Погоня

Они вышли на улицу, в грохот, шум и духоту этого бездушного, безлюдного города, в копоть, в сажу и скрежет сложных механизмов. И тут, поймав на себе Толин взгляд, Леночка незаметно поманила его пальцем опущенной левой руки.

Толя все понял и подошёл к ней.

– Они не люди, они роботы… – быстро шепнула Леночка. – Скажи всем…

Надо спасаться, надо бежать на космодром…

Толя побледнел, и тотчас Леночкин робот, поняв что‑то неладное, вежливо, не сильно сжимая своей механической рукой её руку, оттянул Леночку от Толи.

Но дело было сделано. Леночка смотрела на Толю. Она видела, как по‑новому косятся его глаза на сопровождающие их машины, как он борется с собой, постепенно привыкая к тому, что только что услышал, проверяя, веря и не веря ей; как он косится на неё, Леночку, на её тоже, наверно, бледное, испуганное лицо и видит, как уверенно и вместе с тем боязливо держит её за руку эта машина в тщательно отглаженном зеленом костюме.

«Ну говори же, говори всем, не медли! – шевелила Леночка губами. – Иначе мы погибли». Она мимикой лица требовала от него этого, приказывала, торопила. Наконец Толя подозвал к себе Альку, потом Жору и что‑то сказал им, впрочем, совершенно ясно – что. Лица их стали тревожными. Потом Толя незаметно отозвал в сторонку Колесникова и сказал ему то же самое. И вот здесь случилось непредвиденное. Услышав Толю, Колёсников внезапно повернул к нему лицо и с досадой ответил:

– Это неправда! Мы обязательно поживём на этой планете, а кто не хочет…

Робот, шагавший рядом с Леночкой, повернул к Колесникову голову и спросил:

– Чем вы так взволнованы? Вам нехорошо?

– Нет, все в порядке… – и Колёсников негромко спросил у ребят: – Вы, правда, думаете, что они не люди, а роботы?

– Уверены! – сказал Толя.

– Они говорят ерунду! – проговорил № 13852. – Не верьте им… Мы… Мы значительно умней, твёрже и организованней людей…

– Ага, значит, вы все‑таки не люди! – закричала Леночка и отскочила от робота, вырвав из его руки свою руку. – Вы проговорились… Ребята, бежим от них, они хотят перерисовать схему нашего звездолёта, чтоб покорять другие планеты! Они бесчувственные, бессердечные, жестокие машины!.. Бежим, бежим!.. – И она побежала.

И за ней побежали Толя с Алькой и Жора. И даже Колёсников бросился за ними, правда не сразу, не уверенный ещё до конца, что словам Леночки нужно верить. Лицо у него было очень озабоченное, даже угрюмое, и лоб по‑взрослому разрезала вертикальная морщинка. Видно, то, о чем он думал, никак не укладывалось в его голове.

Между тем все пять роботов дружно припустили за ними с криками:

– Стойте!.. Не верьте ей!.. Мы люди!.. Мы такие же, как и вы!..

– Беги, Колёсников, спасайся! – подгоняла его Леночка. – Они уже, наверно, разобрали на части наш звездолёт! Надо успеть!

Эти слова будто подхлестнули и окончательно образумили Колесникова, и он побежал по‑настоящему, прижав к бокам согнутые в локтях руки. Но все равно он был последним: не умел он бегать, как Леночка, или Толя с Алькой, или даже все ещё толстоватый Жора, которые мчались во всю прыть.

А сзади неслось требовательно и грозно:

– Не верьте ей, мы люди!.. Мы любим вас, мы очень, очень любим вас!..

Первой мчалась Леночка в ярко‑фиолетовом комбинезоне; она то и дело беспокойно оглядывалась:

Колёсников сильно отставал от них, роботы почти нагоняли его. Их по‑прежнему было пятеро, но где‑то вдали, в конце улицы, на помощь им спешило ещё несколько.

Вдруг передний робот схватил Колесникова за ослепительно белый комбинезон и поднял, обняв обеими руками и приговаривая:

– Не надо бежать, не надо, мы любим вас, мы любим…

Колёсников закричал, стал вырываться из прочных, на совесть сработанных механических рук. Он не сдавался. Пытаясь выскользнуть, он резко двигал плечами, дёргал головой, работал пальцами, отцепляя их руки.

Леночка остановилась, за ней остановился Толя, потом Алька. И уже после него, метрах в ста от них, – Жора.

– Что нам делать? – закричал Толя. – Они убьют его, растерзают! Надо помочь ему! – и кинулся к Колесникову.

Однако помогать тому не пришлось. Внезапно он вырвался, выкрутился, отделился от державших его роботов и с огромной скоростью побежал к ребятам. Был он уже в одних трусах и в синей изодранной майке с болтающимся на цепочке ключом, а роботы, оставаясь на месте, ожесточённо рвали на куски великолепный белый комбинезон, из которого Колёсников выскользнул.