3. Два супермена

Петр не потерял присутствия духа, а Костя, надо честно признаться, слегка растерялся.

Да и мудрено не растеряться, если на твоих глазах ни с того, ни с сего гаснет Солнце, не шутка ведь!

Петр же только крепче сжал подлокотники кресла и распорядился:

— Космокатер номер семь! Свяжи с шестым!

Чернильная тьма с искорками звезд и тремя темными силуэтами исчезла, на экране появились лица Златко и Бренка.

Оба были заметно встревожены.

— Бренк! Златко! — позвал Петр. — Что произошло?

— Еще не знаем, — помедлив, отозвался Бренк. — Такого в космосе никогда не происходило. Сейчас свяжемся с Землей.

На экране было видно, как Бренк, подняв голову, отдает какие-то распоряжения космокатеру номер шесть. Прошло еще несколько секунд, и еще более встревоженным голосом Бренк сказал:

— Связи с Землей нет… Ничего не понимаю!

— Может, произошла какая-нибудь космическая катастрофа? — выдавил из себя Костя непослушными губами.

Во всем этом было мало радостного. Но глядя на Петра, Костя мало-помалу приободрился. Петр приказал космокатеру номер семь вновь включить наружный обзор и теперь сосредоточенно вглядывался в экран.

— Космокатер номер семь, — позвал он. — Можно определить, что это за предметы в космосе?

— Сомнений нет, это космические корабли, — ответил катер. — Но происхождение их неизвестно. Таких конструкций земляне раньше не встречали.

— Так это инопланетяне! — воскликнул Петр. — Надо же, первый раз вышли в космос и сразу же встретились с звездолетами неизвестного происхождения!

Он еще раз связался с космокатером номер шесть.

— Бренк! Златко! Перед нами три неизвестных звездолета!

— Это мы тоже поняли, — невесело ответил Златко. — Но чужие звездолеты не появляются в Солнечной системе так, как эти. Земля должна быть заранее оповещена. А если даже нет, наши космические службы все равно обнаружили бы чужие звездолеты задолго до их подхода к Солнечной системе. Тогда мы тоже знали бы о них заранее. Здесь что-то не так! Мы уже пробовали связаться с звездолетами на линкосе, но они не отвечают. Вдобавок космокатера, и наш, и ваш, вышли из-под управления. Мы не можем изменить курс и отойти в сторону, нас медленно тянет к звездолетам. А то, что…

— Что еще? — Петр тоже встревожился.

— А то, что Солнце погасло! Этого же просто не может быть! И вдобавок еще одна странность…

— Какая? — рявкнул Петр.

— Остальные пять космокатеров разом исчезли. Только что были рядом, мы поддерживали связь, а теперь их нигде нет. В этом космическом квадрате остались только мы с вами.

Петр напряженно всматривался в силуэты звездолетов.

— Что мы можем теперь сделать? — спросил он.

— Ничего не можем, — невесело сказал Бренк. — Ждать, что произойдет дальше.

Петр тяжело вздохнул.

— Бабушки с нами нет, — молвил он грустно. — Наверняка она что-нибудь придумала бы, в этом я твердо уверен. Давайте ждать, посмотрим, что будет дальше.

Дальше, в следующие несколько десятков минут, многое произошло.

Космокатера медленно, но верно, словно притягиваемые мощным магнитом, продолжали двигаться к чужим звездолетам. В конце концов экран целиком занял только один из них.

Если б светило Солнце, чужой звездолет уже можно было бы рассмотреть во всех деталях, но при слабом свете звезд по-прежнему виден был лишь силуэт. Если искать подходящее сравнение, то больше всего звездолет был похож на пузатый бочонок.

Затем экран стал совершенно темным: космокатер номер семь подошел к борту звездолета вплотную. Теперь можно было ожидать удара, резкого толчка, но удара не последовало, вместо этого космокатер, похоже, каким-то непостижимым образом вошел внутрь звездолета.

Ничего не изменилось, но нельзя было не почувствовать, что космокатер больше не движется, а стоит на месте.

— Космокатер номер семь, — позвал Петр. — Свяжи с шестеркой.

— Связи больше нет, — ответил катер.

Голос был совершенно спокойным, ровным. Машина и есть машина, подумал Костя даже с какой-то неприязнью. Какие бы драматические события не происходили, ничем ее не взволнуешь.

— В одном фантастическом романе, — начал Костя, — я читал, как космический корабль-автомат собирал в разных планетных системах образцы чужой жизни. Чтобы ученые могли их потом исследовать.

— Чем кончился роман? — отрывисто спросил Петр.

— Хорошо кончился, — ответил Костя, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Захваченные взбунтовались, захватили управление, вернулись в свои родные системы.

— Надо будет, мы тоже взбунтуемся! — пообещал Петр.

Корпус космокатера вздрогнул от удара, тут же последовал еще один удар.

Кто-то начал снаружи колотить в люк.

С минуту Петр и Костя молча прислушивались.

— С добрыми намерениями так не стучат, — рассудительно молвил Костя.

Петр сжал кулаки и рывком поднялся с места.

— Все равно взломают рано или поздно, — процедил он сквозь зубы. — А космокатер хорошо бы целым сохранить. Надо открыть!