Глава 5. Знакомство с соседями

 

Шахта Е37, Нижние Уровни

Жеребкинс не верил собственным глазам. Глаза исправно посылали информацию в мозг, но мозг отказывался принимать её. Потому что иначе Жеребкинс должен был бы признать, что его лучший друг, Элфи Малой, застрелила своего командира и пыталась сбежать на поверхность. Такое было абсолютно невозможно, хотя некоторые и пытались отрицать этот факт.

Технический шаттл кентавра был реквизирован отделом внутренних расследований. Операция относилась к юрисдикции этого отдела, так как в совершении преступления подозревался офицер полиции. Всех полицейских удалили из шаттла, а Жеребкинсу позволили остаться только потому, что он один мог управлять аппаратурой наблюдения.

Руководил операцией гном Арк Сул, который обычно ловил перешедших грань закона офицеров полиции Нижних Уровней. Сул был высоким для гнома и напоминал жирафа в шкуре бабуина. Его тёмные волосы были зачёсаны назад, а на пальцах и в ушах не было никаких золотых украшений, так любимых в некоторых гномьих семьях. Арк Сул был старшим по званию офицером в отделе внутренних расследований и свято верил в то, что полиция Нижних Уровней представляет собой толпу сорвавшихся с цепи хулиганов под предводительством не подчиняющегося никаким приказам командира. Теперь командир был мёртв – пал от руки самой отчаянной хулиганки. Элфи Малой с трудом удалось уйти от ответственности в двух предыдущих случаях. На этот раз ей не избежать наказания.

– Кентавр, – приказал Сул, постучав тростью по столу, чем вызвал немалое раздражение Жеребкинса, – проиграй видео ещё раз.

– Сколько можно смотреть одно и то же? – попытался возразить Жеребкинс. – Не вижу смысла…

Сул заставил его замолчать взглядом налитых кровью глаз.

– Не видишь смысла? Кентавр не видит смысла? Я не считаю это важным членом сложившегося уравнения. Ты, мистер Жеребкинс, находишься здесь, чтобы нажимать на кнопки, а не высказывать собственное мнение. Майор Крут слишком много внимания уделял твоему мнению – и полюбуйся, к чему это привело!

Жеребкинс проглотил не менее дюжины язвительных ответов, уже готовых сорваться с языка. Если его отстранят от операции, он ничем не сможет помочь Элфи.

– Проиграть видео? Есть, сэр. Жеребкинс запустил видеозапись из Е37.

Запись была убийственной. Вот Джулиус и Элфи склонились над генералом Кривцом. Они выглядели крайне возбуждёнными. Затем по какой-то причине, совершенно необъяснимой, Элфи выстрелила в своего командира, судя по всему, зажигательной пулей. В этот момент передача видеосигнала с обоих шлемов прекратилась.

– Отмотай назад секунд на двадцать, – приказал Сул, наклонившись к монитору, и ткнул тростью в плазменный экран. – А это что такое?

– Поаккуратней с тростью, – сказал Жеребкинс. – Эти экраны – очень дорогие. Я заказываю их в Атлантиде.

– Отвечай на вопрос, кентавр. Что это такое? – Сул дважды ткнул тростью в экран, чтобы продемонстрировать, насколько ему наплевать на игрушки Жеребкинса.

Командир отдела внутренних расследований показывал на едва заметное свечение на груди Крута.

– Я не совсем уверен, – произнёс Жеребкинс – Возможно, тепловое искажение или неисправность аппаратуры. Может быть, просто глюк. Я должен кое-что проверить.

Сул кивнул.

– Проверяй, хотя я не уверен, что ты найдёшь что-нибудь новенькое. Малой – обычная преступница. Всегда была такой. В прошлый раз ей удалось улизнуть от меня, но на этот раз её песенка спета.

Жеребкинс знал, что должен прикусить язык, но промолчать и не сказать ни слова в защиту друга он тоже не мог.

– Не слишком ли много совпадений? Сначала мы потеряли звук, поэтому не знаем, что они говорили. Потом возникло это расплывчатое пятно, которое может быть чем угодно, и на основании всего этого мы должны поверить, что награждённый многими орденами и медалями офицер ни с того ни с сего застрелил своего командира, который был ей как отец?

– Я понимаю, что ты имеешь в виду, Жеребкинс, – вкрадчиво произнёс Сул. – Хорошо понимаю. Приятно узнать, что ты способен мыслить логически. Но каждый должен заниматься своим делом. Ты будешь создавать механизмы, а я буду ими управлять. Возьмём, например, эти новые «Нейтрино», которыми вооружены наши полевые офицеры.

– А они здесь при чем? – с подозрением в голосе спросил Жеребкинс.

– Каждому офицеру приписано своё оружие, я прав? Никто другой не может им воспользоваться. Каждый выстрел регистрируется, верно?

– Верно, – согласился Жеребкинс, прекрасно понимая, к чему клонит гном.

Сул размахивал тростью, как дирижёрской палочкой.

– Значит, нам остаётся только проверить регистрацию оружия Малой и убедиться в том, что в указанный на видеозаписи момент ею был произведён выстрел. Если выстрел был произведён, значит, запись соответствует действительности, и Элфи Малой действительно застрелила своего командира, независимо от того, что мы слышали или не могли слышать.

Жеребкинс заскрежетал лошадиными зубами. Конечно, предложение Сула было разумным. Он сам подумал об этом ещё полчаса назад и прекрасно знал, что выявит просмотр файла. Тем не менее он вызвал на экран файл оружия Элфи и прочёл соответствующую строку: