, я могу его отследить.

– И куда ведет след?

– У каждого компьютера есть своя подпись, уникальная, как отпечатки пальцев, – продолжил Жеребкинс. – Есть такая подпись и у сетей. Провода стареют и оставляют микроследы. Все на свете состоит из молекул, а вы впихиваете в тонюсенький кабель гигабайты данных – естественно, со временем он изнашивается. Что это означает?

Дворецки уже начинал терять терпение.

– Послушай-ка, Жеребкинс! – рявкнул он. – Время дорого. На чаше весов жизнь мистера Фаула. Так что переходи к сути, пока я тебе что-нибудь не сломал.

Кентавр хотел рассмеяться. Этот человек явно пытался пошутить. Но потом Жеребкинс вдруг вспомнил, как лихо Дворецки расправился со спецназовцами Трубы Келпа, и решил сразу перейти к сути.

– Хорошо, вершок, хорошо. Ты, главное, не волнуйся.

Но сначала еще немножко объяснений…

– Я исследовал видеофайл, хранящийся в вашем ноутбуке. И обнаружил, что этот MPEG пришел к вам с севера России. Уран, знаете ли, оставляет очень четкий след.

– С севера России? Правда? Ой, ну надо же! А мы и не знали! – всплеснул руками Дворецки.