Глава 9. Кентавр отпущения

Оперативный центр

Жеребкинс очнулся от боли, что было для него необычно. Он не мог даже припомнить, когда последний раз испытывал подобные страдания. Да, колкие замечания майора Крута порой глубоко ранили его, но физической боли он старался избегать – насколько это было возможно.

Кентавр лежал на полу оперативного центра посреди обломков своего кресла.

– Дубин… – прорычал он, и за этим именем последовала двухминутная речь, состоящая сплошь из непечатных выражений.

Наконец излив гнев, Жеребкинс, пошатываясь, поднялся со своего знаменитого плазменного пола и попытался оценить ситуацию. Круп его был опален, причем больше всего досталось самой важной, задней части, на которой появились две здоровенные проплешины. А ведь именно на эту часть в первую очередь обращает внимание любая потенциальная подруга. В общем, на какое-то время о ночных клубах можно было забыть. Хотя Жеребкинс никогда не слыл хорошим танцором. Но двигать копытами каждый дурак может, правда? Мозгами шевелить куда труднее…

Дверь в оперативный центр была закрыта. Как говорится, даже гному не пролезть. Жеребкинс ввел код входа-выхода: «Жеребкинс. Двери».

Компьютер не ответил.

Он попробовал прибегнуть к голосовому управлению:

– Жеребкинс. Один, два, один, снять блокировку дверей.

Никакого ответа. Он был заперт. Стал пленником собственных устройств безопасности. Даже окна были затемнены. Заперт изнутри и снаружи. Ничего не работало.

Впрочем, тут он был не совсем точен. Работало как раз все, но его драгоценные машины не реагировали на команды своего хозяина. И Жеребкинс прекрасно знал, что из центра невозможно выйти, не получив доступа к главному компьютеру.

Жеребкинс сорвал с головы шапочку из фольги и яростно скомкал ее.

– Даже ты меня предала, – проворчал он, швыряя шапочку в устройство для переработки отходов.

Устройство должно было определить химический состав выброшенного мусора и переправить его в соответствующий контейнер.

На стене ожил плазменный экран, и на нем появилось прелестное лицо Опал Кобой. Кентавру давненько не доводилось видеть такой широкой улыбки.

– Привет, Жеребкинс. Как поживаешь?

Жеребкинс тоже улыбнулся, правда не так широко.

– Опал? Какими судьбами?! Как поживает твой папенька?

Все знали, что Опал некогда обанкротила фирму отца. Это была легенда среди бизнесменов подземного мира.

– С ним все хорошо, спасибо. «Заоблачный дом» – отличная психушка.

Жеребкинс решил попробовать прибегнуть к искренности. Этим инструментом он пользовался не часто, но сейчас стоило рискнуть.

– Опал, ты сама подумай, что ты делаешь. Дубин совсем обезумел, неужели ты не видишь? Получив то, что ему нужно, он избавится от тебя!

Но в ответ пикси кокетливо покачала идеально отлакированным ноготком.

– О нет, Жеребкинс, ты ошибаешься. Я нужна Шипсу. Действительно нужна. Он не смог бы ничего добиться без меня и моего золота.

Кентавр посмотрел прямо в глаза Опал. Пикси действительно верила в то, что говорила. Ну конечно, она же гений, а стало быть, не может ошибаться.

– Я знаю, почему ты так поступаешь, Опал.

– Правда?

– Ты до сих пор завидуешь, что университетская медаль за научные достижения досталась мне, а не тебе.

На секунду Опал лишилась самообладания, и ее лицо разом утратило свою привлекательность.

– Да, это я должна была получить ту медаль, глупый кентавр! Мои крылья куда лучше твоей глазной видеокамеры! Но победил ты. А знаешь почему? Потому что все награды всегда достаются вам, самцам!

Жеребкинс удовлетворенно улыбнулся. Даже в таких неблагоприятных обстоятельствах он не мог упустить возможности поиздеваться над противником.

– Что ты хочешь, Опал? Или решила просто поболтать о старых добрых временах, когда мы учились в университете?

Опал поднесла хрустальный бокал к губам и сделала большой глоток.

– Я решила сказать тебе, Жеребкинс, что слежу за тобой – чтобы у тебя не возникало никаких иллюзий. А еще я хотела продемонстрировать тебе, что происходит в центре города. Кстати, этот репортаж ведется в реальном времени, его снимают ваши же полицейские камеры, а Шипс сейчас доказывает Совету, что именно ты организовал беспорядки. Приятного просмотра.

Лицо Опал исчезло, вместо него появился вид центральной части Гавани, района рядом со «Спадучим торговым центром Спада». Обычно эта местность буквально кишела туристическими парочками, приехавшими сюда из Атлантиды и просто обожающими фотографироваться на фоне фонтана. Сегодня туристов тут не было, потому что площадь превратилась в настоящее поле боя. Б’ва Келл развязала открытую войну против полиции, и, судя по всему, бой был неравным. Гоблины палили из «тупорылов», однако никто из стражей порядка не отстреливался. Полицейские лишь перебегали от укрытия к укрытию и медленно, но верно отступали.

У Жеребкинса отвисла челюсть. Это настоящая катастрофа. И во всем обвинят именно его. Впрочем, козлов отпущения редко когда оставляют в живых – они же могут предъявить доказательства своей невиновности. Нужно немедленно сообщить о происходящем Элфи, иначе очень скоро всему волшебному народцу придет конец.