Срочно нужен балласт

Когда Леночка захотела присоединиться к ним и осталось только одно свободное место, Колёсников сказал, что «Звездолёт‑100» может взлететь и без пятого члена экипажа. Он сказал это, когда все по его просьбе собрались на следующий день на скамейке бульвара Открытий, неподалёку от их дома.

– А корабль не будет слишком лёгким? – спросил Толя. – Не случится авария?

– Вместо пятого члена экипажа, – пояснил Колёсников, – возьмём балласт: каждый захватит с собой по десяти килограммов каких‑нибудь вещей, только не очень объёмных…

– Книги! – выпалил Толя, но тут же спохватился: – А может, лучше взять добавочное топливо?

– Тише! – попросил его Колёсников. – Спокойней! Все, что касается технического оснащения и питания звездолёта, я беру на себя; я уже изготовил второй ключ от корабля и точно высчитал, когда его заправят топливом, пищей и всем необходимым и он будет готов к полёту, и вот здесь‑то мы с вами… Ну, в общем, понимаете… Это будет завтра вечером… Итак, берите с собой груз.

– Я захвачу побольше красок и листов для живописи; вот попишу там, вот порисую! – обрадовался Алька, и Колёсников не возразил ему.

– И я постараюсь ничего не забыть, – улыбнулась Леночка. – Ой, смотрите, Обжора!

И правда, возле низкой ограды бульвара медленно прошёл Жора; одно ухо его, как радиолокатор, было чутко направлено на ребят, и оба глаза насторожённо косились на их скамейку. Когда он проходил возле них, все умолкли: не хватало того, чтоб он пронюхал об их завтрашнем рейсе! По лицу Жоры, несчастному и унылому, было видно, что ему страшно хочется подсесть к ребятам и узнать, о чем они секретничают. Но у них были такие замкнутые, отчуждённые лица, что сразу было видно: они не испытывают ни малейшего желания подпустить его к себе даже на пять шагов…

Наконец Жора не вытерпел и спросил:

– Ребята, можно мне к вам?

– Ни в коем случае! – сказал Колёсников. – Чтоб и духу твоего не было здесь! Даю тебе минуту и пятнадцать секунд.

Жора жалобно посмотрел на Леночку. Однако Леночка даже не подняла на него глаз, и тогда Жора‑Обжора отпрянул от них, чтоб уложиться в отпущенное Колесниковым время.

Впрочем, ребята и сами оставались на этой скамейке не больше десяти минут; Колёсников сжато и точно дал каждому задание – что захватить, что написать в оставленной на столе записке, в какое время выйти из дому незаметно и порознь, где встретиться, какой дорогой добираться до космодрома, ну, и тому подобное. На себя он взял самое трудное: принести из магазина детские космические скафандры и особые комбинезоны для высадки на планеты и другое необходимое в полёте оборудование.

– Мальчики, – сказала Леночка, перед тем как Колёсников разрешил им разойтись, – а если я не донесу своего чемодана?

– Я тебе помогу! – отозвался Толя, на полсекунды опередив Альку, который произнёс точно те же слова.

– Никакой помощи, – проговорил Колёсников. – Идти по одному. Иначе нас могут обнаружить.

– Что ж мне делать? – со вздохом спросила Леночка.

– Выбрось что‑нибудь из чемодана, – был ответ: при всех Колёсников и с ней разговаривал сурово. – Все. Расходимся тоже по одному… Строго держать язык за зубами! Встретимся завтра в двадцать один ноль‑ноль возле музея художника Астрова…

Алька вышел в сумерках и старался держать себя так, как сказал Колёсников: не вращал по сторонам головой, ни с кем из встречных во дворе не заговаривал и на вопросы, куда это он отправляется, беззаботно отвечал: «Да тут в одно местечко поблизости, скоро вернусь…» Для каждого из членов экипажа Колёсников придумал ответ.

И хотя Алька не вращал головой, но все‑таки успел заметить, как с промежутком в две‑три секунды из соседнего подъезда выскочил Толя с чемоданом, а из следующего – Леночка, и несла она в руках такой чемоданище, что Альке стало страшно: не дотащит его и полет не состоится!..

Однако вёл себя Алька в точности так, как сказал Колёсников, и так же вёл себя Толя: никто из них не кинулся на помощь девочке. Ребята, как незнакомые друг другу, быстро удалялись в сторону ворот. Первым нёсся Толя, за ним – Алька. И когда Алька, немножко нарушая правила побега, на какую‑то долю секунды кинул прощальный взгляд на родной двор с платанами и жёлтой будкой с двумя роботами, он увидел прячущегося за деревом Жору.

– Куда ты с таким чемоданищем, Лён? – спросил он, подбежав к девочке, и Алька подумал: вряд ли они теперь оторвутся от Земли и взлетят.

– А тебе что? Иду куда хочу! – ответила Леночка, и ответила совсем не но правилам, потому что но правилам, разработанным Колесниковым, она должна была сказать встречному: «Я к бабушке на два дня».

– Леночка! – увязался за ней Жора‑Обжора. – Разреши мне помочь… Я запросто донесу твой чемоданище!

– Не разрешаю!

Оставаться у ворот было опасно, и Алька быстрым шагом пошёл дальше и тут же наткнулся на Толю, который, оказывается, тоже все видел и слышал.

Ребята прошли вперёд и услышали сзади топот Леночкиных ног и голос Обжоры.

– Но куда ты? Куда? – выспрашивал он.

– Там тебе никогда не бывать! – уже совсем безрассудно, вопреки всем правилам, расхвасталась Леночка. – Там прекрасно! Ослепительно! Туда таких не берут!

– Каких? – сильно стуча ногами, спрашивал Жора, и голос его звучал довольно жалобно. – Каких туда не берут?