3. Второе путешествие во времени

Внутренность шкафа, как увидели ребята, была плотно заполнена деталями. В густом переплетении проводов, казалось, никто и никогда не смог бы разобраться, но Лаэрт Анатольевич, вооружившись отверткой, уверенно вывинчивал винты, переставлял детали с одного места на другое. Не прекращая работы, Изобретатель вдруг вспомнил, что застал кабинет физики вскрытым, нахмурился и спросил:

– А я ведь так и не понял: вы-то здесь зачем? Захотелось самим покататься на машине времени?

Костя Костиков густо покраснел: его и Петра заподозрили в том, что они способны были взломать дверь с такой легкомысленной целью, как покататься на чужой машине времени, подобно тому, как некоторые, бывает, катаются на чужих автомобилях или мотоциклах. Если так, пришла пора всерьез объясниться.

– Лаэрт Анатольевич, – начал Костя, – кататься на машине времени мы не собирались да к тому же и не знаем, как ею управлять. Просто мы хотели забрать ее и припрятать… от вас. Мы же не знали, что вы не смогли сделать ее такой же маленькой, какой она должна быть на самом деле.

У Изобретателя выпала из руки отвертка и покатилась по полу. На его лице было написано невероятное изумление.

– Припрятать от меня? Но я же сам ее построил. Зачем же ее от меня прятать?

Костя вздохнул, толкнул локтем в бок Петра, чтобы пока тот помолчал, и приготовился к долгому разговору.

– Лаэрт Анатольевич, а вы эффект кажущегося не присутствия освоили? – спросил он.

– Да нет, конечно, – поморщился учитель физики. – Но тут не было ни малейшей зацепки. Вот и фонокварелескоп я не смог бы построить, – добавил он с виной в голосе.

– И вы собирались путешествовать во времени? – задал Костя другой вопрос. – Вот так, без эффекта кажущегося не присутствия, чтобы любой мог вас увидеть в двадцать третьем веке или, скажем, в девятнадцатом?

– Конечно, собирался! – ответил Изобретатель. – Раз машина времени построена, значит, надо ее испытать!

– Лаэрт Анатольевич, – сказал Костя, – а вы подумали о том, что общение людей разных эпох может привести к совершенно непредсказуемому изменению в ходе истории? Представьте, что вы принесли преждевременные знания в средние века. Или, наоборот, нахватались бы каких-нибудь научных сведений в двадцать третьем веке и принесли их нам. Вот машину времени вы уже построили, а она для нас совершенно преждевременна, хоть вы и говорили о Ньютоне и Франклине. Человечество должно развиваться естественно, постепенно, без искусственных толчков.

Он замолчал. Ситуация была необычной. Впервые в жизни не учитель учил его, а он учителя. На мгновение Костя представил, что было бы, если б он стал читать нотации классному руководителю Аркадии Львовне…

– Вот мы и решили, что блок хронопереноса надо у вас изъять, – храбро договорил он. – А пока вы построите новый, мы еще что-нибудь придумали бы. Так что вы никогда не смогли бы изменить ход истории!

Изобретатель поднял с пола отвертку и повертел ее в руках. Потом сел на стул и стал смотреть на Костю и Петю. Лицо у Лаэрта Анатольевича было теперь каким-то совершенно новым, незнакомым; таким они никогда его прежде не видели.

– Ребята, – сказал наконец учитель растроганно, – да вы просто молодцы, если подумали об этом. Но я ведь тоже умею размышлять. Как любой человек, увлекающийся техникой, я очень люблю фантастику, где часто возникают ситуации, о которых ты, Костя, сейчас говорил. И я полностью отдаю себе отчет в том, что прямое общение людей двух эпох может привести к непредсказуемому повороту в ходе истории, так что у меня и в мыслях не было вступать с кем-нибудь в контакт в том или ином времени.

– Но вы же собирались в будущее? – выдавил из себя Костя.

– Только для того, чтобы испытать построенную машину. Ну и, конечно, любопытно посмотреть, что там будет дальше. Пусть я буду виден и одет для будущего старомодно, но в конце концов и у нас сейчас можно увидеть людей, одетых так, как одевались лет пятьдесят назад. Я полностью отдаю себе отчет в том, что сейчас машина времени для человечества преждевременна, и вовсе не собираюсь пускать ее в серийное производство. В данном случае меня привлекла лишь представившаяся возможность проверить себя: сумею или нет решить интересную техническую задачу – восстановить конструкцию по обрывку схемы. Вроде сумел, и теперь надо ее испытать. Более того, я решил конструкцию по-своему. Бренк и Златко носили блок хронопереноса с собой, а моя машина, оставаясь на месте, отправляет меня в ту или иную эпоху на определенное время, а потом автоматически возвращает назад. А, закончив испытания, я скорее всего разобрал бы машину времени, раз она преждевременна. В конце концов это чье-то чужое изобретение, а у меня множество собственных идей.