Вот что он сказал дальше

Ведь планета П‑471 была вся в извергающихся вулканах, в раскалённой лаве и горячем пепле, и о том, что его дядя, Артём Колёсников, знаменитый космический пилот высшего класса, сел на неё, писали газеты всей Земли и сообщало радио. И его, одного из немногих на Земле, наградили орденом Мужества.

– Значит, были у него? Ну как он? Как экипаж? Все в порядке?

– Ну не совсем… – Колёсников многозначительно прищурил глаза и замолчал. – Влезай, расскажу.

Задняя дверца отворилась, и Толя без раздумья прыгнул в автолет.

Дверца плавно закрылась, машина отошла от тротуара и помчалась посередине дороги.

– Нашёл среди лавы твёрдый островок и сел? Ну говори же! Говори! – Толя вытянул к нему свою худую длинную шею.

– А как же иначе? – Колёсников улыбнулся. – Он даже кое‑что привёз мне оттуда…

– С планеты П‑471?! – вскричал Толя. Колёсников снял одну руку со штурвала, сунул в маленькую дверцу под щитком с приборами, что‑то вынул оттуда и через плечо протянул Толе:

– Можешь посмотреть.

Толя взял тяжёлый лиловатый кусочек какого‑то металла. Он слегка светился и приятно жёг пальцы.

– Не бойся, он не опасен… Уже определили. Наоборот, он действует успокоительно на слишком нервных…

Металл с других планет был не в новинку Толе, потому что давно уже специальные грузовые звездолёты привозили из космоса руды редких или неизвестных на Земле металлов, однако этот лиловатый кусочек Толя держал с особым волнением – его привёз дядя Артём, и с такой далёкой горячей планеты. И он так таинственно и красиво светился…

Колёсников прибавлял скорость и все время озирался по сторонам.

– Так куда поедем? Купаться? Или к Вулкану за камешками? Я обещал…

– Купаться! – выдохнул Толя, потому что сразу понял, куда и зачем тот звал Леночку.

– Купаться так купаться! – Колёсников резко повернул машину влево, ещё накинул скорости, и в это время пронзительно и грозно завыл сигнал улично‑воздушной регулировки.

– Колёсников! Ты слышишь? – закричал Толя, и сердце его заколотилось.

– Сбавь скорость!

– И не подумаю. – Колёсников добавил скорости. Но и этого ему показалось мало: он нажал особую кнопку, от боков корпуса, как у всех автолетов, откинулись маленькие крылышки, и машина, оторвавшись от асфальта, со свистом понеслась по воздуху, в двух‑трех метрах от дороги.

Сигнал службы безопасности заревел ещё громче, из динамика приёмника прозвучал приказ – синему автолету немедленно остановиться. Но Колёсников, не сбрасывая скорости, зигзагами мчался то по одной, то по другой улице, и скоро сигнал ослабел и замолк.

– Нарвёшься когда‑нибудь! – сказал Толя, приходя в себя.

Наверно, так же он ездит с Леночкой, а то и быстрей… Даже фамилия у него скоростная, техническая – от «колёса». Видно, ей все это нравится, иначе б не ездила с ним. Или, может быть, она подружилась с Колесниковым потому, что однажды он починил её любимую электронно‑кибернетическую игрушку.

– Рыжего лисёнка? Ни одна мастерская не бралась оживить, а он оживил.

Наверно, и этот кусочек породы предназначен для неё.

А может, нет?

– Колёсников, подари… – попросил Толя, ощущая на лице прохладные струи ветра от огромной скорости.

– Не проси, не могу… – Колёсников опять стал глядеть по сторонам.

Конечно, хочет подарить его Леночке!

Наконец Колёсников погасил скорость, коснулся шинами асфальта и подкатил к пляжу, где было по очень много загорающих. Ребята переоделись в машине, побежали по мягкому, тёплому песку к морю, бросились в воду и вынырнули далеко от берега.

– Слушай, какого ты мнения о Ленке? – неожиданно спросил Колёсников.

– Самого прекрасного! – воскликнул Толя, стараясь не смотреть на него.

– А почему? Чем она тебе… Ну, то есть я хотел спросить, что, по‑твоему, ей больше нравится в ребятах и как…

– В ребятах ей правится прекрасное! – выпалил Толя. – И сама она – прекрасная! Понял?

Колёсников чуть смутился, вздохнул и недоверчивым взглядом посмотрел на Толю.

«Вот и хорошо, – подумал Толя, – больше не будешь ко мне обращаться с такими вопросами», – и спросил, отфыркиваясь от солёной, попавшей в рот воды:

– Скажи, неужели тебя никуда не тянет?

– А куда меня должно тянуть? – Колёсников лёг на спину и, покачиваясь на воде, подставил лицо солнцу.

– Ну куда‑нибудь… – Толя замялся. – Ты доволен собой и не хотел бы ничего другого?

– А чего… Мне не плохо… Чего ж ещё хотеть? – Колёсников зажмурился от солнца. – Скверно вот, что большей скорости из моей керосинки не выжмешь и служба безопасности не даёт развернуться…