Глава 8. Разумные слова

Артемис покрутил диск между большим и указательным пальцем. С точки зрения психологии, вставить диск в компьютер – значит, признать, что происходящее не является галлюцинацией. Если же на самом деле он, Артемис Фаул, находится во власти разыгравшегося воображения, то такой шаг только осложнит его проблемы с психикой. Однако если он не станет рисковать, может развязаться война между видами. Столкновение между миром людей и миром волшебного народца.

«Как на моем месте поступил бы отец?» – задал себе вопрос Артемис.

Он вставил диск в компьютер.

На рабочем столе появились два файла, отмеченные трехмерными анимационными иконками, которые явно совсем недавно были добавлены в операционную систему компьютера. Там же появились два ярлыка с названиями файлов на английском и гномьем языке. Артемис выделил свой файл, коснувшись пальцем его иконки на прозрачном покрытии экрана. Иконка стала оранжевой и засветилась, потом развернулась во весь экран. Артемис увидел самого себя за столом в кабинете особняка Фаулов.

– Приветствую тебя, – сказал Артемис с экрана. – Очень рад, что ты меня видишь. Несомневаюсь, какое-то время ты не слышал разумных слов.

Настоящий Артемис улыбнулся.

– Правильно.

– Я специально выдержал паузу, чтобы дать тебе возможность ответить, – сказал экранный Артемис, – и поддержать разговор. Больше пауз не будет, так как время весьма ограничено. Капитан Малой сейчас находится внизу, разговаривает с Джульеттой, но с минуты на минуту, без сомнения, поднимется навестить меня. Скоро мы вылетаем в Чикаго, чтобы разобраться с мистером Ионом Спиро, который кое-что у меня украл. Помощь волшебного народца заключается в том, что у меня потом сотрут память. Все воспоминания о подземных жителях будут стёрты безвозвратно, если, конечно, я не оставлю сообщение самому себе, чтобы в будущем стимулировать восстановление памяти. Вот это сообщение. Следующие видеозаписи иллюстрируют мою связь с волшебным народцем. Надеюсь, эта информация заставит работать клетки моего гениального мозга.

Артемис потёр лоб. В памяти все ещё возникали расплывчатые загадочные образы.

Судя по всему, мозг был готов заставить клетки работать. Осталось только найти нужный стимул.

– В заключение, – сказал Артемис с экрана, – я хотел бы пожелать тебе, то есть себе, удачи. С возвращением!

Следующий час пролетел как одно мгновение. Возникавшие на экране образы занимали свободное пространство в сознании Артемиса. Каждое воспоминание не вызывало сомнений, стоило только Артемису его проанализировать.

«Конечно, – думал он, – это все объясняет. Я вставил в глаза зеркальные контактные линзы, чтобы иметь возможность врать подземным жителям и скрыть существование журнала. Я исправил ордер на арест Мульча Рытвинга, чтобы он смог вернуть мне диск. Дворецки выглядит постаревшим, потому что действительно постарел – волшебное исцеление в Лондоне спасло ему жизнь, но добавило пятнадцать лет к его истинному возрасту».

Но были и такие воспоминания, которые не вызывали гордости.

«Я похитил капитана Малой. Заключил её под стражу. Как я мог так поступить?»

Отрицать происходящее бессмысленно. Все – правда. Все, что он видел своими глазами, было на самом деле. Волшебный народец существует, и в течение двух лет Артемис нередко имел с ним дело. Миллионы образов возникали в его сознании, восстанавливали электрические цепи в мозгу. Они мелькали перед глазами, создавая поразительные по красоте картины, от которых захватывало дух. Менее развитый мозг, возможно, был бы истощён таким испытанием, но Артемис был в восторге.

«Теперь я знаю все, – думал он. – Однажды я уже одолел Кобой, одержу победу и на этот раз». Его решимость поддерживалась печалью. «Майор Крут погиб. И виновата в этом Кобой. Если бы не она, Джулиус и теперь бы ещё служил своему народцу».

Артемис знал об этом и раньше, но теперь эти знания наполнились особым смыслом.

Была ещё одна мысль, более настойчивая, чем другие. Она накатывалась на его мозг, как цунами.

«У меня есть друзья? – думал Артемис Фаул И. – Да, теперь у меня есть друзья».

Артемис вышел из санузла другим человеком. Физически он оставался потрёпанным, усталым и побитым, но в сердце был готов ко всему. Если бы на борту шаттла в эту минуту были специалисты по языку жестов, они увидели бы расправленные плечи и открытые ладони и сделали бы вывод, что это (с точки зрения психологии) был более заслуживающий доверия человек, чем тот, что час назад вошёл в туалет.

Шаттл остановился во вспомогательной шахте, подальше от наезженных маршрутов, и его пассажиры собрались за столом в кают-компании. Были открыты и с аппетитом съедены хранившиеся на борту полицейского шаттла сухие пайки. Самая большая гора пакетов из фольги выросла перед Мульчем Рытвингом. Мульч бросил взгляд на Артемиса и мгновенно заметил произошедшие в мальчике перемены.

– Давно пора было привести голову в порядок, – проворчал Мульч, с трудом вставая со стула. – Мне срочно нужно в туалет.

– Я тоже рад тебя видеть, Мульч, – сказал Артемис, подвинувшись, чтобы пропустить гнома.

Элфи не донесла до рта пакет с соком – её рука замерла на полдороге.