4. Дочь Брадуфила

Костя открыл глаза, когда где-то рядом раздался лязг металла.

Он увидел стены, обитые мягкой кожей, низкий потолок с плафоном тусклого света, массивную дверь с крошечным зарешеченным окошечком.

Металлический лязг доносился с той стороны двери. Костя понял, что кто-то снаружи снимает засов и сел.

Выяснилось, что он лежал прямо на полу, но пол оказался мягким, как подушки дивана, и теплым.

Голова была на удивление ясной и свежей, а на душе чувствовалась поразительная бодрость.

Но тут Костя понял, что и на руках, и на ногах у него очень легкие, но, видимо, очень прочные металлические оковы. Движения они не очень связывали, но все же с роботами в них уже не повоюешь.

Однако, что такое оковы для человека с удесятеренными силами? Костя потянул цепь на руках и, конечно, она подалась, готовая вот-вот лопнуть. Но Костя спохватился. Оковы можно разорвать в любой момент. Не лучше ли сначала, усыпив бдительность тех, кто захватил их в плен, выяснить обстановку? А начать новый бунт никогда не поздно.

Рядом приподнялся, протирая глаза Петр. Первое, что он хотел сделать, это, конечно, освободиться от металлических оков, но Костя его удержал.

Петр все понял и усмехнулся:

— Ладно, давай с этим подождем! Но обстановку и выяснять нечего! Мы под замком! Нас захватили в плен и, скорее всего, отвезут в какую-нибудь далекую Галактику.

— Ну и удружил нам Галакспол этими подарками! — в сердцах молвил Костя. — Вот теперь пускай разыскивает нас по всем звездным системам, раз он Галакспол!

Железная дверь противно заскрипела и стала отворяться. Костя и Петр замерли, ожидая, что будет дальше. Петр машинально провел рукой по поясу, удесятеряющему силу.

Распахнувшаяся дверь пропустила одного за другим пятерых неизвестных. Все были в одинаковых черных плащах, спускающихся до самого пола и скрывающих фигуры.

Но лица были открыты, и лица были точь-в-точь, как у землян. Правда, они казались надменными и недобрыми, может быть, из-за того, что у каждого был на голове высокий плюмаж, укрепленный на металлической каске.

Плюмажи отличались цветом и величиной.

Вошедшие выстроились в линию, закрыв собой дверь. Петр и Костя поднялись и тоже теснее придвинулись друг к другу.

С минуту и те другие молчали и только пристально рассматривали стоявших напротив.

Дальше произошло совершенно неожиданное. Неизвестный с плюмажем ярко-алого цвета, самым большим и высоким, сделал шаг вперед и заговорил на родном языке Петра и Кости, по-русски.

Поразительным было еще и то, что губы говорившего оставались неподвижными, будто говорил вовсе не он.

— Приветствую вас на нашем корабле! — услышали Петр и Костя насмешливый голос. — Рады видеть у себя столь могучих воинов. Пожалуй, я даже готов пригласить вас в рыцари своего космического легиона. Небольшая подготовка, и вы пойдете в десант на планету. Если, конечно, на то будет ваша добрая воля.

— Ни в какой десант я не пойду! — сказал Петр первое, что пришло в голову.

— Вы что же… земляне? — выдохнул Костя с непомерным удивлением.

— Мы — подданные великого Брадуфила! — надменно ответил голос.

— А чего ж говорите на нашем языке? — хмуро поинтересовался Петр. Откуда знаете?

Губы человека с ярко-алым плюмажем впервые раздвинулись, он усмехнулся.

— Подданные великого Брадуфила проанализировали записи переговоров, что вы вели, подлетая к нашим звездолетам. Строй языка был легко расшифрован. Затем его освоили микропереводчики. Микропереводчик, он у меня под плащом, передает мне то, что говорите вы, и говорит вам то, что думаю сказать я.

— Не очень-то хорошо ваш переводчик освоил русский язык, — бросил Петр. — Да за такую фразу меня из школы выгнали бы!

— Фраза точна по сути, — последовал ответ. — Вы поняли. А теперь выходите. С вами желает говорить Джералала четвертая.

В голове Кости мигом пронеслось смутное воспоминание о какой-то девчонке на кресле, похожем на трон. Вроде бы он видел ее перед тем, как окончательно погрузиться в забытье.

— А кто она такая? — спросил он с удивлением.

— Джералала четвертая — дочь великого Брадуфила, — почтительно ответил микропереводчик. — Командир нашего звездолета и губернатор четырех планетных систем.

Костя отметил про себя, что в отличие от ровного, бесстрастного голоса космокатера номер семь микропереводчик подданных великого Брадуфила мог менять интонации.

Рука Петра тронула пояс.

— Вот что, — начал он было, но Костя опять его остановил.

— Не надо! Толку не будет никакого! Кончится тем, что на нас опять напустят усыпляющий газ. Лучше посмотри на эту самую… Джералалу. Должны же мы во всем до конца разобраться!

— Ладно, но там увидим, — сказал Петр и шагнул за порог.

Костя последовал за ним. Двое в плащах пошли перед ними, остальные трое сзади.

Они оказались в бесконечной длины коридоре с голубыми стенами. С обеих сторон в него выходили плотно прикрытые большие прямоугольные двери.