8. Место финиша — квартира Трофименко

Джералала провожала Петра, Костю, Златко и Бренка до самого космокатера, так и стоявшего в целости и сохранности в том отсеке, куда его затащил сачок-ловушка.

По приказу Джералалы кухня космокатера уже был загружена несметным количеством еды, особенно сладкими кушаньями — в герметично закрытых сосудах разной величины.

Спорить было бесполезно: командир эскадры и губернатор четырех планетных систем тараторила без умолку, давая инструкции, как и в какой последовательности все это надо было есть. Запомнить инструкции из-за их количества тоже было невозможно.

Но на подарки надо отвечать подарками и, посоветовавшись, земляне решили одарить Джералалу космокатером номер шесть, стоящим в соседнем отсеке.

Когда от восторга она на некоторое время замолчала, дядя Габродал, также пришедший проводить землян и, видно, не держащий на них зла, с очень большим сожалением сказал:

— Жалко, что вы отказались вступить в космический легион! Да я бы с такими ребятами…

— Не огорчайтесь, — вежливо ответил Костя. — Не сошелся же на нас клином белый свет!

Габродал на вежливость ответил вежливостью:

— Для вас места в легионе все равно всегда найдутся! Если надоест вам ваша система, захочется приключений, дайте только знать!

А папа Брадуфил после поединка так ни разу и не появился. Видимо, переживал свое поражение в одиночестве, а, может, и улетел уже восвояси, чтобы продолжать править всеми своими многочисленными владениями.

Во всяком случае Петра-победителя своим сыном он так и не назвал. Но слово свое сдержал: эскадра Джералалы повернула обратно. Теперь землянам пора было домой.

Вот и настал момент прощания.

Габродал по-рыцарски щелкнул каблуками, зазвенели шпоры. Джералала четвертая вдруг снова стала обыкновенной девчонкой, какой Петр и Костя один раз ее уже видели: она разразилась слезами и опять бросилась Петру на шею.

— Увидимся ли мы когда-нибудь? — всхлипнула она. — Я так к вам привыкла!

— Да ты прилетай как-нибудь на Землю! — вырвалось у Кости. — Без эскадры, как добрая гостья. Мы всегда тебе будем рады!

— Обязательно прилечу! — всхлипнула Джералала.

Она оставила Петра и кинулась на шею Косте. Но потом опять вернулась к Петру.

— До свидания, братья! — выдавила она из себя сквозь слезы.

Костя тут же подумал: а куда же я, собственно, ее пригласил? В какой век? В двадцать третий, конечно, а мы-то живем в двадцатом! Ну ладно, решил он, в случае чего Златко и Бренк придумают что-нибудь!

— До свидания! — сказал он и полез в люк.

В рубке управления он велел космокатеру включить наружный обзор.

Видно было, как Джералала оторвалась наконец от Петра, милостиво кивнула Златко и Бренку и, под руку с дядей, вошла в тот самый нескончаемый туннель, где совсем недавно бушевала великая битва двух землян с роботами.

В следующий момент туннель закрыла гигантская заслонка: звездолет готов был выпустить земной космокатер.

Петр, Бренк и Златко тоже уже были в рубке управления. Оказалось, если приказать космокатеру, тот может выдвинуть из стены и два дополнительных кресла, так что мест хватило на всех четверых.

Еще некоторое время экран наружного обзора был совершенно темным; и вдруг на нем ослепительно вспыхнуло Солнце, зажглись на черном небе и яркие огоньки-звезды, и стала быстро уходить в сторону черная громада — звездолет Джералалы, на котором развернулось столько событий.

— Космокатер номер семь, домой, на Землю! — распорядился Златко.

— Так мы на Землю летим? — спросил Петр. — Остальные космокатера догонять не будем?

— Да они уж наверняка давным-давно долетели до Плутона и теперь уже на Земле, — небрежно ответил Бренк.

Петр сдвинул брови. Ему пришло в голову то, что прежде из-за множества головокружительных приключений еще не приходило.

— Но если они вернулись, а двух космокатеров до сих пор нет на Земле, что же они поиски не начали? — спросил он угрюмо. — Тем более, связь с нами они с самого начала гонок потеряли. Или у вас в двадцать третьем веке больше не принято товарищу на выручку приходить?

Он заметно помрачнел: видимо, снова вспомнил, как покорно Златко и Бренк дали себя посадить под замок, вместо того, чтобы сражаться, изобретать планы освобождения, словом, бороться до последней возможности.

Неужели в самом деле всего за три каких-то века человечество столь заметно оскудело удалью, дерзостью, да верой в собственную крепкую руку и локоть товарища?

Но такие мысли вдруг заставили Петра вспомнить и другое.

— Эй, ребята! — воскликнул он. — Я свой пояс забыл. Ну тот, что силы удесятеряет. Будем возвращаться?

— А зачем же ты его снимал? — удивился Костя.

— Как зачем? — вопросом на вопрос ответил Петр. — Перед поединком.

Костя недоуменно воззрился на товарища.

— Постой! Так ты бился с Брадуфилом без пояса? — догадался он. Специально снял? Но почему?

Петр покрутил головой. Взглянул на экран, где все меньше становился звездолет Джералалы.