«Не спешите, останьтесь…»

– Ну и молодец он у вас! – сказала девушка, посмотрев на ребят. – Весельчак! С ним не соскучишься в полёте…

– Что правда, то правда… – Жора поднял от тарелки лицо и подмигнул землянам. – Ненавижу пресных и унылых… Как суп без соли! И вызнаете, они ещё не хотели брать меня с собой… А про вашу планету скажу – отличная!

Толя быстро встал из‑за стола:

– Большое вам спасибо за прекрасный обед! Никогда не ели ничего вкусней! Теперь бы нам хотелось познакомиться… – Толя глянул на Леночку и вдруг сказал совсем не то, что хотел: – С вашими магазинами для девочек, если такие есть…

– Пожалуйста, – сказала девушка, – если вы уже сыты, прошу… Машина вас ждёт…

Они летели низко, чуть выше плоских крыш, и видели, как диковинно сверкает на торцах домов великолепная, многоцветная, огромнейшая мозаика, как под негромкую, плавную, успокаивающую музыку, разлитую в чистом воздухе, высоко струятся, ниспадая вниз, фонтаны – фиолетовые, жёлтые, синие, красные и даже чёрные, но не мрачно чёрные, а задумчиво, углублённо чёрные; они видели, как быстро и бесшумно проносятся над домами лёгонькие одно– и двухместные вертолетики с горожанами. Эти машины здесь, видно, были распространены, как когда‑то у них на Земле велосипеды.

В большом пятиэтажном здании находилась одежда: в особых отделениях висели тысячи разнообразных платьев, юбок, курток, шляпок, плащей, пальто, лент, тканей…

– Ой, – вырвалось у Леночки, – сколько всего! И каждая вещь искрится! У вас можно взять все, что хочется?

– А как же иначе? – улыбнулась девушка. – Пожалуйста, прошу.

– Только поскорей, – попросил Колёсников, – здесь есть кое‑что и поглавней, поинтересней…

– Нет, мальчик, вы ошибаетесь, – сказала девушка. – У нас все главное, все интересное… Разве можно без красивого платья или туфель хорошо себя чувствовать?

– Вот видите, мальчики… – обрадовалась ей поддержке Леночка. – Подождите меня, я мигом вернусь.

– Хорошо, – сказал Алька. Он очень хотел пойти с нею, но не посмел, потому что неожиданно вспомнил о суровом разговоре насчёт Леночки. О нем давно забыли мальчишки, но все‑таки…

– А мне можно с тобой? – спросил Жора, оглянулся на членов экипажа, застеснялся и сказал: – Нет, я не пойду, иди одна и выбирай, что тебе хочется…

Планетяне улыбнулись, и Леночка исчезла в здании. Местные жители входили и так же быстро выходили из него с небольшими свёртками или уже переодетые. Леночка пропадала в нем, наверно, полчаса. Наконец она появилась у выхода в своём ярко‑фиолетовом комбинезоне. Руки у неё были пусты…

«Странно! – подумал Толя. – Ничего не понравилось?» Однако лицо её пылало от радости.

– Что ж вы ничего не взяли? – спросила её девушка с голубыми волосами.

– Не нашли нужного размера и хорошей расцветки?

– Что вы! – сказала Леночка. – Нашла! Все нашла! Слишком много нашла, поэтому и не взяла ничего, чтоб не расстраиваться… Одна вещь прекрасней другой. И какие фасоны, тона! Какая ткань! Каждая излучает свою музыку… У вас везде музыка!

– А как же иначе? – сказала девушка. – Как можно жить без неё? Она всегда звучит вокруг нас и в нас, радует и подсказывает все лучшее, до чего мы ещё не додумались, напоминает о том, что мы уже забыли; без неё мир был бы пуст и беден. Нам очень лестно, что людям Земли понравились наша еда и наша одежда…

«Она что, всерьёз? – слегка обиделся Толя. – Думает, что мы прилетели к ним только для того, чтоб оценить их пищу и одежду?.. Она глубоко ошибается, если так думает…» Между тем Колёсников подошёл к мужчинам:

– Есть у меня одна очень важная просьба…

– Пожалуйста! – Планетяне посмотрели на него с готовностью немедленно выполнить не одну, а любое количество его просьб.

– Я от рождения поклонник точных наук, люблю технику, и она безотказно слушается меня… Я бы очень хотел прокатиться на этом вашем вертолёте и включить такую скорость, чтоб машины даже видно не было.

Планетяне слегка смутились и переглянулись.

– Можно, конечно, можно, – сказал мужчина с синими волосами, – но одному это опасно… Как бы вы не разбились… Рядом с вами должен находиться кто‑нибудь из нас…

– Зачем? Вы не доверяете мне?

– Вы немножко переоцениваете себя и знание нашей техники, она ведь совсем иная, чем у вас на…

– Я знаю не только земную технику, – ответил Колёсников.

В воздухе сразу чуть потемнело, и зазвучала негромкая, но тревожная музыка, и от неё у Толи побежали по коже мурашки.

– Вполне возможно, – сказал мужчина с красными волосами, – но если в полёте есть хоть малейшая степень ненужного риска, мы не можем допустить…

– Да они что, сговорились с Землёй? – шёпотом спросил Колёсников у Толи. – И там не разрешают, и здесь…

– Мальчик, не волнуйтесь напрасно, постарайтесь понять нас, – сказала девушка, – мы ведь желаем вам добра…

И только она сказала это, как в воздухе посветлело и раздалась уже не тревожная, а лёгкая, чистая, успокаивающая музыка.

– Спасибо, – проговорил Колёсников. – Мы решили лететь дальше…

«Мы? – подумал Толя. – Зачем он говорит за всех? Нельзя так быстро улетать отсюда!»

– Что вы, мальчики! – прямо‑таки испугалась девушка. – Вы ведь ничего ещё не видели на нашей планете…

– Почему не видели? Видели, и нам этого вполне достаточно, – сказал Колёсников. В почерневшем, как ночью, воздухе зазвучала пронзительная, словно набат, музыка. Ребята немножко растерялись и стали оглядываться.

– Вы не должны так думать, – сказал мужчина с синими волосами, – добро – главное в нашей жизни, вы поймёте это, если останетесь хотя бы на три дня, вы тогда будете свободны от всего…

– От чего? – спросил Алька.

– От некоторых заблуждений, от того, что мешает вам жить и видеть мир прекрасным, таким, какой он есть…

– Вы нас доставите к звездолёту? – стараясь говорить как можно вежливей, спросил Колёсников.

– Разумеется… Но почему вы так быстро хотите улететь от нас? – заговорили сразу оба. – Не спешите, останьтесь! Мы можем быть полезными для вас и для вашей Земли, мы…