Электросон

Робот все еще стоял подключенным к приборам наблюдения.

Страшное ушло, скрылось в неведомых глубинах космоса, но, не получая команды, робот, по-видимому, не знал, что ему делать. Андрей сказал Виктору:

– Скомандуй ему что-нибудь. Чего он прохлаждается без дела?

– Робот! Включитесь в программу полета и докладывайте обо всем замеченном. А также обо всех отклонениях.

– Будет исполнено! – с готовностью доложил робот, выдернул вилку из розетки и устроился у пульта. – Курс выдерживается, опоздание по сравнению с программой семнадцать минут. Опоздание не превышает запасов аннигиляционного топлива. Все в порядке.

Подумать только – вся борьба со встречным солнцем продолжалась всего семнадцать минут. Они пролетели… Впрочем, как раз наоборот. Они длились столько, что казалось, прошли часы. Андрей примолк и задумался, потом улыбнулся, словно озарился:

– Семнадцать минут! Что такое семнадцать минут для нашего корабля? А вот что такое. Мы летим со скоростью триста тысяч километров в секунду. Значит, за минуту пролетаем восемнадцать миллионов километров. А за семнадцать минут больше трехсот миллионов километров. С ума сойти можно! Щелкаем, как семечки, эти самые миллионы…

Он опять задумался:

– А знаете что, ребята, мне кажется, что люди из Старшей Цивилизации проделали с нами какую-то странную шутку.

– Не понимаю, – пожала плечами Валя.

– Я читал, что поперечник нашей Галактики равен нескольким тысячам световых лет! Понимаете?

– Я – не совсем, – призналась Валя.

– А это значит, что свет – мы ведь тоже летим со скоростью света – проходит через Галактику несколько тысяч лет. Значит, и мы должны лететь несколько тысяч лет. А мы летим только сутки.

– Подожди… Но ведь когда мы летели туда…

– Вот об этом я тоже задумался. Либо мы были не на другой стороне Галактики, либо… либо что-то произошло такое, чего мы не знаем и не понимаем. Может, спросить у робота? Робот! Наш корабль сразу же набрал световую скорость и ни разу ее не менял?

– Да. Как только он вышел из подпространства, скорость не менялась.

– Из подпространства? – переспросил Андрей.

– Обыкновенное понятие. Вначале корабль ввели в черную дыру, она вывела его в подпространство, а когда программа действий в подпространстве сработала и поглотила время, корабль вышел из подпространства в пространство, и вот мы летим.

Если бы робот хотя бы повысил голос, споткнулся на каком-нибудь слове, можно было хоть за что-то зацепиться, обдумать сказанное. А он говорил механически точно и бесстрастно, как о само собой разумеющемся. Словно ребята обязаны были знать, что такое черная дыра, что такое подпространство, и как оно ведет себя, и как ведет себя в нем корабль, и где и как поглощается время.

Андрей попробовал «зайти» с другой стороны.

– Робот! Что делалось с кораблем в подпространстве и в черной дыре?

– Он летел.

– Куда он летел? И как он летел?

– Он летел к цели согласно заданной программе.

– А кто же и где поглощал время?

– Оно поглощалось согласно программе. Сколько ни пытались ребята выяснить, что с ними было и каким образом они преодолели невообразимые пространства, робот твердил одно: согласно программе. И ничего с ним поделать уже нельзя – он сам был запрограммирован именно на такие ответы. Может быть, это был и очень ученый, но явно недостаточно образованный робот.

Когда ребята поняли, что разгадать космические загадки они не смогут – у них не хватает знаний, – робот неожиданно заговорил почти по-человечески.

– Прилетите и узнаете. Подучитесь. Решите уравнение. Окунетесь в машину. Пройдете смазку. – Тут он забормотал что-то и вовсе несуразное. По-видимому, его электронные мозги попытались решить незапрограммированную задачу.

– Слушай, – забеспокоился Андрей, – он же может чокнуться? А у него все программы.

– Робот! – закричал Виктор. – Доложить о курсе!

Робот некоторое время молчал, потом словно встрепенулся и бодро доложил:

– Курс по программе. – Подумал и попросил: – Придвиньте поближе схему посадки. Еще раз уточните курс. Советую прилечь и сберечь силы. Посадки всегда трудны. Я включу электросон.

– Это еще зачем? – удивилась Валя. – Я хочу посмотреть на нашу Землю.

– Так гласит программа. Посадка должна производиться во сне. Меньше опасных перегрузок. Ложитесь спать. Застегните спальные мешки. Спокойно. Я веду корабль. В случае отклонения от программы бужу вас. Повторяю…

Но что он повторял, никто уже не услышал.

Заснули они очень быстро.