Синие розы

Алька проснулся от тишины и неподвижности. Он спрыгнул с койки и почти оглох от этой тишины. Даже в ушах зазвенело. И под ногами не вздрагивал привычно пол, и в стенки отсека уже не была влита мелкая дрожь от работы двигателей.

Выходит, что они не летят, а опять куда‑то сели.

Алька вышел в коридор. В нем было очень тихо. От двери с номером 5 слышалось сильное, с присвистом, всхрапывание. Ну ясно, это Жора восстанавливает силы, отдыхает от своих неудач и споров с командиром.

Алька подошёл к рубке управления: дверь открыта, внутри – пусто. Он посмотрел в иллюминатор, и в глаза ему нестерпимо ударило ярко‑зелёным. И чем‑то красным. И жёлтым. И синим. Алька зажмурился. А когда открыл глаза, увидел Леночку. И снова зажмурился: она была не в своём служебном комбинезоне, а в ослепительно белом платье с короткими рукавами. Она стояла среди цветов с большим букетом в руках и кому‑то улыбалась…

Кому?

Вокруг неё – ни души. А где же Колёсников? Где Толя? Может, Леночка, заступив на вахту, без ведома экипажа сама посадила звездолёт? В это трудно было поверить!

Но, кажется, это было так.

Колёсников и его экипаж, ни о чем не подозревая, беспробудно спали, а она расхаживала себе с букетом в руках по неведомой планете…

Внезапно Алька ощутил тонкий аромат этих цветов. Он дошёл до него сквозь прочные, ничем не пробиваемые стенки космического корабля и заполнил собой всю эту строгую и деловую, пахнущую металлом и пластмассой рубку с точными приборами, стрелками и клавишами.

Алька вышел из рубки, на цыпочках подошёл к люку и стал бесшумно спускаться по трапу. Дверь, конечно же, как и в рубку, была настежь открыта, а по инструкции дверь люка по прибытии на другую планету требовалось тщательно закрывать.

Алька высунулся из двери, и его сразу оглушил одуряюще свежий, терпкий аромат и ещё резче полоснула но глазам пестрота цветов, росших вокруг звездолёта. Они были в росе. Роса искрилась на листьях и лепестках, дрожала, пускала живые острые блики в глаза Альке и на гладкую обшивку корабля. Цветы были раза в два, в три крупней тех, что росли на Земле, а чуть поодаль виднелась целая роща цветов – высоченных, с Альку ростом, а то и выше. Возле них деловито и громко, как вертолёты, порхали бабочки и жужжали пчелы.

Заметив Альку, Леночка заулыбалась и помахала ему букетом:

– Иди сюда!

Алька спрыгнул с трапика в это многоцветное море и по пояс в росистой траве двинулся к ней и так вымок, что брюки прилипли к ногам.

– И я вымокла, не бойся! – сказала Леночка. К одной щеке её пристал голубой лепесток.

– А где Колёсников? – спросил Алька.

– Не знаю, наверно, у себя…

– А где Толя?

– Спит, видно… А почему тебя все это волнует?

Ну конечно же, произошло все так, как подозревал Алька!

– Значит, ты опустилась сюда без разрешения?

– Да забудь ты про свои разрешения и приказы! Здесь так замечательно! Здесь даже растут – посмотри на мой букет! – здесь даже растут синие розы…

А как они пахнут! Я ни разу не вдыхала такого запаха… – Её лицо горело радостью и отвагой.

– Здесь здорово! – сказал Алька, и сказал не потому, чтоб сделать приятное Леночке, а потому что здесь и вправду было здорово. Как во сне. Как в полной волшебств и превращений сказке. – Что это за планета?

– Откуда мне знать? Пролетала мимо, заметила крошечную планетку: вся многоцветная, пёстрая, с зеркалами озёр, которые пускают огромные зайчики, один даже попал в звездолёт и ослепил меня… Я снизилась, увидела столько цветов, ахнула и решила сделать посадку…

Алька не спускал с неё глаз.

– И ты сама включила тормозные двигатели?

– А то кто же! Колёсников? Я ведь назубок знаю назначение каждой кнопки и клавиши, и даже сложный механизм… Ну и посадила на планету корабль…

– Вот и подпускай девчонок к штурвалу! – покачал головой Алька. – Ох и достанется тебе от Колесникова! Ты хоть обратила внимание на то, что сказало электронное устройство возле двери?

– Я зорко следила за всеми приборами и автоматами… Выход был разрешён и даже желателен…

– А где же ты взяла ключ? Ведь Колёсников держит его у себя и никому не отдаёт.

– Совершенно верно. Но ты заметил, что этот ключик висит на длинной цепочке, похож на серебряную рыбку и очень красив. Ну так вот, накануне вахты я попросила у Колесникова поносить эту рыбку на шее вместо кулона…