Так погиб город Помпеи

По классу ползли слухи: «Макар влюбился!» Все украдкой поглядывали на Макара Гусева, подмигивали друг другу. Девчонки хихикали.

Гусев сидел неподвижно, глядя невидящими глазами на доску. Все его лицо было крест-накрест залеплено пластырем. Когда Таратар спросил, что означают эти таинственные знаки, Макар буркнул: «Оцарапался. Электропроводка…»

Класс разбился на два лагеря. Одни мужественно защищали гипотезу об электропроводке, вспоминали разные случаи из своей жизни, демонстрировали старые царапины и шрамы. А девчонки, конечно, выдвинули свою гипотезу, очень близкую к действительности…

За широкой спиной Гусева сидит тот, кто знает ответ на волнующий всех вопрос. Но он никому не скажет — прямой, бледный, плотно сомкнувший губы Сыроежкин, потому что сам не может понять.

Вчера вечером Сергей увидел во дворе Майку Светлову и обрадованно окликнул ее: он хотел рассказать о сверхновой. Все же она вспыхнула! На рассвете, когда астрофизик крепко спал. Счастливца разбудил звонок Электроника: на далеком Юпитере Рэсси зафиксировал вспышку! Через весь космос от далекого Юпитера неслась волнующая новость. Электроник точно запомнил информацию, взял пакет с фотобумагой и удалился в темную комнату. А спустя час Сергей держал в руке фотографию: темный звездный фон, и в центре — яркая точка, на несколько минут затмившая всех соседок. Минуты жила сверхновая Сыроежкина, но в точном соответствии с расчетами.

Майка в белой шапочке пробежала мимо Сергея, и он с удивлением заметил, что направляется она к Макару Гусеву, который гонял на катке шайбу. Макар приветливо махнул клюшкой. Майка подошла к Макару вплотную и трагическим голосом спросила:

— Ты жив?..

Растерянный Макар не успел ответить, только вскрикнул, когда девчонка оцарапала его. Потом Майка всхлипнула и убежала.

— Чего это она? — тупо спрашивал Макар, вытирая лицо.

— Тебе лучше знать, — отрезал Сергей и ушел домой.

… Сергей с ненавистью сверлил взглядом спину Макара, но тот ни разу не обернулся. Щеки Гусева пылали. Сотни разных догадок мелькали у неподвижно застывших соперников, но все предположения были далеки от истины, так как ни тот, ни другой не вспоминали про а-коврик.

Учитель объяснял очередную теорему, часто вздыхал, поглядывал на потолок. Царапины Гусева заметил не сразу. Если бы не болтовня девчонок — все бы давно уснули.

Взглянув в очередной раз на потолок, Таратар представил злосчастный коврик, спросил посреди урока, не знает ли кто из учеников телефона Майи Светловой. И добавил, что ее прибором интересуется известный физик.

Сергей сжался и побледнел. Макар Гусев запылал еще больше. Электроник спросил, не вызвать ли Светлову сейчас.

— После уроков, — кратко ответил Таратар.

Класс тихо обсуждал новость: сможет ли ученый разгадать секрет полета антигравитационного коврика?

Сыроежкин забыл про свою сверхновую. Он был сейчас по-настоящему одинок — один в целом классе.

«Как она воскликнула: „Ты жив?“ Что она хотела сказать своим „жив“? И именно Макару?..»

К концу урока Гусев задвигался на парте, громко кашлянул, написал и послал Электронику длиннющую записку. Получил утвердительный кивок, просиял. Теперь Макар сидел с видом победителя.

Едва прозвенел звонок, он крикнул:

— Ребята, приходите сегодня на стадион? Не пожалеете…

Болельщики сразу окружили Гусева. На стадион собрались почти все.

Финал кубка на приз «Хрустальная шайба»!

«Интеграл» — «Химик»!

«Интеграл» — сборная их школы. От восьмых классов в сборной выступает Макар Гусев.

Восьмой "Б" дружно болел за Макара.

Гусева подбадривали:

— Смотри не подкачай! Три шайбы, Макар!.. Как же ты выйдешь с заплатками? По телевидению не покажут… Наоборот, покажут! Боевые шрамы…

— Обещаю большой хоккей! — рявкнул Макар. — Электроник, подтверждаешь?

— Подтверждаю, — спокойно произнес Электроник.

— Это будет одно из главных изобретений нашего проекта "Космический корабль «Земля», — торжественно обещал Макар. — Вот увидите…

— При чем здесь хоккей? — спросил кто-то.

— Сверхсила — будущее всех людей… — таинственно произнес Гусев.

— Электроник, ты здорово меня выручил. Молодец, что пришел.

Макар лежал в своей электрической бочке, набирался силы перед матчем.

Камера потрескивала, вибрировала, пожирая массу электричества.

— Понимаешь, мой отец с большими причудами: каждые полгода передвигает мебель в квартире. Я ему обещал помочь, а тут матч. Извини, что так получилось.

— Пустяки, — сказал Электроник.

— Сережка — слабак, Витька — слабак, о Профессоре и говорить нечего, — гудел в бочке Макар. — Только на твою электронную силу и надежда.