7. Гондзелла появляется вновь

В следующее мгновение действительно произошло нечто удивительное: распахнулись двустворчатые двери, и в комнату один за другим вошли несколько весьма странных существ. Их можно было бы принять за рыцарей, с головы до ног закованных в металл, однако доспехи выглядели как-то нелепо и даже карикатурно, словно бы телосложением эти рыцари заметно отличались от землян. И двигались существа как на шарнирах.

— Да это роботы! — ахнул Петр.

Роботы были заняты важным делом. Каждый держал в металлических руках большое оловянное блюдо с едой. Оторопело шестеро новоявленных узников пронаблюдали за тем, как на столе появились огромный ломоть жареного мяса, невероятных размеров копченый окорок, пирог с неизвестной начинкой, Один из роботов внес большой кувшин с каким-то питьем, а в другой руке держал поднос с семью кубками.

Кем бы ни были эти металлические существа, к своим узникам они относились явно, как к рыцарям, и кормили и поили их по-рыцарски.

Накрыв стол, роботы удалились столь же стремительно, как появились. Никто из них не проронил ни слова. А может, они и вообще не обучены были говорить. Шестеро пленников тоже на некоторое время онемели от великого изумления.

— Вот поэтому я и говорил, что здесь как-то странно все смешалось, проговорил в конце концов Бренк. — Ну какие-такие роботы могут быть в рыцарском замке, а ведь есть! И не только те, что еду приносят.

Как и следовало ожидать, быстрее всех со столь неожиданными впечатлениями справилась Александра Михайловна.

— Раз принесли еду, давайте-ка попробуем, — распорядилась она и извлекла из ножен свой кинжал. — Златко, ты не обижайся, но нельзя же все время питаться одними таблетками, пусть и такими вкусными! К тому же обидно так ни разу и не отведать блюд рыцарской кухни.

Оказалось, еда была вполне приличной и даже вкусной. После всех необыкновенных приключений никто не потерял аппетита. А Бренк за обедом прямо-таки на глазах становился все оживленнее и веселее. Наверное, окончательно поверил, что выход обязательно найдется, раз они снова все вместе.

И никто иной, как Бренк, встал из-за стола первым и деловито обратился к Изобретателю:

— Если нужна моя помощь, я готов! Думаю, что если закоротить временной контур…

— Ну, конечно! — немедленно откликнулся учитель физики. — Тут надо очень аккуратно использовать реверсивный момент и тогда…

— Лаэрт Анатольевич, — осторожно вмешалась в такую ученую беседу Александра Михайловна. — Постарайтесь в своих экспериментах обойтись только одним хроноаппаратом. Пусть другой все-таки останется на всякий случай, как есть…

Все, что происходило дальше, походило на сцену из какого-нибудь фантастического супербоевика, в котором действующими лицами были Лаэрт Анатольевич, Златко и Бренк, а все остальные — притихшими и оробевшими зрителями. Да и было отчего заробеть.

В полумраке покоя средневекового замка, среди грубо сколоченной дубовой мебели, запрыгали с гулким шорохом длинные искры-молнии, то и дело вылетающие из недр блока хронопереноса и на короткий миг озаряющие призрачным голубым светом все вокруг.

По неведомой всем остальным причине, некоторые из этих маленьких молний Изобретатель встречал громкими словами одобрения. Другие же ему совершенно не нравились. Сам Лаэрт Анатольевич, так и не снявший с себя доспехов, представлялся каким-то средневековым кудесником, повелителем неведомых потусторонних сил. Когда какой-нибудь из разрядов приходился ему особенно по душе, казалось, лицо учителя физики освещается таинственным внутренним светом.

Иногда Лаэрт Анатольевич задавал Бренку и Златко короткие, отрывистые вопросы, и те так же коротко отвечали на них. Большей частью эти вопросы и ответы были всем остальным непонятны, но смысл некоторых слов все же можно было уловить.

Так, например, сняв с одного из копий стальной наконечник и рассматривая его изнутри, Изобретатель проговорил:

— Не думал, что копья так странно были устроены! Интересно, для чего здесь эта пластинка?

— Как устроены, так устроены! — быстро отозвался Бренк.

— Зарядить наконечник энергией пластинка не помешает! — столь же быстро добавил Златко.