Глава 1. Эспрессо и патока templates/cf

Артемис сложил пальцы за спиной в замок.

– Я с вами не знаком, доктор. Будьте так любезны, опишите симптомы моей матери.

Доктор раздраженно выдохнул. – Хорошо, молодой человек, но знайте, я не привык общаться с детьми и не даю ложных надежд.

У Артемиса внезапно пересохло в горле.

– Симптомы вашей матери, возможно, уникальны, – сказал доктор Шелк. – Все, что я могу сообщить, что ее органы разрушаются.

– Какие органы?

– Все, – сказал доктор. – Мне нужно перевести сюда оборудование из моей лаборатории в Университете. Очевидно, что вашу мать перевозить небезопасно. Моя ассистентка, Имоджен, мисс Бук, посмотрит за ней до моего возвращения. Мисс Бук не только хороший секретарь, но и отличная медсестра, хорошее сочетание, не правда ли?

Боковым зрением Артемис видел суетливые движения мисс Бук, она что-то записывала в своем КПК. Эта медсестра-секретарь не вызывала у него доверия, а этому человеку он собирался доверить свою мать.

– Все органы моей матери поражены? Абсолютно все?

Шолк не имел привычки повторяться. – Это мне напоминает волчанку, но более агрессивное течение, чем обычно, в сочетании с тремя стадиями болезни Лайма. Подобные симптомы я видел у одного Амазонского племени, но не такие серьезные. При таких условиях вашей матери осталось жить несколько дней. Откровенно говоря, я даже сомневаюсь, что мы успеем провести все тесты. Что бы вылечить ее нам нужно чудо, но, учитывая мой огромный опыт, я могу сказать, что чудес не бывает.

– Возможно и бывают, – рассеяно сказал Артемис.

Шелк поднял свой саквояж.- Доверьтесь науке, молодой человек. Она послужит вашей матери лучше, чем какие-то чудеса.

Артемис проследил за тем, как доктор сделал дюжину шагов в сторону своего старинного Мерседес Бенца. Автомобиль был серым, как грозовые тучи.

«Нет времени на науку», – подумал молодой ирландец. – «Магия – мое спасение»

Когда Артемис вернулся, он увидел своего отца, сидящего на ковре, и Беккет ползал по нему как обезьяна.

– Теперь я могу увидеть Мать? – спросил Артемис.

– Да, конечно, – промолвил Артемис старший.- Можешь сходить посмотреть симптомы, чтобы знать, что искать.

– Искать? – задумался Артемис. – Видимо впереди тяжелые времена.

Огромный телохранитель Артемиса, Дворецки, стоял у подножия лестницы в полной броне для Кэндо, защитная маска помялась после его занятий.

– Я занимался самбо, был в спарринге с самим собой, – объяснил он. – Ваш отец отослал мне сообщение, что я нужен немедленно. Что случилось?

– Это мама, – сказал Артемис, – Она серьезно больна. Я собираюсь посмотреть, что я могу сделать.

Дворецки поспешно шел за господином, гремя бамбуковыми планками.

– Будьте осторожным сэр. Магия это не наука. Вы не можете управлять ею, смотрите, как бы матери не стало хуже.

Артемис поднялся вверх по большой и широкой лестнице. Подойдя к спальне матери, он остановился, как вкопанный.

– Я боюсь, что хуже уже быть не может, – сказал он.

Артемис оставил телохранителя за дверью, что бы тот мог избавиться от хон-нури: шлема и нагрудника. Под броней он был одет в тренировочный костюм, вместо привычных брюк. Грудь была мокрой от пота, но Дворецки проигнорировал свое желание пойти в душ. Оставшись стоять под дверью, он старался не подслушивать.

Дворецки был вторым человеком, полностью посвященным во все волшебные авантюры Артемиса. Но Артемис совершил путешествие во времени в Затерянный мир и изменился после него. Теперь один его глаз стал коричневым, своего рода подарок взамен его собственного голубого. Во время путешествия Артемис украл у эльфа пару крупиц магии, атомы которой смешались с его атомами в потоке времени. После возвращения из Затерянного мира Артемис наложил на родителей волшебный гипноз, чтобы они не задумывались об его отсутствии в течение последних нескольких лет. Это был не очень изощренный план, поскольку его исчезновение произвело сенсацию в мире и Фаулы наняли детективов, чтобы найти его. Но пока Артемис не смог получить у ЛеППРЕКОНа оборудование, стирающее память или придумать что-нибудь подобное сам, этого должно было хватить. Он внушил родителям, если их спросят о нем, они должны будут просто заявить, что-нибудь вроде этого: «Это семейная тайна. Уважайте нашу личную жизнь».

«Артемис – человек с волшебными способностями», – подумал Дворецки. – «Единственный в мире».

Теперь он собирался использовать свою магию, что бы излечить мать. Это была опасная игра, магия не была свойственна ему от рождения, не являлась его естественной частью. Мальчик вполне мог стереть часть симптомов и заменить их другими.

Артемис медленно вошел в спальню родителей. Близнецы бывали здесь в любое время дня и ночи, прыгая сразу на кровать под балдахином чтобы побороться с матерью или отцом, но Артемис никогда не испытывал этого. В его детстве были только строгость и дисциплина.